Хаджар не припоминал ни одной бардовской песни с подобным названием.
– Анализ данных, – отдал он мысленный приказ нейросети.
Даже если взять нижнюю границу срока, который неизвестно каким образом вычислила нейросеть, то получалось, что записям как минимум двадцать три века.
Для жизни таких существ, как Фэйри, Хозяева Небес или Бессмертные – все равно, что день для смертного и неделя для адепта.
Но для Хаджара – невероятный, попросту даже немыслимый срок.
– “Я помню историю Ху Чина. Забывшись, он рассказывал мне о том, как некогда, до изгнания на Западный Предел, он сторожил сокровищницу Императора Страны Драконов. Он рассказывал о том, какие сокровища там хранятся. Но, среди множества Божественных артефактов, техник Божественного уровня и прочего добра, он с придыханием говорил лишь об одном – о свитке второго тома техники “Пути Среди Облаков”. Он называл его “Путем Среди Звезд”.
Хаджар вновь отвлекся и устало помассировал виски. И почему он сразу не мог догадаться, что тайна, на которой, как сказал Хранитель – держится власть нынешнего Императора Драконов, будет находиться… ну, хотя бы, в таинственном подземелье.
Или, на крайний случай, в логове демонов.
Нет, разумеется, свиток хранился в сокровищнице столицы Страны Драконов. И, пожалуй, на весь их регион, сложно было отыскать места более защищенного. Проклятье, Хаджар вообще сомневался, что к нынешнему времени Император не достиг какой-нибудь ближайшей к Бессмертному ступени развития.
Если вообще не сравнялся с ними по силе.
– “Думаю, заглянуть в сокровищницу. Я слышал там есть жемчужина, которая переливается всеми цветами радуги… она подойдет к моей коллекции. Осталось только верно следовать карте, которую нарисовал мне Ху Чин. Карта к копии ключа, ведущего в сокр…”
Хаджар захлопнул дневник и огляделся. Поблизости от него никого не было, что, разумеется, не могло не радовать.
Как всегда – одно лишь знание о том, что существовала копия ключа к сокровищнице Императора Драконов, могло привести к краху всего Дарнаса.
Осторожно, контролируя окрестности, Хаджар приоткрыл следующую страницу дневника. Взглянув на неё лишь мельком, он пролистал страницы, убедился в том, что они пусты, а затем усилием воли превратил древнюю “рукопись” в прах.
Порыв ветра подобрал мельчайшую бумажную пыль и унес её куда-то в сторону горизонта.