Может, то, что ищет Ирина, как раз скрыто внутри?

В коридоре второго этажа свет не горел, но в гостиной была включена большая люстра, поэтому и здесь можно было сориентироваться. Ирина специально решила не включать настенные светильники, чтобы не привлекать лишнего внимания. Она взялась за старинную латунную дверную ручку и подергала. Заперто, как и всегда. Ирина опустилась на корточки, чтобы получше рассмотреть замочную скважину. Может, удастся подобрать подходящий ключ?

На кухне в стенном шкафчике рядом с холодильником хранилось огромное количество красивых старинных ключей. Эмма Викторовна говорила, что ими уже давно никто не пользуется, да и что запирать в доме, где живут члены одной большой семьи? Она уже и сама не помнила, от каких дверей все эти ключи, но Ирине отчего-то казалось, что там вполне может быть запасной ключик и от тайной каморки. Нужно только понять, как он может выглядеть.

Вытащив из кармана передника сотовый телефон, Ирина включила его и посветила экраном под дверную ручку. Замок был очень старым, через сквозную замочную скважину можно было заглянуть внутрь комнаты и даже что-то рассмотреть, если бы внутри было светло. Но в тайной комнате царила такая же тьма, как и в большей части дома. Ирина прищурилась, напрягая зрение, но ничего не разглядела.

И тут внутри комнаты что-то прошелестело.

Ирина едва не выронила телефон от неожиданности. Будто подол чьего-то длинного платья скользнул по дощатому полу. Но не мог же в запертой комнате скрываться кто-то живой!

Скорее всего, это просто скрипы перекрытий старого здания или форточку в комнате распахнуло порывом ветра. А может, тяжелые старые шторы трутся о подоконник?

Ирина попыталась снова заглянуть в замочную скважину, направляя туда луч света от экрана телефона. Естественно, она ничего не увидела. Вспомнив, что на телефоне есть фонарик, девушка принялась искать нужную кнопку.

Но тут в ее правый глаз вдруг ударила струя ледяного воздуха. Ирина отпрянула, схватившись за глаз. Из замочной скважины дохнуло пылью, нафталином и еще чем-то затхлым, чем-то из далекого прошлого. Так обычно пахло на старых складах и в подвалах, где хранится всякое старье.

За запертой дверью снова что-то прошелестело, а затем раздался тихий скрип, от которого у Ирины волосы встали дыбом. С таким скрипом могла открываться тяжелая крышка старинного сундука. Или крышка гроба, если бы скрытый внутри мертвец вдруг решил выбраться из своей домовины. Ирина похолодела от внезапно охватившего ее страха, но продолжала прислушиваться. Она даже прижала ухо к двери, чтобы лучше слышать. Скрип ржавых петель вскоре повторился, а затем перешел в тихие шаркающие шаги. Она слышала их так явственно, словно они раздавались на расстоянии вытянутой руки. И эти вкрадчивые шаги неумолимо приближались к закрытой двери.

Ирина уже с трудом сдерживалась, чтобы не закричать. Отпрянув от двери, она с ужасом посмотрела на черную замочную скважину. А что, если прямо сейчас кто-то точно так же смотрит на нее с той стороны, согнувшись в три погибели и затаив дыхание?

Девушка услышала, как за запертой дверью кто-то шумно вздохнул. И снова раздался тихий шорох, напоминающий шелест старой полиэтиленовой пленки.

– Господи, – хрипло прошептала Ирина, мгновенно взмокнув от ледяного пота.

В тайной комнате и правда кто-то был. Из замочной скважины на нее вновь подуло, воздух шел ледяной и сырой, будто прямиком из промозглого подвала. Ирина продолжала ошеломленно смотреть на закрытую дверь, пытаясь придумать хоть какое-то разумное объяснение происходящему. Но ничего не приходило ей на ум, а беспокойство продолжало медленно нарастать, постепенно превращаясь в дикий ужас.

Кто-то снова шумно вздохнул, а затем до девушки донесся тихий скрежет. Так могли скрипеть по старому дереву острые кривые когти. Эти звуки мог издавать дикий зверь, пытающийся проникнуть в чужое жилище. Или вурдалак, скребущийся изнутри в крышку гроба, стараясь пробить себе путь на вожделенную свободу.

Все это время Ирина слышала неясный ритмичный стук, гулко отдающийся в ее ушах. И только сейчас она поняла, что это колотится в груди ее собственное сердце.

Не в силах больше здесь находиться, девушка вскочила на ноги и торопливо отошла от темной двери тайной комнаты, пытаясь собраться с мыслями. В этот момент на третьем этаже хлопнула дверь. Похоже, кто-то из обитателей дома решил спуститься вниз.

Внезапно у нее родилась идея. Ирина опрометью кинулась на первый этаж, на цыпочках перескакивая через ступеньки. Торопливо спустившись в сумрачную гостиную, она бросилась дальше и вскоре выбежала из дома через черный ход.

