С трудом оторвав взгляд от камня, я вновь посмотрела мужчине в глаза, чтобы сравнить, верно ли мне показалось с цветом, и вновь чуть не скончалась на месте: под моим взглядом зрачок мужчины сузился, а потом принял прежнюю форму. Это ж до чего техника дошла!
— Еще раз повторить сможешь? — я привстала на цыпочки, чуть ли ни за грудки притянула мужчину к себе поближе и стала пристально всматриваться в один глаз — не дай Бог пропустить такое зрелище. И не пропустила! Зрачок снова сузился и на время остался в таком виде. Невероятно!
— Ай, ты что творишь, убогая? — рявкнул мужчина на меня, когда я его ущипнула, чтобы убедиться, что он живой и теплый — человек в общем. Помню в «Дне сурка» герой Била Мюррея так поступил с женщиной, чтобы осознать, что один и тот же день его жизни больше не повторяется, а я ущипнула мужчину, ну, себя-то жалко как-то щипать. Лучше б себя ущипнула, потому что меня окатили не только бранью, но и взглядом таким, словно я грязь под ногами — и даже не сразу поймешь, что из этого больше всего уязвило.
— Крепись, брат, не стоит давать волю эмоциям, — раздалось за моей спиной. — Как ты правильно заметил, в замке таких еще тридцать, а те еще и чистокровные драконицы и одним щипком могут не обойтись.
Пока мужчина за моей спиной говорил, обращаясь к тому, которого я так пристально и опрометчиво невежливо разглядывала, я начала оборачиваться назад, немного медленно и испуганно, потому что там вообще-то никого, кроме птеродактиля, не должно быть.
Второй мужчина был похож на первого. Не как близнец, когда отличить можно только по незаметной родинке, и ни как просто родной брат или отец, когда говорят «одно лицо», а на самом деле сильно преувеличивают, описывая схожие черты. Второй мужчина был похож, словно это тот же человек, просто на несколько лет старше. Вот так берешь две фотографии, смотришь, а там одно лицо с разницей в пять-семь лет, и это в глаза бросается: и телосложение то же, не похудел и не поправился, и прическа похожая, только челка назад зачесана, и одежда специально одета та же самая, а взгляд уже другой. Скулы чуть острее, губы чуть больше сжаты, брови невольно, но тянутся к переносице по привычке, пришедшей за те годы, что разделяют два фото.
У второго мужчины взгляд был холодный, сдержанный, немного усталый, и совершенно в нем не было того веселья, которое вроде как отражалось в словах и голосе — этот мужчина контролировал все и вся, и в первую очередь себя. И он очень был недоволен. И недоволен он, похоже, мною, потому что его взгляд был прикован к моим рукам, которые до сих пор сжимали плотную ткань мундира.
— Руки отпусти, — глянув на крепкие мужские пальцы на своих запястьях, рыкнула я не хуже того птеродактиля, что успел улететь. — Вы кто такие? Тоже на экскурсии? Или из ведущих?
3,1
3,1
3,1
Я отошла на шаг в сторону от мужчин и огляделась. Статуя, возле ног которой я сидела недавно, оказалась довольно далеко — была ростом с годовалого ребенка. В той же стороне я увидела сооружение, похожее на маяк — фотографии похожих можно найти на просторах интернета. Там же, судя по всему был глубокий обрыв и море. А мы втроем сейчас стояли посреди ровного бескрайнего поля, которое заросло низкой стелющейся темно-зеленой травой с редкими голубыми и желтыми цветочками. И снова никаких ориентиров вокруг, только далеко в глубине этого поля, в противоположную сторону от обрыва и моря, глаз мог зацепиться за некое подобие построек, но разглядеть подробнее, что там, у меня не выходило.
— Робер Индиго, — представился тот, что постарше, едва переплёвывая через губу, словно ему по статусу не положено общаться со мной, — князь Ригила.
Ага, значит, этот «князь». А что, очень похоже. Бремя власти и прочее-прочее очень хорошо считываются со сдержанного недовольного лица. Вынуждена признать, очень красивого лица, цепляющего своей серьезностью и непробиваемостью.
Я перевела взгляд на другого, в ожидании, что тот представится, а сама еще на шаг отошла от мужчин — что-то мне не нравилась ситуация: я, два мужика и никого в радиусе нескольких километров.
— Лиам Индиго, герцог Ригила и младший брат жениха, чужачка…
С неприкрытой издевкой и пренебрежением, я бы сказала, ответил этот младший Ин-ди-го, особенно подчеркнув мою инородность в этом квесте, а я мысленно поаплодировала идейным вдохновителям экскурсии: так подобрать актеров, которые просто невероятно легко вжились в роль — столько апломба, спеси, высокомерия в каждом слове, обращенном ко мне, что невольно хочется возмущаться и снова колошматить рюкзаком. Да я готова уже аплодировать стоя. И еще пару шагов в сторону от них…и подумать, куда, в случае чего, бежать.
