***

Глаза раскрылись, Марк лежал на песке, в той же самой серой пустыне с тусклыми зелёными небесами, и, поднявшись, он увидел всё ту же худощавую голубоглазую девушку. Она стояла рядом, смотря себе под ноги с задумчивой улыбкой, и покусывала свой палец.

— Декарн Лорно, — сказала она, — я тебя недооценила. Быстро же старик сообразил. Повторю снова, Марк, тебе очень повезло с окружением.

— Я умер? — мальчишка ощупал свою грудь.

— Как же ты не поймёшь, малыш, ты никак не можешь умереть. Ты уже и так давно мёртв, так что не беспокойся.

— Что?

— Снова эти вопросы, — закатила она глаза, — ты начинаешь раздражать. Эх, ладно, в этот раз задерживать не буду, пора тебе возвращаться. Встретимся, когда это потребуется.

Внезапно наступила темнота, и всё вокруг исчезло, включая самого Марка, осталось лишь сознание, которое ещё некоторое время существовало в этой безмятежной пустоте.

***

Резкая боль в груди заставила его очнуться, невольно вскрикнув и схватившись за место ранения. Марк открыл глаза, рубаха испачкана кровью, как и небольшой участок пола под ним. В груди неприятное давящее чувство, и, приподнявшись, он расстегнул свою одежду, посмотрев на рану, выглядевшую очень свежей, но кровь больше не текла. Перед ним стоял Декарн, возле которого в ужасе замерли Виктор, Бракас и Сантилий, при этом первые двое держали руки старика, чтобы он больше ничего не сотворил. Мёртвая тишина образовалась в гильдии, всеобщее внимание приковалось к мальчишке, он видел лица каждого. Шокировались даже такие наёмники как Жак и Скафка, до этого сохранявшие абсолютное хладнокровие и безразличие, а Орада и вовсе сидела вся заплаканная, её пыталась успокоить сестра. Марк посмотрел на свои ладони, запачканные кровью, и вдруг осознал то, что чувствует себя абсолютно нормально, даже смог подняться на ноги, чувствуя страшную неловкость от такого внимания, но ещё больше, простой страх. Декарн выдернул свои руки из хватки наёмников и поправил мантию.

— Перед вами пустая человеческая оболочка, — указал он пальцем на Марка, — сосуд из крови и плоти, в котором отсутствует душа. Ты ещё более мёртвый, чем мертвецы Мёртвоземья. Магия света позволяет видеть души смертных, при использовании магического зрения. Твоей Милона не увидела. У тебя нет души, Марк. Поэтому ты и не можешь умереть, и поэтому тебя не видят плакальщики.

***

61 день Глора, 537 г., Проклятые пески, пустыня Ливри

61 день Глора, 537 г., Проклятые пески, пустыня Ливри

Выстрелы прекратились. Даже стонов раненных не было слышно. Кругом лежали, лишь многочисленные трупы, устилающие большое пространство песков, на которых ещё десять минут назад происходило сражение. Дым от взрывов и огня создавал отвратительную видимость, песок буквально пропитался кровью, не было ни победителей, ни проигравших, а только множество убитых солдат об имени, которых мало кто вспомнит. Даже несмотря на это, воины Ливрийского Савихата готовы отдать свою жизнь, ради защиты собственной страны и народа, которому враги угрожают геноцидом. Но что же можно сказать об антийцах? Они сражаются, потому что есть приказ, и наивные надежды на то будущее, что им обрисовали трусливые генералы, посылающие людей на убой в каждую битву, в которой они, несмотря на технологическое превосходство, гибнут тысячами, прямо как сейчас. Разве это проблема прислать из Анта ещё десяток другой стрелков, не понимающих, что такое война, но отлично берущих верх своим числом.