– Тебе же нравилось использовать темные заклятия. Если ты думаешь, что светлое сообщество лучше и благороднее, то спешу тебя разочаровать – оно насквозь прогнило. Колдуны и ведьмы редко пользуются своей силой, – говорил Демьян. – Их интересуют только выгодные замужества и увеличение количества драгоценностей в сундуках. Они не развивают свою магию, она становится им не нужна.

– Только не говори, что хочешь стать темным.

– Нет, – ответил Демьян, я нахмурилась. Он продолжил: – Наша семья несколько отличается от других. Долгое время я жил со своим дядей. Он многому меня научил. В том числе и тому, что, в отличие от светлой магии, которая безобидна и направлена скорее на исцеление этого мира, темная – дает больше. Она удовлетворит твои желания, поможет расправиться с врагом и внушит человеку все, что захочешь.

Я молчала и внимательно слушала Демьяна.

– Я учился во многих школах и могу тебе сказать, что в других странах нет разделения на черное и белое. В магии нет запретов. – Власов провел рукой по моей щеке. – Твоя сила взывает к ней. И я не думаю, что дело в способностях. Речь о твоем скрытом даре.

– Я не могу ничего утверждать. Дар еще не проявился.

Мою силу действительно питали темные ритуалы и заклинания. С каждым разом было все труднее остановиться. Ненависти к темным я не испытывала, тем более что мой отец был одним из них. Я не поддерживала идей истребления всего темного сообщества, равно как и светлого.

– Просто я давно об этом думаю. О своем решении учиться здесь. Магия должна быть разной, и я хочу брать все, что она может мне предложить, – сказал Демьян, сверкнув серыми, словно сталь, глазами.

– С чего ты взял, что, пройдя обряд, ты не сможешь использовать другую магию?

– А ты что, не знала, что светлое сообщество контролирует силы всех, кто его прошел? Ты не сможешь даже чихнуть, чтобы они об этом не узнали.

Я замерла, пристально уставившись на Демьяна. В школе о таком не рассказывали. Да и бабушка не упоминала об этом.

– Но это же тюрьма!

– Многие так не думают и не видят ничего плохого в том, чтобы всю жизнь повиноваться кучке старых отсталых колдунов, для которых и морок что-то преступное.

Мы вернулись в поместье, где я на все стала смотреть другими глазами. Почему нужно получать разрешение для того, чтобы использовать дар обращения? Выезд в другие страны тоже был ограничен для тех, кто прошел обряд? В случае необходимости главы сообщества могли воспользоваться твоими силами или же ограничить их совсем? Для чего прибегать к таким мерам? Для порядка или для полного контроля над чужими способностями?

10. Зелье правды

10. Зелье правды

Нет ничего хуже кошмара, из которого не можешь выбраться. Главное – не бояться и идти вперед, не обращая внимания ни на жару, ни на колючки под ногами.

Я поднялась на мост и осмотрелась. Скелеты больше не протягивали ко мне руки и не хватали за одежду. Они кланялись и отступали, давая возможность перейти на другой берег.

Сделав шаг на холодную мраморную плиту, я еще раз обернулась к воде, ожидая, что меня схватят. Но река продолжала размеренно течь. Туман рассеялся, открывая моему взору лестницу с каменными ступенями. И я пошла по ней все выше и выше. Постепенно количество ступенек перевалило за сотню, а я не останавливалась. Впереди виднелись очертания замка.

– Что это за место? – выдохнула я, с восторгом разглядывая башни и цветущий сад, раскинувшийся на вершине горы. Легкий ветерок охлаждал разгоряченное тело.

Дверь замка отворилась и пропустила меня внутрь. Я вошла в ярко освещенный холл. На стенах не было картин, а в комнатах мебели. Замок пустовал как будто в ожидании хозяина.

– Здесь кто-нибудь есть? – подала голос я.

В ответ тишина.

Обойдя весь первый этаж, я решила вернуться в сад. Где-то вдалеке журчал ручей, и ноги сами понесли меня к нему. Не доходя до берега, я остановилась при виде сидящей на камне девушки. Ее длинные каштановые волосы струились по плечам, скрывая лицо.

