— Потому что на нас уже все смотрят, так что уходить уже поздно, — сообщил очевидное этот чешуйчатый интриган и перехватил меня за талию. — Придется танцевать. Готова?

— Нет! — выдохнула я, стараясь отстраниться от ощущения горячей руки мужчины на своей обнаженной спине.

— Значит, так будет даже интереснее! — провозгласил Каэль и рывком притянул меня ближе, буквально прижимая к себе, обволакивая жаром мужского тела и нотами специй его парфюма.

Да что б его!

Я подчиняюсь, потому что выбора нет, и отклоняюсь, как того требует рисунок танца. Объятия Каэля обманчиво слабеют, позволяя отшагнуть и почувствовать, как мужские пальцы соскальзывают со спины… почти соскальзывают! Шаг, поворот, и я снова в кольце его рук, прижата к мужской груди.

Мгновение и мы кружим по залу, подчиняясь нарастающему ритму танца. Очередная попытка ускользнуть, дорожка шагов, и я опять в плену сильных рук, а в голове начинает шуметь от сильного вращения.

Секунда свободы, и я оказываюсь прижата спиной к мужчине, ощущая его дыхание на обнаженных плечах и шее.

Смазанным взором окидываю зал и понимаю, что за нашим танцем наблюдают практически все. Ловлю один взгляд молодой белокурой девушки, который буквально пылает ненавистью. Умей она им убивать, я бы уже бездыханная свалилась к ногам Призрачного дракона. Хотя вряд ли, ибо держит меня Каэль крепко и при этом удивительно нежно. Так, что даже платье и тугой корсет кажутся мне всего лишь легкой оболочкой.

Очередное кружение, и зал исчезает, а я вновь прижата к Каэлю. Он приподнимает меня, заставляя встретиться с ним взглядом и… я тону. Зал, драконы, люди — все исчезает, оставляя только нас и этот танец.

Теперь мне уже самой кажется, что я не танцую, а лечу по залу, поддерживаемая руками Каэля. Повинуюсь уверенным движениям, взлетаю так, что захватывает дух, а через мгновение прихожу в себя в его объятиях.

Отступили все страхи и неуверенность. Остался только этот ритм, летящее скольжение по мраморному полу и мужчина, дарящий уверенность и восхитительное ощущение надежности.

Под конец танца быстрый ритм музыки начинал стихать, и наши взгляды снова встретились. Ртутное пламя глаз Каэля теперь не просто затягивало — оно сжигало меня, как огонь глупого мотылька. Но я не противилась. Я не могла. Я хотела сгореть! Хотела гореть для него.

Одна из его удерживающих за талию рук медленно поднялась выше, по обнаженной спине, вызывая волну мурашек, несмотря на разгоряченное танцем тело, а затем скользнула по щеке. Большой палец надавил на губы, словно оттирая и заставляя их инстинктивно приоткрыться навстречу склонившемуся мужчине.

Поцелуй. Нежный, долгий, тягучий, которому я просто не могла не ответить. И который, как только ответила, стал более жарким и жадным.

Где-то там давно кончилась музыка.

Где-то там стояли и взбудоражено переговаривались гости.

Где-то там…

А здесь мы стояли и целовались, не обращая ни на что внимания и не в силах оторваться друг от друга.

— Ва… Ваше Высочество! — волшебство момента прервал робкий голос.

Придя в себя, я сообразила, что мы тут на виду у всего народа целовались! И весь этот самый народ сейчас смотрит на нас!

Я попыталась отпрянуть от Каэля, но его руки по-прежнему держали крепко, так что даже дернуться не получилось. Щеки вспыхнули от смущения и стыда. Я не знала куда себя деть! Хорошо Каэль этого не видел, он уже перевел мгновенно застывшее ледяной маской лицо на мнущегося рядом мужчину в форменной ливрее, отороченной золотом, и раздраженно спросил:

— Что?

— Его Величество желает незамедлительно поговорить с вами, — с нервным поклоном пробормотал придворный, а затем, тише, добавил: — Приватно.

«Понятно, о чем говорить будут. Точнее, о ком», — мелькнула догадка и на душе стало еще паршивее.

— Сейчас буду.

«Он еще и оставит сейчас меня тут одну!»

«Я вернусь быстро, — раздался в голове успокаивающий голос. — Отдохни пока и не обращай ни на кого внимания. На тебе мое кольцо. Никто не осмелится выказать тебе даже малейшее неуважение».

— Очень на это надеюсь, — еле слышно пробормотала я.

— Не сомневайся, — Каэль улыбнулся и подвел меня к фуршетным столикам, после чего вновь пообещал: — Скоро вернусь.

И, коснувшись губами моей руки, ушел.

А я осталась, в полном смятении от всего случившегося.

Глава 14

Глава 14

Приватные разговоры во время балов и торжеств король проводил в небольшом кабинете, отделенном от тронного зала коротким, скрытым за одним из гобеленов коридором.

