Оглянувшись, я постепенно осознала, что нахожусь в каком-то странном помещении, где несказанно пахнет плесенью, что голова идёт кругом. Вокруг горят факелы, а пол усеян перьями. И во всей этой красоте я зависла в воздухе, примерно в нескольких метрах от твёрдой поверхности.

— И долго ты собираешься там висеть? — знакомый голос резанул по нервам. Из менее освещённого угла шагнула фигура…

Откинув толстую косу за спину и разгладив ткань голубого сарафана, Видослава остановилась прямо подомной. Я успела заметить пушистый хвост, шмыгнувший девушке под юбку, когда она велела:

— Спускайся!

— Я не знаю, как…

Не успела я договорить, как моментально шлёпнулась на попу, взметнув ещё больше перьев в воздух.

Я вытянула ладошку вперёд и, остолбенело наблюдала, как пёрышки невесомо падают в ладонь.

— Как? — только и смогла вымолвить, осознавая, что не почувствовала даже боли от падения.

— И это всё, что ты хочешь знать? — голос Видославы сочился издёвкой. — Ты желала ответов и это всё, что тебя волнует?

— Ты забываешься Видослава.

От такого тихого и властного одновременно голоса я вздрогнула, Видослава же потемнела лицом.

Интересно, все духи умеют обретать по нужде телесную оболочку, или это только Дева да наши ангелы такие?

Я во все глаза смотрела на своего ангела-хранителя и, если бы не крылья за её спиной, приняла бы за воительницу, так грозно та возвышалась над Девой.

Хранительница тяжело смотрела в лицо Видославы, пока та старательно прятала глаза. Казалось, что эти двое хорошо знали друг друга. В следующую секунду Деву заключили в крепкие объятья, которые чудом избежала моя кошка. Лили жалобно мяукнув, протиснулась между девушками и прыгнула ко мне на руки. Я тут же притянула кошку к груди.

Если Лили ещё и обижалась на меня, то всё равно предпочла, что самое безопасное место на моих руках.

— Тебя бы выпороть за твою самодеятельность, — воскликнула моя хранительница, отстраняясь от Видославы, — но, что сделано — то сделано.

— Белослава, я думала…

— Я знаю, — хранительница развернулась ко мне и наклонилась, помогая подняться на ноги, — ты, как всегда, поспешила.

— Белослава?

Удивительно, но мой охрипший от волнения голос заставил вздрогнуть Деву и на этот раз она спрятала глаза уже от меня.