– Здравствуйте, – неуверенно начала я. Девушка обернулась, и я вздрогнула. – Вы Марья?

– Знаешь меня? – раздался ее звонкий голос.

– Я видела вас в воспоминаниях через кокошник. Что вы делаете в моем сне?

– Ох, милое дитя, это совсем не сон, – удивленно ответила Марья, и я провалилась во тьму, так и не успев больше ничего узнать.

Я открыла глаза, откинула простыню и выключила будильник, прозвонивший в самый неподходящий момент.

– Неужели ты сегодня всю ночь спала? – зевая, спросила Марьяна, перекладывавшая вещи в шкафу.

– Сама удивлена. Это новое? – спросила я и подошла ближе к подруге, чтобы рассмотреть белоснежное платье.

– Да, мама купила, но мне оно не подошло, – расстроенно ответила Марьяна. – На мою костлявую фигуру сложно подобрать одежду. А вот тебе, – она прищурила глаза, – будет в самый раз.

Я взяла хлопковое платье с расклешенными рукавами.

– Да точно подойдет! Забирай, – улыбнулась Марьяна, довольно меня разглядывая. – Хоть в шкафу пылиться не будет.

– Вы с Демьяном решили меня наряжать на каждый праздник? Спасибо, – обняла я подругу.

– Ну не пропадать же добру! Как раз сегодня на Живин день наденешь, – сказала Марьяна и повернулась к окну. – Смотри, там Полина с Олей собирают росу. Нам тоже надо обязательно ею умыться.

Накинув на плечи джинсовые куртки, мы прямо в пижамах выбежали во двор. В последний день второго весеннего месяца девушки старались проснуться пораньше, чтобы успеть умыться утренней росой. Ведьмы верили, что это сделает их красивее и моложе. Мы с Марьяной не были исключением и, отойдя как можно дальше от остальных ведьм, опустили руки на мокрую траву.

Место для сбора было хорошее, не тронутое остальными.

– Роса, сделай мое личико моложе и красивее, помоги не стареть, – приговаривала Марьяна, собирая капли.

Солнце поднималось все выше над горизонтом и постепенно прогревало остывшую за ночь землю. Вскоре роса высохла, а заметно посвежевшие и взбодрившиеся ведьмы вернулись обратно в особняк.

* * *

Матвея с Демьяном мы увидели только после завтрака. Они сидели на самой дальней лавочке, увлеченно о чем-то беседуя. Занятия сегодня не проводили, было принято отдыхать, а вечером возле водоемов разводить костры, без которых не проходил ни один праздник. В Живин день богиня Жива даровала силу, которая наделяла жизнью все сущее и помогала сделать почву более плодородной для хорошего урожая.

– Доброе утро, – хором сказали мы с Марьяной.

– Доброе, – ответил Матвей и освободил нам место. Демьян улыбнулся и поцеловал меня в щеку. – Вы слышали, что сегодня на праздник приедет глава светлого сообщества и старейшины?

– Это еще зачем? – удивилась подруга.

– Хотят посмотреть на старших колдунов и ведьм.

– То есть на нас, – заинтересованно протянула я.

Мимо прошла Усова, прячась за Аксинью. После последнего полнолуния, когда Саша была лягушкой, у нее остались перепонки между пальцами, которые никак не исчезали. Теперь она редко показывалась на людях и всегда надевала перчатки. Но толку было мало, ведь все и так знали о ее неожиданно возникшей проблеме.

– Пойдемте посмотрим, – внезапно подорвался Ларин, кивая в сторону колдунов, затеявших на поляне за поместьем кулачный бой.

– С удовольствием, – вскочила вслед за ним Марьяна, потянув меня за собой. – Только ты, Матвей, не вздумай участвовать.

– Почему это «не вздумай»? Ты же знаешь, что победить меня никто не сможет, – воскликнул он.

– Вы идите, а мне еще нужно к бабушке. Всю неделю обещала, – извинилась я и отпустила руку Марьяны.

– Тогда увидимся вечером, – тихо сказал Демьян и приобнял меня за талию.

Подождав, пока друзья скроются среди гудящей толпы, я поспешила к избушке.