Она коснулась одного из своих браслетов и то, вздрогнув, обернулся длиной шелковой лентой синего цвета.

— Это мой подарок, — она положила ленту на ступени дома. — повяжи её на волосы. И если это твоя истинная любовь, лента не развяжется.

— Если вы знаете, что эта истинная…

— Чем сильнее любовь, тем реже она бывает взаимна, глупый Генерал, — глаза Аштари на мгновение стали грустными. Будто высохли океаны. — Иначе не было бы…

Богиня так и не договорила. Но этого оказалось достаточно, чтобы Безымянный понял, что не один лишь Ляо Фень обладает мудростью на Седьмом Небе.

— Моя сестра, Истани, уже присмотрела этот дом для пока еще не родившейся души Гвел. Волшебнику здесь будет хорошо.

— Что вы хотите сказ…

Аштари исчезла. Мир вновь сиял всеми красками, что померкли на её фоне. И лишь синяя шелковая лента на крыльце слишком маленького дома или слишком большого сарая напоминала о том, что здесь ступала нога Аштари, Богини Любви.

Глава 1457

Глава 1457

Хаджар падал куда-то все глубже и глубже. Туда, куда не доставал свет синего неба, накрывавшего бескрайний травяной луг и холм с одиноким камнем и деревом.

Хаджар уносился мысленно все дальше внутрь собственной души и ядра.

Он рухнул прямо внутрь яростной, чужеродной энергии.

— Проклятье, — выругался Хаджар, когда его сознание пришло в норму.

Он обнаружил себя стоящим посреди бескрайнего поля. Над головой, из-за облаков, показывалось закатное солнце. Оно кровью и раскаленным золотом заливало небо.

Дул северный ветер.

Он развевал сотни и тысячи порванных штандартов. Обломанные и целые, воткнутые в землю, застывшие в хватке лишившихся плоти, костяных солдат, они трепыхались над истерзанной броней, изломанными стрелами, покореженными пушками.

Разломанные черепа, превратившиеся в песок кости, бесчисленное множество оружия.

Куда бы не падал глаз, он находил лишь поле брани, оставшееся после стихшей битвы.

Хаджар видел такое не раз и не два.