Копье взмыло в небо.
Морган упал на землю.
Его сердце не билось. Он отдал самое дорогое, что у него оставалось…
Нет, не собственную жизнь.
А жизнь Теция.
– Отец! – закричал целый и невредимый принц.
Морган сумел обмануть всех. Даже саму судьбу. Даже древнейшие заклинания. Копье, благодаря магии крови и зелью демона, приняло Моргана за его сына.
В грудь огромного, пятиглавого дракона, вонзился столп золотого света. На миг он принял форму копья, а затем Хозяин Неба, извиваясь и ревя от боли, начал каменеть, пока не свился вокруг созданной же им скалы и застыл навеки в форме, которую барды назовут Хребтом Дракона.
Касаясь новых всходов, Морган шел по полю пшеницы. Обнимая ту, которая родила ему любимую дочь, обнимая дочь, сверкавшую изумрудными глазами, он шел навстречу.
Навстречу единственному, кого мог бы назвать…
– Здравствуй, брат мой.
– Ты заставил меня ждать, проклятый интриган! – засмеялся высокий, плечистый мужчина с голым торсом, покрытым татуировками, гривой черных волос и ожерельем из звериных клыков. – Пойдем, дружище! Ты даже не представляешь, какое вкусное здесь вино! И мяса – хоть от пуза!
Тирисфаль, чуть ли не в припрыжку, побежал к дому на холме, а Морган, на мгновение задержавшись, посмотрел на рассвет.
Впервые за тысячи лет, это действительно был – новый рассвет.
Тот, что обещал принести с собой что-то иное, чем было прежде.
Морган улыбнулся.
Счастливо и беззаботно.
Он крепче обнял возлюбленных и пошел следом за другом.