В руках у Кияры была тетрадь — наверное, с какими-то заметками.

— Я ещё не закончила, но дети справились. Думаю, можно проводить проверку, — сообщила она.

— Кияра, а ты умеешь готовить? — спросила я. С завтрашнего дня из взрослых останемся только мы вдвоём, а мне время от времени нужно будет отлучаться.

— Нет, если честно, даже не задумывалась об этом.

Мы с Киярой отправились проверять порядок в комнатах. Все были заранее предупреждены. Итоги оказались разными: кто-то действительно навёл чистоту, кто-то просто спрятал хлам под кровать или запихал мусор в шкаф. Лишь у Стефана, рыжеволосого тринадцатилетнего мальчика, и у младшей девочки Маниши, которой помогала Лилиан, комнаты сияли примерным порядком.

— Какая будет награда? — с азартом спросил Стефан. В его глазах светился мальчишеский интерес.

— Какой бы ты хотел видеть свою комнату?

Стефан растерялся, явно не ожидая такого вопроса.

— Эм… Даже не знаю… Наверное, это глупо…

— Просто скажи, а там я решу, — улыбнулась я мягко.

Парень помялся, но всё же решился прошептать мне свою мечту: он всегда хотел шкаф с моделями кораблей и других транспортных средств, хотя бы одну модельку — как у отца. Было видно, насколько для него это важно и необычно, даже просто попросить было нелегко.

Я подошла к стене, коснулась её, представила шкаф с моделями — частично из своей памяти, частично из воспоминаний Джорджианы. Вдруг в тишине раздался восторженный крик:

— О Боги! Это потрясающе!

Шкаф оказался точно таким, как я себе представляла, а может, и лучше. К нам тут же сбежались остальные дети, устроив настоящий переполох: «Я тоже хочу!»

— Спокойнее, ребята, — пришлось их успокаивать, — это одна из наград за старания.

Стефан всё ещё осторожно касался полок, будто не веря, что всё это на самом деле.

— Это Радана для этого тебя прислала? — спросила Маниша.

— В том числе, — ответила я.

Главарь местной компании подростков недовольно буркнул:

— А где она вообще? Странно, что её нет.

В этот момент зазвучал бой часов, возвещая обед.

Глава 17

Глава 17

На обед мы отправились все вместе, шумной толпой. Атмосфера, конечно, отличалась от прежней: после того, как Брунгильда ушла вместе со своей помощницей, нам пришлось самим накрывать на стол. Делали это втроём, хотя поначалу меня даже не хотели подпускать к подготовке — будто заботились, будто боялись лишний раз тревожить. Но, если честно, это казалось странным: скоро из взрослых здесь останемся только я и Кияра, и нам в любом случае нужно учиться справляться без посторонней помощи.

Когда всё было готово, перед самой трапезой я объявила, что вечером на кухне потребуются помощники из числа детей. К моему удивлению, большинство восприняли это спокойно — многих всё ещё волновал совершенно другой вопрос: где Радана? Шепотки и осторожные взгляды всё чаще мелькали за столом.

— После обеда никто не расходится, — предупредила я, стараясь звучать уверенно. — У меня для вас важное объявление.

Я решила не торопиться и подождать, пока все поедят — опыт подсказывал, что после таких новостей у детей может совсем пропасть аппетит.

Когда последний ребёнок закончил есть и отложил приборы, я поднялась со своего места. Некоторое время просто смотрела на ребят, пытаясь подобрать слова, но решила не смягчать правду. — К сожалению, мне предстоит сообщить вам грустную новость, — начала я тихо, но твёрдо. — Радана умерла.

Эти слова прозвучали, как звон стекла в тишине. Несколько секунд дети просто ошеломлённо смотрели на меня. Послышались вскрики удивления и даже негодования. Лилиан побледнела и сжала в руках скатёрку, словно ища в этом опору.

— А что же будет с нами? — спросил Гаян, в голосе прозвучала тревога, которую я очень хорошо понимала. — Вы, наверное, теперь выставите нас отсюда? Просто скажете, чтобы мы уходили?

— Нет, — покачала я головой. — Радана поручила мне заботиться о вас, и я намерена это сделать.

— Ну, кому мы нужны?.. — не унимался Гаян, и по залу прокатился ропот. — Неужели кто-то станет возиться с такими, как мы?

— В первую очередь, вы нужны сами себе и тем, кто рядом, — ответила я. — Мне знакомо, что значит жить без родителей. Моя задача — постараться дать вам детство, а ещё — научить тому, что пригодится вам во взрослой жизни. И даже тогда рядом всегда будут люди, к которым можно обратиться за помощью.

В столовой воцарилась тишина. На лицах некоторых детей я увидела серьёзность, какую редко встретишь в этом возрасте.

— Однако справиться можно только вместе, если мы будем помогать друг другу, — добавила я. — Нас мало, и мне очень нужна ваша поддержка. А ещё, надеюсь, вы не будете лениться учиться, даже если учёба станет не совсем такой, как раньше. Вот, к примеру, умение готовить пригодится любому, независимо от того, мальчик вы или девочка.

