Ефим в кольчуге, застывший рядом, глянул на меня, насупился. Накинул на голову мисюрку. Я тоже, первый раз с момента, как попал в это время, решил, что пора. Ерехонка пошла в дело. Обзор, конечно, она ухудшала сильно, и слышалось в ней хуже, но от шальной стрелы, а то и скользящего удара сабли спасет. В отличие от шапки.
Это не вылазка! Настоящая битва. Здесь случайностей в несколько раз больше.
Вышел за щиты, двинулся к Дону так, чтобы мой поход виден был со стороны надвигающихся татар.
— Бойцы! Молодцы! Сегодня, здесь и сейчас решается многое! — Кричал я, идя широким шагом. Саблю поднял, ловил свет заходящего солнца на клинок. — Будут ли земли русские! Будут ли ваши жены и дети! Будут ли города наши! Села наши! Дома наши! Стоять! Или! Сожжены этими гадами будут!
Указал в сторону татар.
В этот миг над полем боя со стороны холма раздался протяжный звук. Рог трубил, призывая к битве. С башни войска видны давно, отмерял часовой, когда людей к обороне готовить нужно. Выжидал. Значит, стал центральный отряд крымчаков готовиться к штурму высоты. Группировался на просеке.
Я продолжил громко. Развернулся от Дона к холму, двинулся вспять:
— Или остановим мы их здесь! Обратно повернем гадов! Не убоимся мы! Ведь! Бог с нами!
— С нами бог! — Разнеслось нестройное за импровизированной крепостной стеной, собранной из заготовленных Жуком плотов. Щиты вышли плотными. Ядра и пули, конечно, их пробивали бы, но вот стрелы… А огнестрела у татар точно нет. Может, у сына хана при всей его нелюбви к пороховому оружию какой-то специальный отряд имелся. Но от авангарда такого я точно не ждал.
— Помолимся, братья! — Голос Серафима был протяжный, звучный. Шел из глубины. — Да не убоимся мы ворога! Да будут руки наши твердыми! А глаза острыми! И бить мы будем его, как предки наши бивали. Бог с нами! Братья!
— Ура! — Разнеслось уже более воодушевленное за стеной щитов.
Дальше святой отец завел «Отче наш». Посошная рать вторила ему, слово в слово, крестилась, кланялась.
Я, пройдя еще немного, посветил своей персоной. Вроде бы татары меня должны приметить.
Расстояние сокращалось.
Вернулся за центральный щит скорым шагом.
Вглядывался в горизонт. Татары приближались. Выделялось мне видимых два отряда. Один шел прямо на нас, второй уходил чуть дальше от Дона, забирал на восток. Там, где они шли, начиналось как раз несколько стариц. Самая крупная, подпитываемая небольшим родничком, брала начало прямо у подножия холма. Местность местами все более заболочена. Единым фронтом идти у Кан-Темира не получится.
На это тоже был расчет. Усложнение единого управления войском. Компенсирует то, что я тоже не могу сидеть в центре и слать везде гонцов. У меня людей столько нет. Поэтому — все приказы розданы заранее. Тактика проработана, атаманы, и сотники уже сами по месту думать будут.
Мурза мог иметь преимущество в управлении, но местность лишала его этого.
Мы так специально сооружали укрепления, чтобы коннице пришлось разделиться. По центру, скорее всего, и для обхода нас с восточной стороны татарам придется спешиваться. Густой лес и холм не тот ландшафт, который можно преодолевать в конном строю, да и вообще в седле. Потеряют они свое преимущество. А вот на нашем направлении, куда мурза уж точно не хочет лезть — благодать, просека. Нужно только преодолеть накопанные укрепления, сломить щиты и пронестись в тыл к переправе.
Лакомое направление удара. Самое быстрое и простое.
Но ты, Кровавый меч знаешь, что просто в бою не бывает. Ты уже обламывал зубы о польские хоругви четыре года назад. Опыт у тебя имеется.
А вот у твоих иных военачальников?
Какой соблазн! Если так случиться, что удастся прорваться через просеку, через установленные нами щиты, то все защитники попадут в кольцо или хотя бы полукольцо. Будут вынуждены отходить, прятаться в лесу. Татарам не нужно нас всех убить.
Уверен, Кан-Темир так не думает, он хочет моей головы.
А вот прибившиеся к нему люди из стана Дженибека Герайя мыслят иначе. Прорваться, уйти на север. А русские? Да плевать на них. Следом пойдет основное войско, ему они не смогут противостоять никак.
Сам же мурза хочет побить нас всех, но это неосновная цель армии. Главное — выйти к переправе и убрать угрозу. Оттеснить, обескровить, рассеять.
