— Хм, спасибо, княжич, за вашу консультацию, и еще раз примите мои извинения за ранний звонок.

— Всегда рад помочь, — ответил я и положил трубку.

Отсутствие нормальных связей у принцессы, конечно, первое время будет проблемой. Для Поднебесной она больше не будет дочерью императора, а для Русского царства превратится в темную лошадку. И полного понимания, как все это работает, она еще не успела достичь. Но со временем и с помощью Семена это изменится.

Бросив взгляд на дверь в ванную, я вздохнул и, откинув одеяло, встал на ноги. Набрав номер Ефремова, я прошелся по спальне, размышляя, насколько рад будет друг моему звонку. Но долг платежом красен — это его невеста разбудила меня в такую рань.

— Да, княжич, — отозвался Семен Константинович через пять гудков. — Что-то случилось?

— Здравствуй, княжич, — ответил я. — Ты со своей невестой вообще общаться перестал? Она мне звонит, чтобы прояснить тонкости нашего менталитета, вместо того, чтобы говорить со своим женихом.

— Виноват, исправлюсь, — совершенно неискренним голосом ответил тот. — Как там на базе все прошло? Я слышал, ты немало самураев положил?

— Да мне-то что будет? — ответил я максимально нейтральным тоном. — Другие под удар попали. Ты не думал еще приставить к Мэйли Ван охрану Ефремовых? Как по мне, так уже давно пора. Я, как и ты, не располагаю достаточным запасом времени, чтобы всегда находиться рядом.

— Мы не можем, Дмитрий, — со вздохом произнес он, — я бы уже давно вызвал свою команду с Амура, но пока она официально не моя невеста… В общем, в Поднебесной противники императора спят и видят, чтобы я начал нарушать порядки и традиции. Сразу же все сорвут, император у них, знаешь ли, тоже не в самом выгодном положении.

— Короля делает свита, — ответил я.

— Вот-вот, — подтвердил Семен со вздохом, — там такой аппарат от предыдущего императора достался, что отца Мэйлин могут вымести вместе с мусором, если он начнет перегибать. Сам понимаешь, как это делается. Отравят собственные наложницы — и да здравствует новый император. А посадят на трон, естественно, не сына и не дочь, а какого-нибудь дядю, чтобы через него диктовать политику.

Я помолчал, и друг воспринял эту паузу по-своему.

— Ну чего ты там сопишь, Дмитрий? Я же не про Романовых говорю.

— Да нет, я о другом подумал, Семен. А что если и нападение это изнутри Поднебесной заказано было? — предположил я. — Есть у них там безумцы, которым выгодно Мэйлин убрать?

— Да полно! — фыркнул тот. — Но как только она станет моей женой, все они вынуждены будут отступить.

— И это хорошо, меньше за тебя переживать буду. Ты скоро вернешься в ЦГУ?