Раздался удивлённый детский визг — для мальчиков такая перспектива была чем-то непривычным, ведь их обычно не учили готовить.

— Завтра я покажу нескольким из вас особый рецепт, — пообещала я, уловив на лицах многих искорки любопытства и интереса.

— А Раданы точно нет? Это не ошибка? — несмело спросил один из малышей, прижав к груди ложку.

— К сожалению, это правда, и мне очень жаль, — мягко ответила я. — Но Радана успела найти меня и позаботиться о вас, насколько могла.

— Как-то вовремя она это сделала, — пробормотал Гаян уже тише, опуская глаза.

Я посмотрела на него внимательно, понимая, что он не просто возмущается, а ищет новую опору.

— Да, она успела, — подтвердила я. — Конечно, мне бы тоже хотелось, чтобы времени вместе было больше. Думаю, вы меня понимаете. Но есть то, что есть. Позже, Гаян, я готова поговорить с каждым из вас отдельно. А сейчас — пора распределить обязанности.

Я объявила, что нужно выбрать дежурных на вечер, а ещё назначить тех, кто займётся мытьём посуды. Работы было много: во дворе зеленели теплицы, и теперь растениям требовалась забота. Как выяснилось, раньше этим занималась ведьма, иногда прося помощи.

— Кроме того, нам понадобятся новые таблички для растений в теплицах, — добавила я. — Конечно, только для тех, к которым детям разрешён доступ. Приз — небольшое улучшение вашей комнаты.

Увы, я плохо разбиралась в местных растениях и мне нужно было как можно скорее это исправить. Детям такие знания тоже будут полезны, тем более, что в библиотеке есть необходимые книги. Задание заинтересовало многих — откликнулся почти каждый второй. Правда, вскоре выяснилось, что не все умеют читать и писать. Вопрос образования встал на первый план — ещё одна задача для меня.

Когда я закончила все объявления, заметила, как в столовой стало совершенно тихо, даже свет словно потускнел. Младшие пытались унять слёзы, а несколько малышей тянулись к Алие, не желая отпускать её — ведь и она собиралась покинуть дом. Сердце у меня сжалось — я горячо надеялась, что Алия сможет вернуться как можно скорее.

В этот момент пространство словно наполнили густые тени — казалось, даже воздух сгустился от горя и тревоги. Может быть, это только мое восприятие, но застывшая тишина и затихшая суета подтверждали мои ощущения.

— Сейчас мне нужно съездить в центр города по делам, — объявила я.

Честно говоря, уезжать не хотелось — оставлять детей наедине с их печалью казалось предательством. Но пока рядом были Алия и Кияра, я могла позволить себе короткую отлучку.

— А вы точно вернётесь? — недоверчиво спросил Гаян, нахмурившись. — Знаете, Радана тоже выходила однажды… А потом не вернулась.

— Вернусь, — заверила я его с твёрдостью, которой на самом деле не чувствовала. Мне нельзя было показывать свою неуверенность.

— Не обижайтесь, госпожа Рауз, — вдруг добавил Гаян после короткой паузы, — но я предпочёл бы сопроводить вас.

Я изумлённо подняла брови.

— Я просто… не хочу потом оказаться на улице — ни сам, ни с друзьями, — пояснил он серьёзно. — Поэтому мне важно, чтобы с вами всё было в порядке. Некоторые из нас не так беззащитны, как кажется…

Неожиданно для себя я обнаружила, что готова прикладывать усилия ради этих детей — делать для них больше, чем могла бы ожидать. Но я вовсе не стремилась получить от них благодарность или что-то особенное в ответ. Однако уже сейчас начинали происходить вещи, которые меня удивляли.

— Хорошо. Ты пойдёшь со мной. Собирайся, — сказала я Гаяну.

В этот момент ко мне тут же подбежала Лилиан — всегда чуткая и внимательная, словно чувствующая малейшие перемены в атмосфере дома. Она с тревогой в голосе прошептала так тихо, что услышала, наверно, только я:

— Джорджиана, тебе действительно что-то угрожает? — обеспокоенно спросила малышка, глядя на меня большими настороженными глазами.

Я мягко положила руку ей на плечо, пытаясь передать чувство уверенности:

— Это просто предосторожность. Никакой опасности нет. Кроме того, мне самой будет полезно пообщаться с кем-то из здешних воспитанников, — попыталась я её успокоить.

Лилиан, сжав маленькими ладошками край своего старенького платья, на мгновение замялась, а потом робко сказала:

— Может быть… я пойду с тобой? — голос её дрогнул от напряжения, затерявшись где-то между страхом и стремлением быть рядом.

— Зачем? — поинтересовалась я, чувствуя, что за этим вопросом скрывается нечто большее, чем просто детское желание сопровождать меня.