Завернув за угол спящего особняка, Ирина вскинула голову, пытаясь найти окно запертой комнаты. А, вот оно, задернуто изнутри плотными темными шторами. Форточек там не было. Так откуда взялся этот сквозняк и непонятные звуки, которые все еще тихим эхом звучали в ее ушах? Потрясенная Ирина ничего не могла с этим поделать.

Глава 31 Профессиональный совет

Глава 31

Профессиональный совет

Следующим утром Степан Бузулуцкий снова встретился со следователем Карамзиным. Эту встречу он не планировал. Следователь просто ждал Степана на парадной лестнице музея, когда тот явился за несколько минут до начала практики. Рядом с Карамзиным стояла староста группы Галина, они о чем-то шептались, изредка бросая по сторонам странные взгляды. Увидев Степана, Галина показала на него рукой и что-то сказала следователю, тот понимающе кивнул в ответ.

– Вот овца, – тихо буркнул Степан, подходя.

После этого староста торопливо, не оборачиваясь, ушла в здание, а Юрий остался стоять, не сводя с парня глаз. Степан слегка напрягся, но решил не подавать вида. Он просто поднялся по ступенькам и мельком поздоровался, намереваясь пройти дальше, но Карамзин вдруг преградил ему дорогу.

– А вот и ты. Хорошо, что я тебя встретил, – бросил он вместо приветствия.

– Вы меня тут специально ждете? – глухо спросил Степан.

Небо над их головами начали затягивать тучи. Ветер заметно усилился, все говорило о скором приближении дождя.

– Не специально, не раскатывай губу, – криво усмехнулся Карамзин. – Я приехал поговорить с Крыловой, но потом увидел, что студенты на практику собираются. Вот и решил тебя немного подождать.

– И чем обязан такой чести?

– Проверили мы твою подноготную, пацан, и много интересного нашли.

Что-то подобное Степан и подозревал.

– И что конкретно? – хмуро спросил он.

– Можно подумать, ты сам не знаешь. – Карамзин буравил его пристальным взглядом. – Многочисленные приводы по малолетке, даже на учете в детской комнате полиции состоял. Дальше – больше.

– Это вы еще плохо копнули, – усмехнулся Бузулуцкий.

– Мне и этого вполне хватило. Но нас сейчас совершенно другое интересует. Ты правда во время ограбления того типа узнал? Люди слышали, как ты к нему по имени обратился.

– А если отвечу, это не будет потом использовано против меня? Как в детективных сериалах.

– Смотря что ответишь.

– Приводы у меня были, верно, – не стал отрицать Степан. – И гордиться мне тут нечем. Но все это давно в прошлом, я уже несколько лет веду себя, как порядочный гражданин. А тот тип, как вы выразились… Не по имени, а по кличке я его назвал. Рыжим его зовут. Пару раз мы с ним пересекались, нас как-то даже задерживали вместе. Об этом вы тоже могли в моем деле прочитать. Поэтому я его и узнал… Как и он меня.

– Интересно, – задумался следователь. – Значит, ты завязал, а он еще продолжает свою «карьеру»? Ты в курсе, на кого он обычно работает? Или вольный охотник?

– Скорее, наемник, – неохотно ответил Степан, осматриваясь по сторонам. Ему и так не слишком приятно было общаться со следователем, не хватало еще, чтобы кто-нибудь увидел их вместе. – Кто больше заплатит, на того Рыжий и работает.

– Хочешь сказать, что ограбление ему заказали? – прищурился Карамзин.

– Понятия не имею. Это вам у Рыжего лучше спросить.

– Ну тогда хоть подскажи, где найти этого твоего Рыжего?

– Этого я не знаю. – Бузулуцкий пожал плечами.

– Не знаешь или пытаешься его покрыть?

– К чему мне это? – резонно спросил Степан. – Мы с ним не друзья и не родственники.

– Ну мало ли… Может, это ты его навел? Его и всю банду. Сам посуди, только вы пришли на практику, как музей грабят. Только Перелозов на тебя наехал, как он погибает на следующий же день. А с твоим прошлым только совсем тупой не станет тебя в чем-то подозревать.

– Да, со стороны это может показаться странным… – согласился Степан. – Но я ни в чем не виноват. А насчет Рыжего… Я не видел его четыре года до стычки в музее. И предпочел бы вообще никогда больше не видеть. У меня теперь совершенно другая жизнь.

– И что, старые делишки так просто отпустили? Нет желания к ним вернуться?

– Нет, – покачал головой Бузулуцкий. – Я могу идти? Все равно мне больше нечего вам сказать.

– А это уж мне решать, – жестко заявил Карамзин.

– Доброе утро, – раздалось вдруг позади них. – Вы что к студенту пристали? Он и так на практику опаздывает.

Юрий удивленно обернулся. К ним приближался Роман Кукушкин. Увидев его, Степан с облегчением выдохнул. За отцом шагал и Егор.

– Мы и правда сильно опаздываем, – быстро проговорил Кукушкин-младший. – Ноги в руки и вперед, если неприятностей не хочешь!