– Камрин сказала мне тогда, что поддержит тебя, если ты захочешь это сделать, и что она устроит нагоняй любому, кто не сможет понять.

Я увидела, как Эмилль тяжело сглотнул.

– У нее было самое большое и чистое сердце из всех нас.

Силеас издала прерывистый всхлип.

– Она всегда будет здесь, так или иначе, правда?

– Всегда. – Я сжала ее ладони. – Когда ты входишь в комнату, я сразу вспоминаю Камрин, которая следовала за тобой повсюду, как тень, а в ее руках каждый раз был один из ее любимых орехов.

Силеас засмеялась. Это был смех, сдобренный рыданиями, но все равно смех.

– А еще то, что она видела в их выемках!

– Кам так любила тебя, – тихо сказала Иззи.

Силеас кивнула.

– Я знаю.

– Странно, не правда ли? – Эмилль посмотрел на гостей. – Этот праздник, так скоро после битвы? После всего, что мы потеряли?

– Мы должны жить дальше, – пробормотала Иззи. – Остальные не хотели бы, чтобы мы забыли, что нужно жить.

– Она права. – Финли. Он подошел ко мне и положил руку мне на талию. – Мы будем сражаться от имени каждого из них ради блага этого мира.

Обессиленная, я прислонилась головой к его плечу и тихо вдохнула его аромат пихты и корицы. Фин поцеловал меня в лоб, и я улыбнулась. В этом заключалось мое абсолютное счастье. Я в его объятиях, между нами только наши тихие сердца, бьющиеся в унисон друг для друга.

В зале появилась Дидре, ее дикие рыжие кудри были завязаны в высокую косу, а сама она закуталась в плащ. На щеках красовался яркий румянец. За спиной примостился походный рюкзак.

– Привет, ребята.

Силеас в недоумении уставилась на нее.

– Ты это несерьезно.

– Что? – спросила Дидре.