— Это Ватацуми! — предупредила она, нагоняя.
— Как у вас много всего с Ватацуми! — Он уже щупал какую-то пиалу и почти наверняка намеревался её купить.
Чо вздохнула и потянулась, чтобы схватить его за руку и увести с рынка, пока он бездумно не истратил свои деньги, но внезапно все её чувства обострились. Она ещё не успела осознать опасность, обдумать, что именно её насторожило, а тело уже напряглось, подобралось, готовое отразить удар.
Рынок кричал ей в ухо о дешёвых угощениях, в нос бил запах лака от прилавков с посудой, всё было как всегда, и всё же что-то неуловимо поменялось.
— Долго собиралась прятаться, бабочка Чо? — раздалось над ухом. Её рука едва успела дёрнуться — и холодная сталь обожгла шею сзади. — Не рыпайся, подруга, лучше посмотри на своего лисёнка. — В голосе Тору сквозило превосходство, знакомое ей с их совместных тренировок.
Ёширо держал в одной руке ту самую пиалу с не слишком умело нарисованным Ватацуми, а другой пытался отсчитать медные монеты. На первый взгляд казалось, что ему ничто не угрожает, но Чо уже приметила между прилавками поодаль Митсеру. Он почти не двигался. Затаился, готовый по первому сигналу Тору убить парня.
— Он тебе нужен? Бери. — Её голос остался невозмутимым. — И убери танто, я не враг своему клану.
— Ты не враг своему клану, — усмехнулся Тору, поглаживая её по щеке так, что со стороны наверняка казалось, будто он лишь договаривается о цене одной ночи, что было в этих обычно бесплодных землях привычным делом. — Поэтому ты нас бросила? Единственная ученица Иши-сана, что должна была стать нашим лекарем. Та, которой он доверил продать мёртвую императрицу сёгуну и обеспечить клану достойную жизнь, и та, что сбежала с ней, как только поняла, что это шанс свалить с острова.
Он схватил её за плечо и резко повернул к себе, так что теперь остриё упиралось прямо в горло.
— Одного не пойму, — прошептал Тору, заглядывая в её глаза. — Почему вернулась?
— Потому что я не сбег
— Что за чушь ты…
— Послушай, — прервала она. — Ты видел, что случилось с Западной областью. Ты знаешь о силе императрицы. Все знают. Какая бы армия у него ни была, она — ничто против богов. А боги на стороне Миямото.
— Ты не могла этого знать тогда, — выплюнул он. — Ты струсила и сбежала в поисках спокойной жизни. Наплевав на клан. На семью. На Ишу-сана, который тебя приютил.
Его голос звучал слишком грубо, и они уже привлекли нежелательное внимание. Мужчины шли мимо, но несколько торговок косились на Тору, удерживавшего Чо за плечо слишком близко.
Она подняла голову выше, улыбнулась и громко сказала:
— Серебряник, господин. Если вам это не по карману, не задерживайте даму.
Он покосился по сторонам и слегка отстранился.
— Кажется, ты позабыла, что здесь я устанавливаю цену.
— Вы грозитесь отобрать у меня то, что мне и так не нужно.
— Неужели? — теперь улыбнулся Тору. — Это мы и проверим. Он завёл руку ей за голову — и Чо почувствовала, как волосы рассыпались по спине. — В таком случае беру твоего лисёнка в качестве платы за то, что ты потратила так много моего времени.
Она обернулась. У прилавков не было ни Ёширо, ни Митсеру.
— Грязной девке ни к чему такие украшения. — Он наклонился ближе и едва слышно добавил: — Но я за тобой ещё вернусь, если, конечно, ты сама не приползёшь раньше.
— Тору, ты идиот, — вздохнула Чо в пустоту. Шиноби уже исчез, растворившись в рыночной толпе.
Новая боль от потерь
Новая боль от потерь
— Почему он оставил тебя? — Иоши недоверчиво покосился на Чо. Вся эта история казалась слишком уж невероятной. Вот так просто посреди рынка похитить человека?
— Потому что знает: я приду, — сухо ответила Чо. — Я, в общем, и зашла, только чтобы предупредить, что ухожу.
— Ты не можешь идти одна, — возразила Киоко. Она уже успела привести себя в порядок после тренировки и теперь — в песочном наряде, расшитом белыми лепестками, с орхидеей-цаплей, выглядывающей из той же причёски, что когда-то ей сделал Иоши, — была готова к встрече с сэнсэем.
Иоши слишком хорошо знал Киоко, чтобы не понимать, к чему та клонит.
— Ты никуда не пойдёшь.
Она улыбнулась так, как улыбалась во дворце всем гостям — вежливо и совершенно неискренне:
— Иоши, ты не можешь мне запретить.
Спорить было бесполезно, поэтому он повернулся к куноичи:
— Ты говоришь правду? Или просто решила вернуться к своим?
Её рот тут же исказился в гримасе.
— Издеваетесь? Я ради вас клан бросила, чтобы теперь терпеть это недоверие?
— Думаю, — встряла Киоко, — Первейший хотел спросить, как вышло, что в таком людном месте удалось похитить кого-то столь заметного, как Ёширо. Всё-таки даже в Западной области рыжеволосых не найти, разве что несколько ногицунэ, оставшихся после разрушения Минато, да и то преимущественно у побережья.
