В порту Восточного моря выстроились десятки кораблей и лодок. Одни были большими, украшенными резными узорами и изящными занавесями, а другие – маленькими и настолько потрепанными, что, казалось, вот-вот уйдут под воду.

Учитель, как истинный охотник за низкими ценами, сразу же приметил несколько маленьких лодок. Такая переправа обошлась бы ему всего в пять монет с человека, трудно было найти более дешевый и выгодный вариант.

На лодках стояли щербатые горшки и миски. Поговаривали, что их используют для вычерпывания воды, когда протекает днище.

Но план учителя провалился. Стоило им подойти к причалу, как Янь Чжэнмин послал слугу нанять самый большой, самый дорогой и самый прекрасный корабль. Когда дело было сделано, дашисюн с гордо поднятой головой направился к трапу.

Чэн Цянь пошел последним вместе с учителем, потому что не хотел идти ни с одним из своих шисюнов.

Затем Чэн Цянь увидел, как учитель впервые нахмурился, глядя на дашисюна.

Заметив это, он спросил:

– Что случилось, учитель? Дашисюн слишком расточителен?

– В жизни без денег и правда тяжело сделать даже самый малый шаг. Но материальное есть внешнее, пустое. Не стоит на этом концентрироваться. Ему не следует быть таким напыщенным, – сказал Мучунь чжэньжэнь.

Чэн Цянь опешил, а после вздохнул, поняв, что имел в виду учитель. Он огляделся и увидел вокруг множество людей, направляющихся на остров Цинлун. Кроме моряков и рыбаков, здесь были и заклинатели из других кланов.

Некоторые ученики, не научившиеся скрывать свои помыслы, уже вовсю обсуждали их кичливую выходку.

Янь Чжэнмин приказал слугам отнести его вещи на корабль. Его высокомерие и дурные манеры полностью затмили личность заклинателя, делая Янь Чжэнмина похожим на лощеного сына богатой семьи. Он казался распущенным мальчишкой, никогда не видевшим мира.

Некоторые люди смотрели на них с презрением, некоторые – с отвращением, а несколько бродяг в лохмотьях бродили возле маленьких дешевых лодчонок, издали поглядывая на Янь Чжэнмина, с неясными выражениями лиц.

Чэн Цянь непроизвольно сжал свой деревянный меч. Он поднял глаза и внезапно спросил:

– Учитель, когда я смогу получить настоящий меч? Такой же, как у дашисюна. Думаю, его мастерство не так хорошо, как мое.

Мучунь чжэньжэнь с нежностью посмотрел на него.

– А зачем тебе настоящий меч?

Чэн Цянь обвел взглядом недобро косящихся на них людей, раздумывая, как ему следует ответить. Он был крайне чувствителен к враждебному отношению и ощущал бы себя в большей безопасности, будь у него настоящее оружие.

Хотя Чэн Цянь полагал, что у дашисюна дыра в голове, слова учителя о том, что он не должен быть таким напыщенным, показались Чэн Цяню довольно резкими. Почему человек должен жить в согласии с чужими взглядами и потакать чужим пристрастиям?

Неужели он должен забыть о своих желаниях из-за чьей-то зависти?

С чего бы это?!

Но учителю об этом говорить не стоило. Чэн Цянь знал – ему это не понравится. Поэтому, вместо правды, он уклончиво сказал:

– Я вижу, что у всех вокруг настоящие мечи.

Мучунь чжэньжэнь улыбнулся.

– Меч в твоих руках отличается от других. А еще ты можешь пораниться, тренируясь с настоящим клинком. Просто подожди, пока не станешь на несколько лет постарше.

Чэн Цянь промолчал, оставив при себе свои мысли.

Он чувствовал, что в словах учителя всегда таился какой-то подтекст.

Так как они уже наняли большой корабль, Мучуню не оставалось иного выбора, кроме как подняться на борт судна вместе с Чэн Цянем.

Погода была прекрасная. Корабль шел по спокойной воде, и остров Цинлун, ранее неразличимый, теперь был хорошо виден. Лужу сильно взволновал запах моря и рыбы. Она никак не могла успокоиться, ползая вверх-вниз по плечам учителя и превращая его волосы в птичье гнездо.

Попутчиков у них было немало. Со своей палубы ученики клана Фуяо видели, как на соседнем корабле тренируются заклинатели мечей из неизвестного им клана. Они сражались друг с другом.

Над другим кораблем зависла группа стариков на летающих мечах – вероятно, они сопровождали младших членов своего клана. В какой-то момент им показалось, что корабль идет слишком медленно. Плотный, похожий на жирную редиску старик вскинул руки, отчего его рукава взлетели в воздух. В тот же миг сильный ветер взволновал море, и их судно, словно подгоняемое невидимой ладонью, резво устремилось вперед, рассекая волны и едва не опрокинув несколько маленьких корабликов.

Корабль с тренирующимися заклинателями покачнулся на волнах и тоже едва не перевернулся. На нос выбежал мужчина средних лет с тяжелым мечом в руке – по-видимому, старший. Он поднял оружие и при помощи какой-то неведомой силы выровнял их судно. От усердия его лицо покраснело.

