— Нужно подкрепление, — открыв заседание, прямо сказал Сергей Сергеич. — Немедленно телеграфируем в город! Связь есть — Анна Львовна всегда на проводе. Что еще? Срочно разобраться со старым кладбищем!

— Да рано еще, говорю же! — Иван Палыч резко поднялся на ноги. — Без вакцины — никак.

— Так надо ее найти! — выкрикнул товарищ Артем. — Иван Палыч, неужели, не знаете, где она может быть?

— В Петрограде — точно, — что-то вспомнив, доктор вдруг посветлел лицом. — Ну да! У меня ж там знакомый, Лебедев… И фрейлина знакомая… Впрочем, от фрейлины, уже, вероятно, мало толку. А Лебедев… Он же в госпитале! Я же знаю адрес. Я… я… срочно на станцию… на телеграф!

Доктор быстро накинул пальто, нахлобучил на голову шляпу.

— Иван Палыч! Заодно еще раз отбейте телеграмму в уездный Совет, — вскочив, напомнил Гладилин. — Попросите людей для оцепления. Солдат, может, пришлют… или кого еще. Сами же говорите — карантин!

— Да, да — карантин! — доктор обернулся в дверях. — Строжайший!

— Иван Палыч, так с артелью-то что? — выкрикнул Степан Пронин. — Надо ведь ее к черту… Люди есть!

— Да-да, — Гладилин сухо покивал. — Доктор, что скажете?

— Ну, к черту, так к черту, — Иван Палыч согласно махнул рукой. — Но, с соблюдением всех мер предосторожности. Сам с вами пойду, вот что!

— Вы уж лучше лечите, — хохотнул Степан. — А там мы и сам… Родион с Романом дорогу знают! И про фугасы не забудут — уж точно. Проведут! Правда, думаю, от артельных там уже и след простыл. А золотишко оставшееся растащили.

— Вместе с заразой, — мрачно кивнул доктор.

* * *

Длинноволосый телеграфист Викентий углядел посетителя еще в дверях и, привстав, помахал рукою:

— Иван Палыч! Господин доктор! Вам телеграмма… Вот… — телеграфист протянул узкую бумажную ленту. — Фронтовая почта, полевое отделение… Псков! Ответ на ваше вчерашнее послание.

— Спасибо, Викентий Андреевич… ага… ага… — доктор поднес ленту к окну, вчитался, шевеля губами. — «Доставить телеграмму г-ну Гробовскому не представилось возможным связи неразберихой тчк войск самовольно покидают фронт тчк…» Н-да-а… Хорошо, хоть ответили.

Вчерашней телеграммой Иван Палыч хотел известить Гробовского о появлении Рябинина в очередной ипостаси, заодно и узнать как дела у друга. Следовало признать, Степан Григорьевич вновь оказался ловок — ушел, не оставив следов. А вот то, что телеграмму не доставили Гробовскому — это напрягало.

Ну, что же… Нет, так нет…

— Викентий Андреевич, любезный… Вот это отправьте, — доктор протянул листок.

Кивнув, телеграфист принялся набирать текст:

— «Госпиталь имени Его Императорского высочества Наследника Цесаревича и Великого князя Алексея Николаевича»… Иван Павлович! А госпиталь этот что, именно так до сих пор и именуется?

Вообще-то, вопрос вполне резонный… Никаких «императорских высочеств» нет аж с февраля — нынче все просто граждане.

— Пишите так! Петроград, Зимний дворец, госпиталь. Леониду Лебедеву… А собственно, можно еще и начмеда приписать! Надеюсь, кто-нибудь да ответит… Так, теперь — текст… Прошу срочно сообщить наличие вакцины против сибирской язвы. Зарное, доктор Петров.

— Набрал… Теперь ждите ответа.

Уходя со станции, Иван Палыч вдруг увидел пробиравшийся в грязи грузовик с вооруженными людьми. Это были не солдаты, а, судя по красным повязкам на рабочих тужурках — отряд Красной гвардии.

Надсадно рыча, грузовик остановился рядом с доктором. Выпрыгнул из кабины командир в кожанке и с маузером — молодой светловолосый парнишка с совсем еще детским лицом восторженным взглядом:

— Гражданин! Господи… Иван Палыч! Вот ведь, не сразу и узнал. У вас шляпа новая? И… вы на мотоциклете обычно…

— Здравствуй, Виктор! — узнав юного милиционера, улыбнулся доктор. — Шляпа у меня, увы, старая. А на мотоцикл бензина нет… Вас Петраков прислал?

— Он! — Виктор вдруг улыбнулся. — Просил передавать поклон и свое восхищение. С глицерином-желатином у вас здорово вышло! Мы сразу же неладное почувствовали, как аптекарь сказал… А за пройдохой тем, артельщиком, давненько уже наблюдали… Ну, ладно, что зря болтать? Нам сейчас куда?

— Да отряд пока что пусть здесь… А мы с тобой — в Зарное. Там, на Совете и решим, куда вас поставить. Да! Как там в городе?

— А черт его знает! — ответ был весьма неожиданным.

— Нет в самом деле, один черт и знает! — Виктор махнул рукой. — Все как повымерли. Вроде и власти никакой нет. И никаких указаний из центра.

Понятно. Октябрь уже на дворе. Октябрь…

Ну, хорошо, хоть Совет действовал — отряд, вот, прислали.

Красная гвардия — это не какие-то сопливые скауты, которых можно и просто куда подальше послать… Красная гвардия — это вооруженная сила. Попробуй, не послушайся — можно и пулю промеж глаз схлопотать.

