Она быстро отреагировала, заслужив мой одобрительный кивок, – не прошло и секунды, как белая пыль оказалась прямо в указанном месте. Швырнул туда огненный шар, и рвануло как следует. Скала, затрещав, развалилась на две неравные части. Прилетевшие от мощного взрыва осколки камней осыпались с барьера королевского артефакта.

– Перемещаемся туда! – приказал я. – Эрли, ищи сигналы от приближающихся цоргов в королевском артефакте. Джоан – помогай ей с этим. Остальные – достаем кирки и за работу. Посмотрим, чем нас порадуют внутренности этой скалы…

Самоцветы, конечно, как я и сказал остальным, могут попасться прямо под ногами, но опыт старателей показывает, что чем глубже заберешься внутрь любой большой скалы, тем выше шансы их найти. Вот и тут – едва мы начали работу, как я тут же увидел большой самоцвет прямо в свежем расколе. Так-то они не очень приметные, сильно по цвету не отличаются от породы, очень уж тусклые, но у меня глаз уже наметан. Два легких удара киркой – и он уже в моей руке. Тут же и Хастер сказал, что видит самоцвет, а затем и Тивадар обнаружил один. За какие-то десять минут мы добыли девять штук.

– Цорг! – крикнула Эрли, и мне пришлось прерваться. Ну конечно, цорг – нашумели мы с этим взрывом знатно! Джоан с Эрли достаточно сильны, чтобы справиться с цоргом, но противник необычный, так что я решил подстраховать их на всякий случай. Но моя помощь не понадобилась – воплотившись в пяти метрах от Эрли, стоявшей прямо у барьера королевского артефакта, монстр тут же врезался в барьер. А сестричка незамедлительно ударила по нему Земляными пиками, пронзившими его.

– Как же мне нравится это заклинание! – радостно воскликнула Эрли.

Подняв вверх большой палец, я, успокоившись за девушек, вернулся к расколотой скале махать киркой. Еще два цорга прилетели вскоре один за другим, но я уже не отвлекался. Джоан и Эрли прекрасно с ними справились.

С этой скалы мы взяли еще семь самоцветов, потом я стал подыскивать новую. В теории, в этих двух огромных камнях еще много самоцветов, но новых трещин в них я не обнаружил, а ковырять их кирками очень долго и муторно. С каждой минутой темпы добычи будут резко снижаться. Гораздо выгоднее найти и расколоть новую скалу.

Подкинул на десяток метров вверх эспандер и принялся оглядываться, стоя на воздушном щите. Подходящую скалу обнаружил довольно быстро. Если смотреть снизу, то казалось, что изъянов в ней не было, но поверху шла глубокая трещина.

– Илор, скастуй свой Метеорит на верхушку этой скалы, – приказал я.

Он скастовал заклинание, и сверху скалы поднялось после сотрясшего местность удара огромное облако пыли. И никакого больше видимого эффекта. Но я не спешил, трещина была очень глубокой. И точно – прошло секунд десять, и скала все же с грохотом раскололась на две почти одинаковые по размеру половинки.

– Все, работаем теперь с ними! – скомандовал я.

За следующие полчаса добыли еще полтора десятка камней. Девушки тем временем убили еще двух цоргов.

Оценил общее состояние группы. Работа с киркой тяжелая, но силы еще были. И что уж говорить, что в молодости киркой вообще полезно помахать от души. И силы добавится, и выносливости. Так что решил, что рановато заканчивать. Тем более что стратегия использования против цоргов королевского артефакта прекрасно работала. И выявлялись они своевременно, задолго до атаки, и уничтожались после воплощения вполне эффективно.

Следующую выбранную скалу я расколол уже при помощи собственных заклинаний. Сначала скастовал в глубокую щель в камне Водяной вал, а потом туда же Ледяную хмарь. Вода, превратившись в лед, расширилась и разорвала камень пополам с оглушительным треском. Мы начали искать самоцветы в обломках. А учитывая, что куски льда валялись повсюду, еще и работать стало не так жарко – стало значительно прохладнее. Сплошная выгода!

С этой скалы мы взяли еще дюжину самоцветов, и на этом я приказал завершить работы. Все, кроме Екера, устали махать кирками, а у девушек оказались использованы все ударные артефакты. А обычной магией на их разрядах воевать с цоргами не очень эффективно.

Итак, теперь у меня есть достаточно самоцветов, чтобы убить и грандмага… Ну что же, теперь я смогу разобраться с Торглаусом. Но сначала надо выспаться и сразу с утра повидаться с Несманом… И в целом, спешка опасна, если твоя мишень – грандмаг и кланлидер очень крупного клана…

Как положено при аудиенциях, назначенных королями, я прибыл за четверть часа до назначенного времени. Когда меня вели по коридорам дворца на прием к Несману, некоторые из них я даже узнал, очень хорошо запечатлелись в памяти во время нашей операции по спасению заточенного в тюрьме принца. Мы даже прошли то место, где я атаковал и убил вражеского архимага под скрытом, который явно явился во дворец по душу Несмана. К моему удивлению, на стенах все еще сохранились следы разрушений, нанесенных как моими заклинаниями, так и огненным штормом архимага. Совсем денег в казне нет, – понял я, увидев это. Кажется, нечего мне строить планы по поводу щедрой награды от короля…

Вот мы добрались и до королевского тронного зала. Несман сидел на своем троне, когда камергер ввел меня и доложил о том, что гость граф Эрегарский прибыл на назначенную ему аудиенцию.

