— С возвращением, княжич, — сказала она, пробегая по мне внимательным взглядом в поисках возможных ран.

— Спасибо, как тебе «Оракул»? — ответил я, на ходу раздеваясь, чтобы по-человечески помыться. — Записываешь свои пометки?

— Все очень сырое, княжич, — недовольным тоном доложила Слуга, шагая вслед за мной в ванную. — По-хорошему, все нужно переписывать. Слишком много оборванных хвостов и неработающих приложений, — помогая мне раздеться, продолжила она, на всякий случай ощупывая кости.

— Со мной все в порядке, Кристин, — с улыбкой заявил я, отходя от девушки и закрывая дверцу душевой кабины в уголке. — На сегодня твоя задача — закончить с изучением системы. А завтра мы уже вместе пройдемся по твоему списку.

— Слушаюсь, княжич, — отозвалась та, и я услышал, как за ней осторожно прикрылась дверь ванной.

Быстро закончив с водными процедурами, я обтерся полотенцем. Из запотевшего зеркала на меня смотрел все тот же ничем не примечательный парень, каким я отправился на базу. Очередное приключение — и никаких следов, прекрасно сработано. Преждевременно стареть мне, конечно, не грозило, но внешний вид многое значит. А главное — облик бывает обманчив, я ведь не Ефремов, любой одаренный дважды инстинктивно подумает, прежде чем задевать Амурского тигра.

Выйдя в гостиную, я увидел, что Кристина уже сидит за своим компьютером, а на вешалке меня ждет подобранный ей костюм. Раз отец уехал, руководит особняком до его возвращения матушка. А это значит, что мне придется блюсти этикет от и до, несмотря на то, что в доме только мы и наши люди.

Одевшись в итоге, как на прием, я проверил, как сидит на плечах пиджак, и пошел в столовую. Будем надеяться, в этот раз обойдется без слез.

— Добрый вечер, — поздоровался я, входя в помещение.

Сестра улыбнулась мне, а матушка встала со своего места и, подойдя ближе, порывисто обняла:

— С возвращением, сынок.

Меня поцеловали в щеку, и я занял свое место за столом. Прислуги не было, но тарелок было так много, что свободного пространства почти не осталось.

— Раз уж ты вернулся раньше времени, — пояснила Ксения, — то тоже примешь участие в отборе блюд для приема.

— И это хорошо, — прокомментировала матушка. — А то без мужского взгляда глупые женщины могут растеряться и есть все подряд, а ты знаешь, как важно для дамы блюсти фигуру.

Я улыбнулся шутке и начал дегустацию вместе с остальными.

Список из четырех десятков блюд в итоге сократился до двадцати шести. И, честно говоря, я слабо чувствовал, чем одно отличается от другого. Но под взглядами женщин кивал в нужных местах, когда матушка или сестра хвалили или, наоборот, осуждали содержимое очередной тарелки.