— Семечко магическое — оно прорастёт даже без воды, но не без твоих эмоций по отношению к Роберу — нет.

Утешил, даже легче стало. Эмоции у меня к князю положительные — такой мужчина не может не нравиться, а уж какой он симпатичный, правда…

Додумать не удалось, потому что Лиам вдруг рыкнул, отпустил мои плечи и резко пошел в сторону каких-то зданий, где нам обещали дать воду для умывания.

Честно сказать, какая-то мысль у меня была, причем важная, но рык так громко прозвучал над моим ухом, что напрочь выбил из головы всё, даже мысли. Вот что он за дракон такой противный?

Ответ на свой вопрос я так и не получила, а вот головной боли — в достатке, потому что пришлось еще и поливать на дракона воду, пока он умывался, сняв рубашку. И если остальные девушки и женщины проходили мимо, бросая равнодушные взгляды на дряблые мускулы иллюзорного мужчины, то мне пришлось изучать вполне крепкую мускулистую спину с несколькими побелевшими шрамами.

Спины я видела разные в своем мире, а вот отсутствие крыльев почему-то озадачило — как-то я никак не могу привыкнуть, что они тут становятся драконами сразу, а не прячут крылья и хвост под одеждой. Даже захотелось потыкать между лопаток пальцем, чтобы убедиться, что тут не еще одна иллюзия. Сдержалась, конечно.

А потом нам отдали продукты.

Как вам сказать, мое смущение, что не отпускало, вдруг нашло возможность трансформироваться и вылиться в другое чувство — гнев. Здешние фермеры еще ни разу не слышали ругань никчемной человечки (это фраза иногда проскальзывала в разговоре) на совершенно непонятном им языке. Больше скажу, у меня на фирме редко кто удостаивался такой чести быть обруганным чисто и без мата, теми словами, что встречаются в учебниках по высшей математике и физике. Так что «вымершие птеродактили», «интерференция с нулевой волной», и «коллайдер из гаражей» — были драконам совершенно непонятны, но на интуитивном уровне восприняты. К сожалению, мне стало легче, но делу моему это не помогло — те продукты, что нам дали, так и остались кучкой полуувядших то ли кабачков, то ли баклажанов, кусочком мяса с мой худенький кулачок и дряблым пучком зелени.

Лиам справлялся лучше меня: мою ругань не поддерживал, попытался отстоять права мирными переговорами, а когда не получилось, замолчал и увел меня с фермы, хотя я видела, как крепко стиснул он челюсть, а вертикальные зрачки вообще не возвращались к человеческому кружочку. Похоже, дракон все запомнил и продумывает свои дальнейшие действия.

— Скажи, а твоя магия может увеличить в размерах наш улов? — с какой-то детской надеждой спросила я у мужчины.

— Нет, у меня с растениями плохо, — покачал головой Лиам, придерживая меня под локоть, когда мы перепрыгивали через кочки — мы, чтобы сократить путь, пошли по невспаханному полю. — Но если ты упадешь и поцарапаешься, то смогу залечить небольшие ранки.

— О! — я даже остановилась от такой новости. — Тогда залечи мне мозоли!

И протянула ему обе руки, на которых уже лопнули по два-три волдыря. Интересно, а у драконов бывают мозоли? А стоит ему сказать, что завтра еще и мышцы будут болеть? А их лечить он может? Или будет неприлично просить герцога залечить икроножные и ягодичные мышцы?

27. Братская дружба

27. Братская дружба

Робер

— Ваят, я от тебя не ожидал подобного поведения, — отчитывая друга, Робер смотрел в окно кабинета на далекие главные ворота — не появятся ли на дороге его брат и иномирянка. Не появились, хотя начало смеркаться.

— Я не сделал ничего дурного, — этот дракон не любил оправдываться, но защититься пытался: смотрел на князя насупленно и предупреждающе, словно за напрасные обвинения уже готов поколотить, как это делал в детстве.

— Леди Улья посчитала, что ты вел себя непозволительно. Хуже, она посчитала, что делал ты все с моего одобрения, — Робер немного добавил в голос гнева, чтобы не возникло ни у кого предположения, что он благословлял друзей на подобное.

— Я всего лишь попытался ее поцеловать! И между прочим, она моя истинная! — Ваят вскочил с места, сжав кулаки, но пока больше ничего не предпринимал — только сверкал гневно глазами, да скрипел зубами.

— Леди Улья посчитала, что это была попытка вывести ее с отбора и при этом уверяла, что о каких-либо чувствах, а уж тем более об истинности, речи не шло, лорд Ваят, — вступил в разговор Кифар, нервно покашливая со своего места.

Ваят зло потер подбородок, заросший недельной щетиной, растрепал волосы, прошелся по кабинету, едва не оттоптав ноги всем, кто успел прибыть во дворец к этому времени. Все мужчины, что сидели в своих креслах, тоже немного нервничали и уже несколько раз пытались вклиниться в диалог, но были остановлены предупреждающим взглядом князя.

