Чего и следовало ожидать. Этот ультиматум ни капли не удивил Мейборна, заранее знавшего, что левейцы хотят добиться от этого совета. Мысленно барон усмехнулся. Завуала даже после своей смерти приносит слишком много проблем, но только гораздо больше, чем при жизни. Теперь есть только два пути: либо он уходит, отрекаясь от всех своих титулов, и Княжество остаётся единым, но, перешедшие под командование Кантополо, войска возвращаются в Кров и ждут антийскую армию здесь, либо Мейборн отвергает условия, и Княжество, таким каким его все знают, перестаёт существовать. Внезапно, барона осенило. Они правы, слишком многое указывает на его причастность, значит кто-то очень усердно пытается подставить Мейборна, лишить его титула и власти. Без него Княжество выйдет из игры, и никто больше не ввяжется в войну. Антийцы? Возможно, но неужели их шпионы настолько глубоко пустили сюда корни? Много догадок и ещё больше вопросов, в любом случае нельзя идти на поводу у врага.

— Я служу Княжеству уже семьдесят четыре года, тридцать из которых являюсь командующим самой большой гвардии, и уже девятнадцать лет оберегаю эту страну в титуле барона, дарованного мне князем Никлоном. Вы не имеете, не то что, права лишить меня всех моих заслуг, но даже права требовать от меня каких-либо объяснений, — Мейборн говорил жёстко, чем привёл в недовольство присутствующих, — так что я отказываюсь от вашего условия. С Аратабией или без, но я доведу своё дело до конца, и совместно с другими союзниками разобью врага на юге, после чего мы наладим дела здесь. Помимо этого, я призываю вас не только придать большое значение антийцам, но и врагу внутри нашей страны, что так усердно пытается разрушить её целостность.

— Вы пропускаете все советы Красной Империи мимо ушей, — сказал Долоривэ, — следует научиться прислушиваться к своим союзникам и доверять им, несмотря на то, что ваши мнения и взгляды разделяются в той или иной ситуации.

— Не получится одолеть противника, лишь ударами в спину, — добавила Акфим, — как ты и привык, Мейборн!

Барон некоторое время молчал, смотря на озлобленную Акфим, но спустя несколько секунд всё же ответил.

— Бить своего союзника в спину — это предательство, но бить в спину врага — это тактика, но по мне, так оба случая являются предательством. Предательством своей чести. Если кто-то не умеет сражаться честно, то он всегда будет бить в спину. Вот кого по истине нужно бояться. И так уж вышло, что чаще всего в спину бьют именно союзники. Прежде чем искать врага за своими границами, сначала посмотрите на тех, кто стоит рядом с вами. Я всегда вижу своих врагов насквозь, я знаю, что от них ожидать, я знаю их мотивы и вижу их желание убить меня и тех, кто стоит рядом со мной. Но, что ожидать от союзников, стоящих за твоей спиной и постоянно приводящих разные доводы, чтобы не вступать в разгорающуюся войну? Вы глупцы, если доверяете империи, и я глупец, что доверился алькарскому королю, чьи мотивы мне до сих пор не ясны. Но в отличии от вас я всегда готов к удару в спину, а вас ваша неготовность однажды погубит.