- “Где я” – пронеслось в сознании Хаджара.

Он плыл во тьме, а иногда вокруг него вспыхивали мутные сцены чьего-то прошлого. Порой ему казалось, что его собственно, но вскоре он осознавал, что нет – чужого.

Хаджар не мог разобрать ни окружения, ни силуэтов. Лишь тени и эхо приглушенных, далеких голосов. Таких же размытых, как и все вокруг.

– Кто это, мой повелитель? – звучало далекое эхо.

– Бель, – ответил второй голос. – С этого дня она будет жить с нами.

– Отпусти меня, грязный ублюдок!

– Ты назвала ублюдком бога?! – и смех, сравнимый разве что с весенним громом.

Затем еще сцены. Еще и еще. Целый ворох, в котором Хаджар мог слышать голоса, порой различать смутные очертания фигур, но не более.

А потом все прекратилось.

Он стоял в знакомом месте. Вот только теперь не было той радости и предвкушения, как прежде, когда он оказывался на бескрайнем заливном лугу. Ужасно одиноко теперь выглядел единственный камень, стоящий н холме посреди бескрайней равнины, укрытой травой.

– Учитель, – печально вздохнул Хаджар.

– А ты вырос.

Машинально обнажая меч, Хаджар обернулся. Теперь, помимо камня, здесь находилось старое, посеревшее дерево на ветви которого сидел крупный ворон.

– Ну здравствуй, потомок мой.

И голос исходил именно от жуткого вида птицы.

Глава 502

Глава 502

– Энора?

– Быстрее, быстрее! Иначе они оба сейчас отправятся к праотцам!

Воины внесли два тела в просторные чертоги. Потолок лекарской выглядел свившимися кронами деревьев, хотя на самом деле был сделан из редчайшей и прочнейшей породы камней. Многие ювелиры сочли бы за честь работать с таким материалом и удавились бы от зависти, когда увидели, как используют их Марнилы.