— Ты отвечать-то будешь? — я не спешила представляться, а младший из мужчин обращался уже напрямую к старшему, позабыв обо мне тут же. — Похоже, точно убогая, Роб. Вот ведь удружила тебе королева — может, сразу на первом этапе и сойдет с дистанции.
— И что же, прикажешь, тогда с ней делать? На лодку и в море — пусть выплывает, как может? — холодный голос излагал варианты развития событий, а я продолжала пятиться — что-то не нравились мне слова про лодку и море, и что там за испытания такие, что я на первом же могу и засыпаться? Может, пора линять отсюда?
Развернулась и сделала вид, что споренько так иду в сторону то ли города, то ли нагромождения камней, но подальше от мужчин. Если пойдут за мной — понесусь галопом как скаковая лошадь. Хватит, побыли в неадеквате от новых впечатлений, а теперь нужно голову ставить на место и на традиционные экскурсии по старинным дворцам и паркам, по которым уже прошлись миллионы людей и не попали в такой вот непонятный движ.
— Ты куда понеслась, убогая? — хохотнул за спиной младший, а я прибавила шагу. — Ты до завтрашнего утра будешь идти в Ригил. Роб, как хочешь, но я ее не понесу — сам разбирайся с этой убогой.
Я, признаюсь, как на духу, уже запыхалась, а отошла от мужчин всего ничего. Делая вид, что обернулась на крик «герцога», я притормозила, чтобы перевести дыхание, да так и застыла. «Герцог» замерцал, легкая вспышка, хлопок и от земли оттолкнулся тот самый птеродактиль, что меня рассматривал под статуей. Засра…гад пронесся над моей головой, едва не задев пузом и что там у них еще есть, и обдал таким потоком ветра, что я только и смогла, что шлепнуться вновь на мягкое место и с открытым ртом следить за полетом доисторического динозавра в сторону тех камней-построек, что я выбрала своим ориентиром.
Птеродактиль был крупный, почему-то с зеркальной синей чешуей и странно напомнил мне картинку с драконом, который поедал рыцаря в доспехах, нанизав того на пику на манер шашлыка. Чего только не увидишь на просторах интернета, но не все же при этом встречаешь в жизни. Ущипнула себя — больно, будет синяк — как-то отстраненно подумала и перевела взгляд на «князя», чтобы убедиться, что он один остался, и за его спиной не прячется его младший брат.
— Так как же тебя зовут, иномирянка? — спросил «князь», делая несколько широких уверенных шагов в мою сторону.
— Юля…Юлия Смирнова.
— Сми́рная? — переврал мою фамилию князь, а я только покачала головой — не дождетесь.
4. Принятие
4. Принятие
4. Принятие
— А вы тоже так можете? — пискнула я, дергая головой в сторону улетевшего ископаемого.
— Вполне, — ответил «князь», останавливаясь рядом и задумчиво рассматривая мои ноги, укутанные в темно-синие джинсы на «рыбьем пуху», как скажет моя мама — вроде плотная ткань с флисовым напылением для холодной погоды, но сегодня на экскурсии в Летнем саду в них было холодно, даже зябко. И что такого можно увидеть в этих тряпках?
— И что, у вас все так ходят? — спросил мужчина, кивая на мои ноги, а я просто терялась в догадках: ему нравится вид или у них тут за такое сразу линчуют.
— Сейчас апрель, а на Финском заливе промозгло и сыро…было… — почему-то принялась оправдываться я. — А как теперь в город добраться? Вы меня понесете в лапах или на спине?
Кажется, я сказала что-то не сильно приятное, потому что у «князя» дернулось веко, как от нервного тика. А я представила, как этот «князь» сейчас опять клацнет перед моим лицом теми страшенными зубами, так я точно тут слягу от разрыва сердца. Как такое возможно? Мозг отказывался искать объяснения, просто отмечал все как данность: есть электроны, которых мы не видим, существуют черные дыры, про которые нам рассказывают в школе и в планетариях, скорость света больше скорости звука — известно из школьного курса физики, мужчины могут вспыхнуть и превратиться в летающую ящерицу — достоверно стало известно Юлии Смирновой.
— Князю не пристало носить кого бы то ни было, — холодно ответил мужчина, продолжая хмуро изучать меня, сидящую на земле, вернее на местной траве — кстати, мягкой. — Да и любому дракону, тем более тебя, человечку…хотя, ты же иномирянка… но… человечка.