Еще никогда прежде, даже из уст Хельмера и духа Курхадана, Хаджар не слышал, чтобы слово “человек” произносили вот так. Будто какое-то грязное и пошлое ругательство. Оскорбление, за которое надо немедленно вызывать на дуэль, иначе на веки покроешь себя пятном бесчестия.

Учитывая, что ладонь эльфа при этом лежала на рукояти его клинка, то нетрудно было догадаться, что Король пытается вывести собеседника из себя. Даже попытайся Хаджар сейчас обнажить клинок, как его немедленно отправили бы к праотцам. И это в лучшем случае…

– Немногое.

И Хаджар рассказал эльфам то, что знал о Враге. Что-то он, разумеется, утаил. Например тот факт, что мог призвать в реальность оружие Черного Генерала и то, что недавно имел с ним небольшую беседу.

Хотя последнее, каким-то чудесным образом, уже было известно эльфам.

– Рано или поздно, каждый из потомков Врага сталкивается с ним лицом к лицу, – в голосе эльфа явно звучало неприкрытое омерзение. – Кто-то позже, кто-то раньше, но этот вирус поражает всех зараженных.

– Я не особо ратую за своего предка, но не называю острые уши вирусом.

В глазах эльфа вспыхнул гнев, но его вовремя уняла ладонь Геры, легшая Королю на плечо. Тот произнес что-то на неизвестном Хаджару языке. И, судя по реакции Геры, это явно было нечто нелицеприятное.

– Мы употребляем слово “потомок”, - её голос, в отличии от брата, звучал пусть и нереально, но весьма приятно. – лишь чтобы тебе было понятнее, маленький воин. На деле же сравнивать нас, потомков Великого Леса, с тобой – бесполезно.

– Унизительно, – “прохрустел” Король.

Гера, снисходительно посмотрев на сородича, продолжила.

– Мы являемся потомками по Духу. Частичка Духа некогда разделилась и влилась в нашего Великого Предка.

Хаджар снова посмотрел себе под ноги, а потом на кроны дерева. Кажется, только недавно эльф адресовал подобное обращение – “Великий Предок”, листочку, упавшему с ближайшей ветки.

– Все верно, маленький воин, – кивнула Гера. – Каждый из эльфов, кто умер не от ран, а от старости, превращается в дерево. И сейчас ты находишься не только в нашем святилище, но и на кладбище.

Хаджар сглотнул. Он слышал рассказы Эйнена о том, что эльфы, со временем, возвращаются в свой первозданный древесный вид. Но одно дело слышать и может даже верить, а совсем другое – увидеть собственными глазами.

Зрелище одновременно пугало и восторгало.

Хотя, интересно, а сколько лет было этому дереву, в чьих кронах он стоял, если оно являлось первым среди Эльфов? Мысли о таких сроках порождали разве что только головную боль.

– Но разве эльфы не пришли в Даанатан всего несколько сотен тысячелетий назад? – внезапно вспомнил Хаджар.