Внезапно, прерывая мои размышления, из поросшего лесом холма, слева от наших позиций вырвался всадник. За ним следовал второй. Понеслись они, ошалелые в сторону наступающих татарских сотен.
Пантелей молодец, все четко сделал. Сейчас к нам двинет.
Но если атаман Борис, по словам служилого человека, его сопровождавшего в степь добрался до рядов татарского войска, был схвачен разъездом, то этих двоих постигла неудача. Я видел, как передовой отряд понесся навстречу этим двоим. Взметнулись стрелы, и люди, привязанные к седлам, склонились пронзенные. Скакуны их вставали на дыбы, бились от боли. Дальше, те, кто подъехал первыми пустили в ход сабли.
Вмиг все было кончено.
Двое наших пленников, столь ретиво с зимы помогавших строить для татар переправу, были убиты теми, для кого старались. Превратность бытия во всей своей красе.
— По местам стоять! — Заорал я. Приказ передали по цепочке.
Татары приближались.
Масса их подступала все ближе и ближе.
Я насчитал примерно несколько сотен. Вряд ли больше тысячи, скорее пятьсот. Это только тот отряд, что надвигался на нас. Еще одна масса ушла дальше от Дона. Сколько их, с моей позиции неясно, за деревьями уже не разобрать, что происходит. Стрельбы пока нет, значит, бой на холме еще не начался. Да и позиции там чуть дальше моих, специально вынесенных вперед. Столкнуться там чуть позднее. Сейчас войска Кан-Темира скапливаются на просеке перед холмом между двумя старицам.
Кто же ведет их там, кто здесь? Есть ли обходной, самый восточный отряд? И сколько у тебя в резерве людей, мурза?
Вопросы, на которые нет ответов.
— Готовность!
Татарский, противостоящий нам отряд все ближе. Сейчас полетят первые стрелы. А в ответ мы дадим нестройный, слабый залп из того, что есть. Дистанция боя и у нас и у врага примерно равная. Около ста метров может, чуть меньше. Все зависит от качества их луков. Все же обнищание татар, видимое мной в лагере Дженибека Герайя налицо. А у нас все стабильнее. Аркебузы хорошо били на сотню метров. Наши луки чуть меньше, но в целом, если не придираться, так же.
Люди вокруг меня вжались в щиты. Это была единственная их защита. Никаких броней не имелось. Кроме моих близких, можно сказать, телохранителей — Ефима и Пантелея и меня самого здесь даже не у каждого имелся простенький кафтан. Рубашки, тулупы, оставшиеся еще с зимы, жилетки меховые, одетые шерстью вверх, ну и шапки почти у всех абы какие. Хоть что-то голову защитить.
Но и нам противостояли одетые в халаты, без брони, бойцы на приземистых лошадках.
Сбоку я увидел движение. Пантелей торопился от поросшего лесом холма в мою сторону. Хорошо, успевает.
И тут началось!
— К щитам! — Заорал я.
Конные лучники, выйдя на дистанцию стрельбы, пустил первый залп, пока примерный, пристрелочный. Сотни стрел взметнулись вверх. Мои бойцы вжались в укрепления.
Стрелы ударили по дереву. Втыкались, отскакивали, перелетали.
— Ааа… — Заорал кто-то. Не повезло, не укрылся, получил ранение.
Я глянул на то, что пускали в нас степняки, криво усмехнулся. М-да… рядом со мной ни одной стрелы с металлическим наконечником.
— Ответ!
Сам я высунулся из-за щита. Примеру моему последовали стоящие рядом Егор и Серафим. Пантелей еще не добрался, двигался, пригибался к земле, торопился как мог. Запыхался. Все же дальние пробежки — это не его сильная сторона, не богатырская.
Команды бить залпом нет. Стрельба по готовности.
Над нашими щитами раскатилось нестройное… Бабах! Дым поднялся, окутал пространство над укреплениями. Однако стрелкового оружия было не так много, чтобы перекрыть видимость. Во врага также полетели стрелы.
Несколько всадников упало. Но они уже готовились стрелять вновь.
— К Щитам!
На этот раз удар был более точный. Многие стрелы залетели за наши укрепления, падали рядом. Одно неловкое движение, плохое укрытие и ты пробит заточенным деревянным колышком. Мне не так и страшно. Без стольного наконечника юшман не пробить. Но лучше не рисковать.
Так, сейчас они пристреляются и начнут бить огненными, чтобы поджечь щиты. Мы от этого никакой защиты не предусмотрели. Для татар это может выглядеть странным, а может быть… На что я очень надеюсь, они решат, что русские не успели или воевода их слишком самонадеян.
Мы ответили несколькими выстрелами из луков. Мушкеты пока что перезаряжались.
* * *
Левый берег Дона. Примерно в ста метрах от русских укреплений
Левый берег Дона. Примерно в ста метрах от русских укреплений