Задержав взгляд на лице мужчины чуть дольше, Видослава всё же отвернулась и поспешила уйти с прогалины.

— Нет!

Витослав вырвал одну руку и кинулся следом. Демира перехватила мужчину поперёк груди, наваливаясь телом.

— Видослава, нет!

Картинка перед глазами смазалась. Туманная дымка на время скрыла временной разлом и снова заклубилась.

— А…

Я озадаченно закрутила головой.

Сама того не заметив, я поднялась с сундука и встала ближе к клубящейся временной прорехе.

— Тебя приманила сила, — пояснила Видослава, — но отойди немного, сейчас ракурс поменяется, и лучше бы тебе не касаться рун заклятия.

Только сейчас я увидела, что чуть не наступила на светящийся на полу странный символ. Я опасливо сделала шаг назад, и тут же туман расступился, открыв новую картину.

Над землёй, сверкая всеми цветами радуги, разверзлась пентаграмма, в центре которой стояла Видослава. Волосы и одежды девушки развивались на ветру, губы что-то неслышно шептали.

— Слава богам, она почти закончила обряд.

Я вздрогнула, не заметив сразу во временном окне трёх стоявших поодаль женщин. Длинные волосы из-за ветра застилали их лица, но тень узнавания не ускользнула от меня.

— Они наконец-то обретут счастье.

Одна из женщин восторженно всплеснула руками, стоило пентаграмме поменять цвет и понемногу начать растворяться.

— Наши труды были не напрасны. — вторила другая.

— Тише вы! — прикрикнула на подруг третья женщина на подруг. — Не освежевать неубитого зайца.

Неожиданно мелькнула тень, но никто из женщин её не заметил. Сверкнула сталь и исчезла в сиянии обряда.

Девичий вскрик прошёлся острым лезвием по оголённым нервам.

В тот момент, как девичье тело обессиленно завалилось на землю, на окраине леса выскочил Витослав.