— Ваят, леди Улья покинула отбор, заявив, что не приемлет столь грязные методы устранения неугодных претенденток, — Робер сам с трудом сдерживал гнев, вспоминая тонкую трепетную драконицу, чьи возмущенные обвинения здорово задели за живое.

— Ты несправедлив, Роб, — заступился за друга Варис, — Ваят здесь ни при чем. Он просто не мог сказать ничего о своих чувствах, пока девушка считалась претенденткой на ТВОЕМ отборе — такова магия отбора в Ригиле.

— О как, да у вас тут интересно, — от двери раздался нервный смешок Лиама, который вошел в кабинет незаметно и в то время, когда сам Робер отвлекся и от окна, и от двери. — Можно с этого места поподробнее? Варис, ты тоже ощутил истинную в веснушчатой невесте?

— Нет, — тут же насупился дракон, отводя взгляд, словно не уверен в собственных словах, — но и слова не мог сказать про то, как меня пленили эти веснушки, хотя вы сами знаете, что я не тушуюсь перед девицами.

— И, Робер, ты все же сам нас всех разбил по парам, рассчитывая, что некоторые из нас ощутят своих истинных, а они нас, — вступил в разговор Шальх, который все время разговора не отрывал взгляда от Захи, отбывшего на ярмарку с сестрой Шальха.

— Робер предупреждал, что девушка должна добровольно уйти с отбора, — неожиданно для самого Робера за него вступился Лиам. — Никто не предполагал, что магия нашего рода так поведет себя именно в этом отборе. Я поднимал документы в архиве и могу с уверенностью сказать, что раньше о своих чувствах мог сказать всякий, причем он мог обратиться к любой претендентке. Подобное происходило лишь несколько раз и…

Лиам замолчал, обвел взглядом друзей, а затем посмотрел на Робера с какой-то горечью, словно взглядом пытаясь высказать претензию брату.

— Ну! — не выдержал Коль, который с ярмарки вернулся разъяреннее всех и высказал уже сотню претензий Роберу, что тот поставил его в пару с Валлией.

— Догадайтесь, что отличало эти два вида отбора?

Повисла тишина. Никому даже задумываться не пришлось, так как ответ был на поверхности.

— Наличие приглашенной иномирянки, — ответил за всех Робер и уловил едва заметное напряжение, которое завладело братом, стоило упомянуть иномирных гостий. — Так что, друзья мои, — Робер говорил всем, но смотрел на брата, — кто ощутил возможную связь истинных, — вам остается только убедить девушек в своих истинных чувствах без упоминания этих чувств. Сочувствую, но до конца отбора ничего не изменится.

— Так выбери уже кого-нибудь! — зло прорычал Ваят, ощутивший себя невероятно обманутым. — Ту же Юлию или Тамарину. Все мы видим, какие взгляды ты на них бросаешь. Выбери одну и заверши уже этот драклов отбор.

То, что при упоминании Юлии и Тамарины он услышал едва сдержанный рык брата, Робер ожидал. Вот чего он совсем не ожидал, так рыка одного из друзей. К сожалению, не понятно было, кто едва не сдержался, и на имени какой именно девушки дракон вышел из-под контроля.

— Кстати, Вайят, — Робер отправил друзей отдыхать, но этого дракона придержал, — я удивлен, что, говоря об истинной, ты тем не менее все еще здесь. Я не шутил, когда говорил, что Леди Улья покинула отбор.

На лице друга отразилась такая гамма разнообразных чувств, от недоверия и гнева до осознания и чистой незамутненной радости, что Робер даже позавидовал, что ему подобное неподвластно. Или он так сильно загнал себя в рамки, что ни одна девушка не способна его из них вытащить.

— Так я полетел? — Вайят вроде как еще мялся и спрашивал разрешения, но в то же время уже срывался с балкона в небо, так и не дождавшись ответа.

Итак, минус одна…

27.1

27.1

— Я видел тебя на ярмарке, — брат не отходил от входной двери, где застыл по прибытии, смотрел хмуро, не скрывая неприязни, — как ты смотрел на Тильду. Пусть все были под прикрытием артефактов, но я могу тебя узнать среди сотни тысяч драконов.

— И как же я смотрел на Тиль, брат? — Робер криво усмехнулся и спокойно встретил гневный взгляд младшего из Индиго.

— Так ты не смотришь даже на Юлию, хотя еще вчера ты прожигал в ней дыры, словно приворотных зелий нанюхался. Вайят прав: тебе пора завершить этот фарс, раз уже ясно, что ты встретил истинную.

— Ты выдаешь желаемое за действительное, Ли. Нескольких часов порой недостаточно, чтобы понять, истинная перед тобой или нет. Даже если тебе что-то почудилось, — Робер вплотную подошел к брату и жестко посмотрел ему в глаза — раньше это сбивало Лиама, и он отступал, но не теперь. — У Тиль нет оборота, так что мое к ней отношение никак не проверить на истинность.