Куноичи смотрела исподлобья, в чёрных глазах смешались злость и обида.
— Смешаться с толпой — раз плюнуть. Напялить на него касу, чтобы скрыть волосы, — ещё проще. Сделать так, чтобы жертва не шевелилась, — две капли парализующего яда. Итого — три простейших шага. Если вы настолько недооцениваете нас, боюсь представить, насколько вы недооцениваете своих настоящих врагов. Вот и вопрос: ту ли сторону я выбрала?
— Пока вы препираетесь, рыжего, может, пытают, — встряла Норико. — Я пойду с выскочкой, заодно и за ней прослежу.
— Это ты меня выскочкой назвала, блохастая? — Чо выгнула бровь и уставилась на бакэнэко.
Иоши только вздохнул:
— Идите.
— Вдвоём справитесь? — уточнила Киоко.
— Это всего лишь клан шиноби. Не твоего уровня противник, — хмыкнула Норико. — Готовься к настоящей войне.
— Я справлюсь, — коротко ответила Чо и поклонилась. — Помощь мне ни к чему.
— Мне всё равно скучно. — Норико вытянула передние лапы и выгнулась. — Пойдём, хоть повеселюсь. Не скучайте тут без меня. — Последние слова были обращены к Киоко и Иоши. Бросив их, Норико выскочила из павильона.
— Может, Хотэку стоит отправить с вами? — предложил Иоши Чо.
— Хотите приставить ко мне побольше глаз и ушей? — насмешливо уточнила она. Иоши не собирался просить прощения за подозрения. Ни один самурай в здравом уме никогда бы не стал доверять куноичи, его опасения не были так уж беспочвенны.
— Хочу, чтобы всё вернулись. И по возможности в целости, — твёрдо сказал он.
— Мы вернёмся. Если ваша кошка не влезет в неприятности — всё пройдёт гладко, к страже лисы будем во дворце.
— Если не вернётесь к страже лисы, мы отправимся следом, — пообещала Киоко. Иоши скрипнул зубами. Она владела мечом не лучше десятилетнего ребёнка, а дар тянул из неё слишком много сил. Он не был против, когда она сражалась в Минато, потому что это было значимо для всех и потому что за ней приглядывали… Но стычка с шиноби точно не та неприятность, ради которой стоит собой рисковать. Не сейчас.
— Если не вернёмся к страже лисы, подождите до восхода, — возразила Чо.
— Чтобы за ночь вас успели убить?
— Тору не станет меня убивать.
Уголки губ поползли вверх, выдавая недоверие Иоши.
— Отчего же? — спросил он.
Чо замялась на несколько мгновений, подбирая слова, а затем коротко ответила:
— Мы всё ещё семья.
Он хотел было возразить, но Киоко его остановила:
— Мы подождём до рассвета.
Иоши кивнул, соглашаясь, и добавил:
— В случае необходимости отряд самураев будет готов незамедлительно выступить.
— Это излишнее беспокойство.
— Это не беспокойство, — поправил он, — это предусмотрительность. У нас не так много союзников, а в тебе есть знания, недоступные нам. Глупо будет вот так тебя потерять.
Через оскорблённую маску, которую Чо изо всех сил пыталась удержать, пробилась едва заметная улыбка. Похоже, и самым холодным из людей приятно, когда ими дорожат.
* * *
Норико одним прыжком соскочила с крыльца и тут же упёрлась в чью-то ногу.
— Куда несёшься? — усмехнулся птиц. Она задрала морду и посмотрела в его улыбающееся лицо.
— Лисёнка спасать. Не слышал последних новостей?
— Что-то с Ёширо? — Хотэку тут же посерьёзнел и опустился перед ней, скрестив ноги.
— Ага, Тору похитил.
— Шиноби? — Его тонкие пальцы тут же принялись щипать травинки. — Зачем им кицунэ?
— Затем, что он был рядом с Чо.
С травинки, которую Хотэку отбросил в сторону, опрокинулась букашка. Она упала на спину и теперь беспомощно шевелила ножками, пытаясь зацепиться за воздух.
— Стоило догадаться, что по возвращении у нас будут с ними трудности. И почему я об этом не подумал…
— Потому что есть трудности посерьёзнее, — махнула хвостом Норико. — Да ладно тебе, сейчас мы с Чо сбегаем и мигом его вернём.
— Вдвоём? — Хотэку заметил перевёрнутого жучка и протянул ему травинку, тот вцепился и тут же пополз вверх, к руке птица. — Я пойду с вами.
— Да что вам всем неймётся?
Букашка перебралась на его большой палец.
— Что Киоко, что ты. Расслабься, всего лишь горстка шиноби. — Норико усмехнулась, стараясь говорить непринуждённо, но Хотэку это не убедило. Он аккуратно опустил руку и позволил насекомому перебраться на землю, после чего серьёзно посмотрел на Норико.
— В прошлый раз эта горстка шиноби похитила нас всех, и удрать нам удалось только благодаря Чо. Я не хочу, чтобы с тобой… — Он запнулся. — Чтобы с вами что-то случилось.