У клана Фуяо не было таких сопровождающих, но у них был большой корабль. Он лишь слегка покачивался на огромных волнах, поднимая брызги.

Именно поэтому Чэн Цянь чувствовал со стороны окружавших их маленьких суденышек все более враждебные взгляды.

Вцепившись в свой деревянный меч, Чэн Цянь с непроницаемым лицом стоял у поручней на палубе. Другие заклинатели относились к принципу покоя и недеяния[116] иначе, нежели воспитанники клана Фуяо. Некоторые из них злоупотребляли своей властью, чтобы запугивать других, а те, кого запугивали, почему-то не ненавидели своих обидчиков. Они завидовали тем, кто смог избежать подобной участи.

В скором времени Чэн Цянь утратил к ним интерес. Он больше не хотел смотреть, как всемогущие заклинатели летают среди облаков. Крохотное зерно его самолюбия снова взяло верх, и он почувствовал, что не желает путешествовать бок о бок с этими людьми.

Вернувшись в каюту, Чэн Цянь нашел себе место поудобнее и взялся за резец, чтобы попрактиковаться в создании талисманов. Сейчас у него было лишь одно-единственное, зудящее желание: проснуться на следующий день всемогущим.

Перед отъездом он нашел в библиотеке книгу по боевым искусствам, название которой – «Техника меча прилива» – как нельзя лучше подходило к морскому путешествию. Чэн Цянь уже освоил второй стиль владения деревянным мечом и перешел к третьему, догнав в обучении Ли Юня. Он так быстро учился, потому что был единственным из учеников Мучуня, кто практиковался до стертых ладоней.

По сравнению со стилями деревянного меча Фуяо, другие стили казались простыми и скучными, в них не было каких-либо ярких вариаций. Но когда Чэн Цянь решил попрактиковаться и принялся вникать в различные аспекты «Техники меча прилива», к нему ворвался Ли Юнь.

– Сяо Цянь! – Ли Юнь толкнул дверь, пытаясь отдышаться. – Что ты здесь делаешь? Пойдем со мной! Похоже, великий темный заклинатель, о котором упоминал дашисюн, явился!

Глава 28 Кто стремится завоевать титул Бэймина?

Глава 28

Кто стремится завоевать титул Бэймина?

Чэн Цянь и Ли Юнь поспешили на палубу. Стоило Чэн Цяню покинуть каюту, как в нос ему ударило ужасное зловоние. Он поднял голову и увидел перед собой поистине необычное зрелище: некогда чистое небо оказалось затянуто темными тучами. Они простирались вокруг, насколько хватало взгляда. Сквозь них не мог пробиться ни один, даже самый маленький, солнечный луч.

Плывущие на остров корабли остановились, а те старшие, что впечатляли молодняк полетами на мечах, опустились на палубы. По выражениям их лиц можно было предположить, что они столкнулись со страшным врагом. Некоторые юноши, которые сперва никак не реагировали на происходящее, были немало озадачены, стоило им только взглянуть вверх. Казалось, что с неба вот-вот польется красный дождь.

Ли Юнь взволнованно расхаживал по палубе.

– Это великий темный заклинатель, о котором упоминал дашисюн? Чего он хочет? – тихо спросил он.

Чэн Цянь тут же вспомнил о Тан Чжэне и ответил:

– Похоже, он решил воспользоваться большим скоплением людей, собрать побольше заклинательских душ и превратить их в призрачные тени.

Ли Юнь в ужасе взглянул на Чэн Цяня.

– Если он действительно хочет кого-то поймать, то нацелится на тех, кто умеет летать на мечах. Нам не о чем беспокоиться, – снова сказал Чэн Цянь, оглядываясь вокруг. – Где учитель?

Вдруг откуда-то издалека донесся орлиный крик, и воздух содрогнулся от странного смеха. Голоса мужчин и женщин, стариков и молодых слились в жуткой какофонии. Сначала тихие, они постепенно становились все громче и резче, в конце концов превратившись в хриплые надрывные крики. Это было воплощение самого душераздирающего вопля.

Ли Юнь отшатнулся, закрывая уши руками:

– Что это?!

Все вокруг погрузилось в хаос. У Чэн Цяня сдавило грудь. В этот момент, будто из ниоткуда, появился Янь Чжэнмин и схватил Чэн Цяня за плечо, обдав его таким знакомым ароматом орхидей.

– Что вы двое здесь делаете? Живо в каюту! – сердито рявкнул Янь Чжэнмин.

Чэн Цянь огляделся в поисках Мучунь чжэньжэня, но его нигде не было видно. В панике он потянул Янь Чжэнмина за рукав и спросил:

– Дашисюн, где учитель?

– Я не знаю. Я тоже его ищу, – задумчиво произнес Янь Чжэнмин. – Чем мешаться под ногами здесь, лучше залезай внутрь…

Его голос утонул в леденящем кровь хохоте. Янь Чжэнмин закрыл рот, и его брови сошлись на переносице.

Ли Юнь превосходно умел прятаться от опасностей – он вернулся в каюту первым, даже не пытаясь спорить. Но Чэн Цянь был другим, он был не из тех, кто прислушивается к чужим словам. У Янь Чжэнмина не было времени пререкаться с ним, вместо этого он яростно втолкнул шиди в каюту.