– Очень хорошо, граф, что вы здесь, – сказал Несман и жестом руки отпустил камергера. Более того, он велел выйти также стражникам, которые по умолчанию должны присутствовать при аудиенции у любого короля – неслыханный жест доверия. Правда, его подоплеку мы с ним понимали прекрасно оба.

С его точки зрения, смысл был мне его спасать в тот раз, чтобы пытаться убить в этот. Правда, в этом плане король несколько ошибался: ему как государственному деятелю еще придется научиться некоторым важным вещам. В частности, тому, что тот факт, что человек спас тебя несколько недель назад, не означает, что он не убьет тебя спустя эти несколько недель чисто потому, что ситуация могла каким-то образом измениться. Но боюсь, что это та мудрость, которую ему придется познавать еще очень долго. Уж слишком непросто он провел больше десяти последних лет… В одиночной камере, общаясь только с книгами, когда его тюремщики даже не желали разговаривать с ним. Ну или, вполне возможно, им дали инструкции, запрещающие общаться с молодым принцем, боясь, что он сможет убедить кого-то из своих охранников помочь ему сбежать и занять трон отца. Уже чудо, что рассудок свой сохранил в такой ситуации…

– Граф, я часто вспоминаю о том моменте, когда понял, что меня пришли спасать, а затем я увидел вас, – сказал Несман величаво. – Если бы вы только знали, какие чувства тогда бушевали в моей душе. Я навсегда останусь благодарен вам за ту спасательную миссию, что вы провели так вовремя. Ведь, насколько я понимаю, буквально спустя несколько минут меня уже явились убивать… В связи с этим, конечно же, я не мог дождаться, когда смогу наконец в качестве короля Бельбы пригласить вас и достойно отблагодарить за спасение моей жизни.

После этой длинной речи он замолк. И мне явно нужно было что-то сказать в ответ. По крайней мере, это уже не противоречит этикету, потому что короля я не перебиваю.

– Очень рад, ваше величество, что смог оказаться в нужное время в нужном месте и спасти вашу жизнь. Уверен, что вы станете блестящим королем, при котором Бельба, как вы и обещали на коронации, придет к новому процветанию.

Ну а что еще я мог сказать? Конечно, первая мысль была сказать что-то вроде, что мой поступок не стоит благодарности, это пустяки, но как-то невежливо говорить королю, что считаю его жизнь пустяком, который не стоил мне больших усилий. Так что в таких ситуациях лучше говорить всякие красивые слова, не вкладывая туда особо много смысла, и ждать, к чему приведет наш разговор.

Кивнув мне, словно услышал что-то важное для себя, Несман продолжил:

– Так вот, граф Эрегарский. Только одно меня и мучало последние дни: как именно я могу достойно отплатить вам за свою спасенную жизнь? Жизнь единственного уцелевшего монарха из древней династии… Если бы я умер, то трон Бельбы было бы абсолютно некому занять…

«Ну да, конечно, – подумал я, титаническим усилием удержавшись от того, чтобы не улыбнуться. – Так и не нашлось бы ни одного желающего, можно подумать». Но вслух, естественно, я этого говорить не собирался. Между тем Несман продолжил неспешно рассуждать:

– Мои советники уверяют меня, что казна пуста, поэтому я не смогу никак достойно отплатить вам за мое спасение, иначе чем каким-то редким заклинанием. Но неужто моя жизнь стоит всего лишь какого-то заклинания? Ну а что касается казны… Я, в принципе, предполагал, что она не может быть особо полной, но, нанеся в нее визит, убедился, что там действительно ничего нет, кроме медных монет. Куда-то пропали также и все артефакты, которые в ней хранились. Есть у меня, конечно, по этому поводу догадки. Увы, но те несколько недель, которые я провел в Аргенте после спасения, прежние царедворцы использовали весьма плодотворно.

Я использовал первую же паузу, чтобы ответить королю, не перебивая его. Тем более что определенные моменты меня в его рассказе заинтересовали.

– Ничего страшного, ваше величество. Конечно же, я понимаю, что в тех обстоятельствах, при которых вы взошли на трон, иначе быть и не могло, к сожалению. С достойными доверия царедворцами все сложно. Подавляющее большинство из них просто расхищает казну, пользуясь первым же попавшимся предлогом. Но я скажу вам следующее – я не настаиваю на какой-то награде, для меня было честью спасти вас как наследника древней династии и вернуть Бельбе ее настоящего короля, несправедливо заточенного в застенки.