— Миледи?

Миг… второй… третий… Малкольм уронил руку на меч. Ведьмак Тинлейвсон поднял руки перед собой. Четвертый… На галерее второго этажа мелькнул Тибо, опирающийся на перила в странной позе. Пятый… Рори и Сигурд с застывшими лицами сомкнули плечи за спиной у ярла… Эйнар отсчитывал мгновения, как приговоренный к казни. Глянуть в лицо своей жене он не мог, потому что боялся отвести взгляд от Рагнарсона. И ушам не поверил, когда услышал холодно-спокойный голос:

— Простите, ваша светлость, но я вам уже ответила. И все мои ленты — только для мужа.

Раздайся с небес голос Пресветлого, Эйнар не поразился бы сильнее. И отсвет своего изумления он увидел на лице ярла, дернувшегося, как от укола. Еще несколько мгновений ярл молчал, смотря на леди, потом перевел взгляд на Эйнара. И в ледяном золоте его разом успокоившегося взгляда Эйнар увидел свою смерть так ясно, словно она уже случилась.

— Но отпускать вас без подарка и вправду не делает нам чести, — прозвенело из-за плеча Эйнара то ли бьющимся стеклом, то ли столкнувшимися клинками.

Он уже слышал такой голос. И сейчас точно знал, что его жена не просто зла — она в ярости. Той самой ярости, которая не разбирает силы врагов и не видит препятствий. Похоже, леди все-таки знала, что у нее попросили. И — мгновенно осенило Эйнара — именно это склонило выбор в пользу пса, а не волка. Просто потому, что нрав леди не стерпел попытки увезти ее обманом. Ярл сделал ставку — и проиграл. Успел ли он сам это понять?

— Позвольте, милорд супруг мой.

Магичка шагнула, встав рядом с Эйнаром, так что он видел бьющуюся жилку на ее виске и заострившееся бледное лицо, только скулы и губы порозовели.

— Миледи? — настороженно уронил ярл — теперь его очередь была чуять неладное.

— Признавая долг, вы назвали меня не только леди.

Она улыбнулась, вскинув голову, такая же прямая и надменная, как Рагнарсон. Тонкая, беловолосая, но не блеклая, как казалось Эйнару раньше. Сталь не бывает блеклой. Она просто не удостаивает быть яркой, ее ценность — в другом.

— Я слушаю, — медленно кивнул Рагнарсон.

— Раз уж вы не получили ленту от леди Ревенгар, не возьмете ли это от Стального Подснежника?

Леди так же медленно, напоказ всему двору, подняла руку, и серебряная серьга, искрящаяся огоньками мелких бесцветных камней, покинула ее левое ухо. В правом же, поймав солнечный луч, блеснула еще острее, с вызовом. Леди протянула Руку точно так же, как недавно — ярл, предлагая Эйнару меч.

— Боги… — прошептал кто-то, и в полном беззвучии двора шепот услышали все.

— Вы…

Голос Рагнарсона осекся, и Эйнар его понимал. Потому что творилось неслыханное. Вместо ленты ярлу Хёгни, главе одного из самых могущественных кланов Вольфгарда, сумасшедшая дорвенантская магичка предложила воинское побратимство. И ведь имела право! Он сам назвал ее офицером!