Путь этот Каэль проделал бодро. Кровь в нем буквально бурлила после танца с Лирой и неожиданного даже для него самого поцелуя. Поцелуя, который он не планировал, хотя и хотел ощутить с того момента, когда увидел девушку после окончания сборов на бал.

Бальный наряд с макияжем и высокой прической зачастую превращал женщин в кукол, придавая образу нарочитую неестественность. Но не с Лирой. Она стала более утонченной, элегантной и невероятно притягательной в этом платье, словно вырвавшись на праздник из череды серых будней. Корсет соблазнительно облегал ее фигуру, подчеркивая грудь, но не доводя до пошлости.

Такой увидеть ее он совсем не ожидал. Каэль даже не сразу смог ответить на вопрос Лиры о том, как она выглядит! И даже потом скупой и сухой ответ не шел ни в какое сравнение с тем, что в этот момент он чувствовал на самом деле.

Подхватывая Лиру под руку, Каэль на мгновение представил, как все будут смотреть на нее на балу. Смотреть и восхищаться! Так же как он.

«Особенно, мужчины».

Последняя мысль отчего-то ему не понравилась. Более того, она не понравилась аватаре, и дракон в глубине его души недовольно заворочался. Именно в тот момент пришло решение надеть на Лиру обручальное кольцо. На подружку принца многие могут заглядываться, но никто не рискнет приблизиться к официальной невесте принца.

Да, он понимал, что родовой артефакт — слишком серьезная вещь, и реакция родителей на него будет весьма бурной. Но в тот момент Каэлю на это было плевать. Родовая магия откликнулась на призыв сразу же, призвав одно из четырех колец из хранилища. А достав его из кармана, Каэль увидел, что это «Вечность» — самое старое из колец, которое не покидало сокровищницу уже многие сотни лет. Оно не откликнулось даже на призыв прадеда, хотя тот считался очень сильным магом! А к Каэлю пришло…

Посчитав это хорошим знаком, он уже без малейших сомнений надел розовый бриллиант на безымянный палец Лиры, предвкушая, в каком бешенстве будут родители. Древнейший, ценнейший, сильнейший артефакт — и на ком? На обычной человеческой девушке. Это ли не лучшая месть?

А на балу искренне наслаждался каждым ее мгновением.

Вершиной же стал танец и внезапный поцелуй, который начисто смел остатки самоконтроля Каэля. Слишком сильно ему понравилось сжимать хрупкую фигурку в своих объятиях. Каэль вспоминал ее лицо с прикрытыми глазами и прерывистое дыхание. Тепло податливых губ и исходящий от нее тонкий аромат ночных цветов. И осознавал, что, не прерви его отцовский посланец, он бы и дальше стоял там посреди зала, на глазах у всего двора, и целовал девчонку. Особенно после того, как она ответила. А она ответила! И Каэль был уверен, что Лире этот поцелуй понравился не меньше, чем ему.

Никогда он не чувствовал себя настолько живым и, да, счастливым!

Теперь же предстояло взять реванш у отца. В предвкушении Каэль пару раз стукнул в дверь, и, услышав короткое: «Входи», открыл ее и шагнул в кабинет.

Его Величество венценосный отец, король Аурус Третий Золотой ожидаемо пребывал не в духе. Раздражение шло от короля ощутимыми волнами. Он даже в кресло не садился, а стоял у окна, нервно постукивая костяшками пальцев по подоконнику.

— Н-да. Еще сильнее подчеркнуть, что ты не в семье, ты не мог, конечно, — окинув Каэля мрачным взглядом, процедил отец.

Каэль в нарочитом удивлении изогнул бровь:

— Регалии я надел. Этикет соблюден. Не понимаю, о чем ты.

— Да обо всем этом! — Его Величество скрипнул зубами и нервно взмахнул рукой. — О твоем показушном одеянии, в которых мы покойников хороним! О человеческой невесте-простолюдинке с родовым кольцом нашей семьи на пальце и разряженной как королева! Когда вчера мне сообщили, что ты появился в Звезде с этой девицей, я не думал, что ты зайдешь настолько далеко.

— О? Мама расстроилась из-за драгоценностей? Может, мне ей новый комплект заказать?

— Причем здесь твоя мать? Прекрати изображать дурака, ты прекрасно понял, что я имею в виду! — сердито одернул король.

— Да, понял. — Беспечное выражение с лица Каэля исчезло, сменившись ледяной маской. — Как и ты прекрасно понимаешь, почему это происходит. Вы меня таким сделали. Вы вынудили меня так жить. Вот и любуйтесь на деяние рук своих.

Король резко выдохнул. Все в нем клокотало от злости на непокорность старшего сына, но он понимал, что повлиять и надавить на него не может. На Киллиана — никак. Поэтому усилием воли взял себя в руки и уже спокойнее произнес:

— Понимаю, ты разозлился из-за прослушки. Но это было сделано для общего блага, и мы могли бы обсудить ситуацию спокойно, без лишнего шума. Не позорь всех нас. Не добавляй лишних слухов, сними с девушки родовое кольцо. Ради всех богов, Киллиан, это же «Вечность»! Обещаю, слежки больше не будет, и если ты женишься на Зарине…