– Я этого и не говорил. Просто пытался объяснить тебе, почему ему было так тяжело ее потерять.

– Отпускать кого-то всегда тяжело.

Лупа оставалась непреклонной, и Илия вздохнул:

– Я же говорил, что из тебя вышла бы хорошая ведьма. Большинство из нас считает, что любовь – это слабость.

– Так и есть. Она делает нас уязвимыми, – подтвердила сестра, доедая последний кусок жаркого. – Итак, как мы можем помочь тебе вспомнить больше? Должны же быть какие-то подсказки, где он спрятал сердце своей души.

– Когда Эстера убила его, она не понимала, что его эксперименты по превращению в бессмертного уже увенчались успехом, – сказала я. – Она узнала об этом только потом. Как – я не знаю. Я перечитывала ее гримуар снова и снова. Там нет никаких записей на этот счет. Как будто она не успела их сделать. Наверное, к тому моменту она уже умирала.

– Возможно, но наверняка в ее воспоминаниях остались подсказки насчет тайника, – рассуждал Люциан. – Они были очень близки.

– У тебя был гримуар Эстеры? – спросила Лупа.

Я рассказывала ей об этом в подземелье, когда она лежала с лихорадкой. Похоже, Лупа помнила не все.

– Да. Анкута дала мне книгу и метлу, чтобы я могла сбежать.

Сестра негромко присвистнула.

В голове всплыли видения, которые посетили меня в катакомбах. Хотя палатка была окружена защитными чарами, я встала и подошла к входу. Убедилась, что снаружи нас никто не подслушивает, и усилила заклинание Невена. Все-таки говорить здесь так открыто по-прежнему рискованно. Наивно полагать, что нас никто не поймал раньше из-за повышенной осторожности. Нет. Нас не нужно было ловить, потому что враг таился в наших рядах. Нексор очень умело втерся в мое доверие под видом Николая. Вернувшись, я села за стол.

– В гримуаре Эстера предупреждала о том, что Нексору удалось привязать свою душу к этому миру, но не о том, что он отделил сердце своей души. На момент последней записи она только узнала, что не убила его окончательно и что его душа способна занимать чужие тела. Думаю, это одна из причин, по которой она спрятала его тело там, внизу. Чтобы не позволить Нексору найти его снова.

– Лучше бы она его сожгла, – сказала Лупа.

– Она любила его, несмотря на все, что он сделал, и хотела упокоиться вместе с ним, – пояснила я. Вот только этого так и не случилось. Ее сжег дракон с пятью головами. Я покачала головой. Недавно фейерверки показали смерть Эстеры. Она не умерла мирно в своей постели. Вот почему ее тело не лежало в белом гробу. Об этом я подумаю позже. – В гримуаре она поручила своим наследницам разыскать его и завершить то, что не получилось у нее.