– Вот что, – распорядился он. – Скажите Диане, чтобы охраняла талисман владения Инессы. Это ведь он, я правильно понял?

– Диане ничего говорить не надо, она глаз с него не спустит.

Тем не менее старый колдун повернулся к диве и приказал:

– Диана, иди в спальню и не позволяй никому касаться талисмана, даже мне. Ясно?

Дива исчезла.

Меньшов посмотрел на захлопнувшуюся дверь и добавил:

– И как же я сам рад видеть его снова. Теперь талисман у нас, и мы точно знаем, что Инесса – не демон. На талисман наложено множество заклятий. И если хозяин Инессы погибает, талисман активируется и сияет до тех пор, пока Инесса не будет привязана, к нему или другому талисману. Раз он не светится, она привязана. По сути, артефакт Академии – не простой талисман владения, а сложный колдовской прибор, обладающий множеством полезных свойств.

– Я обязательно с ними ознакомлюсь, – заверил старого колдуна Аверин. – А сейчас прежде всего хотел бы услышать вашу версию о том, как эта вещь попала к вам в спальню.

– Думаю, вы вряд ли считаете, что под матрас талисман спрятал я. Диана бы обнаружила его сразу, как вошла в спальню сегодня вечером. И сожрала бы меня.

– Я постаралась бы не действовать так… опрометчиво. Возможно, вы успели бы вызвать подмогу… – раздался из-за двери голос дивы, но произнесла она это не очень-то уверенно.

– Ох, что-то я сомневаюсь, что подмога подоспела бы вовремя. К тому же многие профессора считают, что протокол необходимо тщательно соблюдать. Например, наш поборник правил профессор Вознесенский. Так что наручники, пожалуй, пока снимать не будем. – Меньшов рассмеялся и добавил: – Интересно, где я сегодня буду спать? – Смех неожиданно сменился надрывным кашлем.

Откашлявшись, проректор помолчал, но потом проговорил, переведя взгляд на Владимира:

– Не смотри на меня с таким ледяным презрением, старина. Уж ты-то должен понимать, что я бы никогда не стал прятать улики у себя под подушкой, даже для того, чтобы запутать следствие. Помнишь правило: чем больше лишних движений, тем больше шансов быть пойманным?

– Я знаю, что не вы его туда положили. Кузя обнаружил в вашем доме следы постороннего дива.

– А как Кузьма определил, что этот див – посторонний? – поинтересовался Меньшов. – Может, это кто-то из помощников Дианы.

– Я только один след нашел, значит, див старался действовать незаметно. Если бы он ваш был, то не стал бы прятаться, – пояснил Кузя.

– Да… – протянул Меньшов, – я мог вызвать дива и скрывать его от Дианы, я всё еще преподаю, и вызываю и отправляю в Пустошь сотни дивов, она ничего бы не заподозрила. Хотя это так же глупо, как прятать талисман владения Инессы в собственной спальне.

Аверин внимательно рассматривал рассуждающего проректора. Выглядел Меньшов уже гораздо лучше. Если удержание Дианы и призыв оружия сказались на его здоровье, то последствия дадут знать о себе позже.

Удерживать готового атаковать дива весьма непросто. С этим колдун сталкивается, когда привязывает только что вызванного из Пустоши дива или пойманного демона. Даже удержание Кузи, хоть у дива и был на тот момент первый уровень первого класса, потребовало немало сил. Сколько же их нужно, чтобы удержать Диану? И при этом еще призвать оружие и сражаться. Сила Меньшова всё больше впечатляла. Неудивительно, что Владимир относится к прежнему хозяину с таким уважением.

– Вы имели возможность незаметно положить талисман в сейф ректора и не говорить о его пропаже, – согласился Аверин и добавил: – Я прошу прощения за то, что мой див вломился к вам в дом. Этим он спровоцировал Диану и чуть не убил вас. Может быть, вызвать врача?

– Ерунда, – махнул обеими скованными руками Меньшов. – Если бы ваш кот не нашел талисман, уже завтра утром созывали бы экстренную коллегию для выборов нового исполняющего обязанности ректора. Именно на это и рассчитывал преступник. Кузьма, где ты нашел след чужого дива?

Проректор сделал вид, что не заметил вопрос про врача.

– У вас в кабинете, под потолком на двери. Дверь была прикрыта, он протискивался в узкую щель и неудачно махнул крылом. На кровати тоже должны остаться следы, но там такой фон Инессы, что ничего не разобрать. Но если его убрать оттуда… эту штуку…

– Хм, если талисман убрать, ты сможешь что-то учуять? – спросил Аверин.

Кузя пожал плечами:

– Не знаю. Надо котом проверить. Этот див поднимал лапами матрас и точно оставил следы. Можно еще сам талисман понюхать, но он так пропитан силой Инессы… – Див с сомнением покачал головой.

А Меньшов произнес:

– Она к нему привязана уже много веков. После Войны Академий в тысяча пятьсот восьмидесятом году совет губернаторов королевства Португалии подарил Инессу нашей Академии уже с этим талисманом. На нем кровь всех ее владельцев и ее собственная, не думаю, что даже самый чуткий див способен учуять еще какие-то следы.