Местные это быстро поняли и уже не рисковали куда-то из села выбираться. Просто тупо сидели по избам и глухо роптали. Недовольство копилось, росло… и когда-нибудь, рано или поздно, этот гнойный нарыв неминуемо должен был прорваться.

В тот же день, уже под вечер, в больничку заглянул телеграфист — приехал со станции на велосипеде.

— Ответ вам, Иван Палыч! Из Петрограда.

— Та-ак… — вымыв руки, доктор тщательно вытер их полотенцем. — А ну, давайте-ка… «Вакцина сиб язвы есть тчк приезжайте срочно Зимний тчк Лебедев»…

Доктор глазам своим не поверил! Неужели, вот так вот, наконец, повезло? Не ему — всей волости, всему уезду! Надо ехать… срочно, скорей…

— Тут еще вот — господину учителю… Зовут… в какой-то там ЦэКа… Ну, я поеду, вручу…

— Ага, ага… — рассеянно покивал Иван Палыч. — Викентий Андреевич! А с поездами сейчас как?

Телеграфист пожал плечами:

— Да никак — сами ж знаете. Хотя… литерный из Екатеринбурга должен бы… Вот, ночью как раз. Но, ведь он может и не остановиться.

Поезд остановили. Красногвардейцы под руководством Виктора выкатили попрек рельсов грузовик, включили фары, чтоб видно было издалека…

Паровоз, конечно, рассержено загудел… Машинисты ругались… Но, остановили состав — куда деваться-то? Увидев на путях вооруженных людей, проводник не произнес ни слова: просто распахнул дверь…

— Ну, удачи! — пожелал на прощанье Виктор. — Эх, завидую вам! Петроград!

Фыркая двигателем, грузовик неохотно освободил путь. Паровоз радостно загудел и окутался клубами пара. Поехали. Застучали колеса на стыках рельсов.

— Прошу вас, проходите, господа, — проводник — усатый дядечка в форменной железнодорожной тужурке — вел себя совершенно по старорежимному. — Тут у нас солдатики… там — коммивояжеры… тут снова солдатики… Ума не приложу, где вас и разместить?

— Да нам все равно лишь бы ехать! — рассмеялся Гладилин.

Да, он отправились в столицу вдвоем. Иван Палыч — в Зимний дворец за вакциной, и товарищ Артем — в какой-то свой ЦэКа.

* * *

Петроград встретил путников пустынными улицам и промозглым ветром с Невы. Невский проспект выглядел пугающе пустым — лишь иногда мелькали извозчики, да проезжали на рычащих грузовиках рабочие патрули Красной гвардии.

Повезло — удалось-таки взять «лихача», согласился за два аршина «керенок». Что и говорить, обесценившиеся деньги уже даже не утруждались разрезать на купюры — аршинами меряли!

— Ну, вот он ваш Зимний! — ослабив лошадку, возница указал кивком.

— Спасибо, любезный!

Доктор соскочил на мостовую… За ним, расплатившись с извозчиком, последовал и Гладилин.

— А ты-то куда, Сергей Сергеевич? — удивлено моргнул Иван Палыч. — У вас же свои дела.

— Нет уж, друг мой, я тебя все-таки сопровожу! — Гладилин насторожено осмотрелся. — Эвон тут как все… тревожно! Пусто, как в Сахаре… Патрули…

— Так просто рано еще…

— И вон — кораблище, глянь! Целый броненосец! Вон, на Неве… Да глянь же!

Доктор резко обернулся… и округлил глаза:

— Это… Это не броненосец, Сергей Сергеич! Это — крейсер. Крейсер «Аврора»! Судя по всему, революция уже того…

— Какая еще революция?

— Да ваша же — пролетарская!

— Революция… — Гладилин ненадолго задумался. — А знаешь, очень может быть! Ну, что, пошли в Зимний… Где тут вход-то?

— Да можно вон, с набережной…

У входа стоял пост! Двое солдат с красными бантами на штыках и матрос в черном, с золотыми пуговицами, бушлате, с маузером в деревянной кобуре. Выглядели они на редкость строго и неприступно. Путник переглянулись… Ну, раз уж пришли…

— Товарищи, здравствуйте! Нам нужен госпиталь… — начал было товарищ Артем.

— Нет тут никакого госпиталя, — матрос широко ухмыльнулся и сдвинул бескозырку на затылок. — А есть арестованное бывшее правительство и еще недобитые юнкера!

Точно! Свершилось уже. Эх… немного и припоздали.

— Товарищи, дорогие… нам надо…

— К кому вам надо? К юнкера-ам? Вы вообще, кто такие? А ну, руки в гору, контра! — матросик выхватил маузер.

— Товарищи, не конфликтуйте! — спокойно промолвил Сергей Сергеевич. — Вы позволите достать документы?

— Доставай! Только не балуй… — матрос напрягся и подозрительно прищурил глаза. Солдатики вскинули винтовки…

— Вот мой мандат!

— И мой…

— Тэ-экс…

Слава Богу, матрос оказался грамотным. Хотя и читал только по слогам:

— Зар-но-е… Зарное… се-ло… Пред- ста- ви-витель се-го… РэСэДэРеПэ… Бэ! Большевиков… Э, да вы наши что ли? — матросик вдруг резко подобрел, курносое лицо его озарилось самой искренней улыбкой. — А-а! Вы делегаты, ага! Так вам в Смольный надо, а не сюда. Эва, дворцы перепутали! Ну, бывает чего ж…