– Если его держал в руках человек, там могут остаться отпечатки пальцев, – проговорил Владимир.

– Нужно проверить, – решил Аверин. – Вернемся в спальню. Вы сможете встать?

Меньшов усмехнулся:

– Если мне помогут. С этим, – он вытянул вперед скованные руки, – двигаться немного затруднительно.

Аверин посмотрел на Владимира, и тот аккуратно взял старого колдуна за плечи и легко поставил на ноги.

– Благодарю. А ты небось и не думал, что придется помогать мне во времена, когда я не смогу самостоятельно подняться с кресла, а, дружочек? – Меньшов подмигнул диву. – Смотри, Диана приревнует.

Он зашагал к спальне ровным уверенным шагом.

– Я не думал, что увижу вас в наручниках, – проговорил Владимир ему вслед.

Меньшов обернулся:

– Я надеюсь, это ненадолго. Надо, в конце концов, определиться, подозреваемый я или нет.

Диана стояла возле кровати, почти касаясь ее коленом.

– Я не позволю никому забрать талисман владения до созыва Коллегии профессоров, Коллегия решит, что с ним делать, – твердо проговорила она и добавила, глядя на хозяина: – Прошу простить меня за дерзость.

– Всё правильно, это дело Академии, – согласился Меньшов и обратился к Аверину: – У вас есть во что завернуть улику?

– Конечно. Владимир?

Див протянул хозяину конверт для улик.

– Диане, – попросил тот.

А Меньшов добавил, обращаясь к диве:

– Подними матрас, дай Кузьме как следует обнюхать талисман, а потом положи его в этот пакет и держи у себя. После решения коллегии его передадут в лабораторию, нашу или Управления, зависит от решения.

– Прошу простить меня, Алексей Витальевич, но я не могу. У меня нет полномочий прикасаться к талисману, они есть только у ректора и Инессы. Это ее талисман владения.

Аверин присмотрелся к диве. Почему она не хочет брать талисман Инессы? Боится старую наставницу?

Меньшов же нахмурился:

– Я исполняю обязанности ректора, и с должности меня никто не снимал. Даже несмотря на это. – Он продемонстрировал наручники, и Аверин вдруг понял, что и новая загадка, и даже собственный арест бывшего следователя скорее забавляют.

А Меньшов закончил свою речь:

– А тебя, Диана, вообще никто ни в чем не подозревает. Поэтому ты, на время отсутствия Инессы, исполняешь ее обязанности. Делай, как я сказал.

Дива поклонилась и подняла матрас.

Кузя, уже обратившись котом, тут же положил передние лапы на бортик, вытянул шею и принялся нюхать. А потом, чихнув, сел на хвост и помотал головой.

– Ну что же… – резюмировал Аверин, – как и ожидалось. Диана, можешь забрать талисман. Только надень перчатки.

– Я не могу оставить талисман без присмотра, – проговорила дива.

– Понятно. Тогда, Владимир, слетай… – начал Аверин.

– Не нужно, – остановил его Меньшов, – не будем терять времени.

Он протянул руки Диане:

– Сними, с левой руки.

Диана выполнила просьбу, и Аверин впервые увидел руку Меньшова без перчатки. Рука оказалась самой обычной, с длинными, немного узловатыми пальцами, разве что кожа на ней была слишком бледной, но, учитывая, что она никогда не бывала на солнечном свете – не удивительно.

Значит, как минимум половина студенческих баек о руках Меньшова – выдумка. Гипотез было множество, но Аверин, будучи студентом, склонялся к одной из самых правдоподобных, которая гласила, что, обучаясь обращаться со своим оружием, Меньшов еще в юности получил сильные ожоги. В версию, что Меньшов на самом деле див и таким образом маскирует то, что не может касаться серебра, верили лишь самые отъявленные любители фантастических теорий, к коим Аверин не относился. К тому же сейчас кольцо серебряных наручников смыкалось прямо на голом запястье проректора, не причиняя тому ни малейших неудобств.

Диана надела перчатку, взяла талисман, положила в конверт и убрала себе за пазуху. Потом вернула перчатку на руку хозяина, на миг замерла, словно прислушавшись к чему-то, и проговорила:

– Вам нужно присесть. Прошу вас, вернитесь в гостиную. Я приготовлю вам лекарство.

– Конечно, – колдун послушно направился за своей дивой. Похоже, удержание Дианы всё же далось нелегко, и ему гораздо хуже, чем он пытается показать. И Диана это ощущает.

* * *

Кузя тщательно обнюхал матрас. А обнюхав, принялся облизывать ткань, видимо, чтобы ощутить все оттенки запаха. Даже вопросов диву задавать не понадобилось – он определенно нашел след. Что и подтвердил минутой позже, поднимаясь с пола уже в человеческой форме.

– Здесь! Точно трогал, я даже дырочку от когтя нашел, вот! – Он ткнул пальцем в простыню, но Аверин ничего там не увидел.