Голос прозвучал прямо у меня за спиной, и я вздрогнула, обернувшись.

Казимир.

Он стоял так близко, что я почувствовала тепло его тела. Его глаза скользнули по мне, потом поднялись к полке.

— Я сама справлюсь, — пробормотала я, но он уже тянулся к книге.

С легкостью достав нужный том, Казимир не спешил отходить, как и отдавать мне фолиант.

Его близость меня напрягала и нервировала. И я даже спиной чувствовала жар его тела, и его дыхание, щекочущее мои волосы.

Когда я резко повернулась к нему лицом, то понадеялась, что он все же отступит. Но ошиблась.

Вместо этого он прижал меня к стеллажу, уперев ладонь в дерево рядом с моей головой. Теперь он практически вжимался в меня всем телом.

— Спасибо не скажешь? — он наклонился ближе. И я ощутила его дыхание на своем лице.

Серые глаза, похожие на грозовые тучи, оказались совсем близко.

— Спасибо, что напугал? — в тон ему ответила я. Казимир усмехнулся.

— Всегда пожалуйста.

Я попыталась выскользнуть, но он не двигался.

Уперлась ладонями в широкую грудь и попыталась его оттолкнуть. Но легче было бы сдвинуть гору.

— Казимир…

— Агата, — он передразнил мой тон, затем провел пальцем по моей шее.

Я замерла. Его прикосновение было легким, почти невесомым, но от него по спине побежали мурашки.

— Что ты делаешь? — хрипло выдохнула я.

— Дразню, — он ухмыльнулся.

Его пальцы скользнули ниже, к вырезу блузки, задели первую пуговицу.

— Тебе не нравится? — провокационно уточнил он.

Я лишь сглотнула, не понимая, что на него нашло и как на это реагировать.

— Ты же этого хотела.

— Я…

Я не успела договорить. Его рука внезапно опустилась ниже. Прошлась по всему телу, оглаживая, забралась под подол форменной юбки и заскользила под ней, по чулку.

Кожа под его пальцами горела.

— Казимир… — мой голос дрогнул.

Его глаза полыхнули в полутьме. И он, резко наклонившись, прижал губы к моим. Это не был нежный поцелуй. Это был захват. Заявление. Наказание.

Я не сопротивлялась.

И это было самое страшное.

Когда он наконец отпустил меня, его глаза горели.

— Вот видишь, — он прошептал, — Ты сама этого хотела.

Погладив меня по щеке, он резко оттолкнулся от стеллажа, отстраняясь.

И прежде, чем я нашла слова, он развернулся и ушел, оставив меня одну с книгой в дрожащих руках и губами, которые все еще помнили его прикосновение.

Глава 6 Условия

Глава 6

Условия

Библиотека опустела задолго до полуночи.

Я сидела за столом, окруженная стопками книг, и в сотый раз перечитывала конспекты. Завтра — экзамен по высшей магической теории, один из самых сложных в семестре.

И я должна была сдать его лучше всех. Лучше Казимира. Лучше этих избалованных наследников древних родов, которые смотрели на меня свысока.

Я имею право здесь быть.

И словно пытаясь доказать это всем вокруг, я старалась. Всегда. Изо всех сил. И сегодняшний вечер не стал исключением.

Кофе давно остыл. Глаза слипались. Но я сжала зубы и потянулась за следующей книгой — древним фолиантом с серебряными буквами на корешке.

Его не было на полке.

Я замерла, затем медленно обошла столы — может, кто-то оставил его на одном из них? Ничего.

— Черт… — прошептала я и направилась в дальний угол библиотеки, где стояли самые редкие экземпляры. Тишина. Только мои шаги глухо отдавали в полутьме.

Я свернула за угол и застыла. Казимир.

Он стоял у нужного мне стеллажа, листая мою книгу.

— Ты, — вырвалось у меня прежде, чем я успела подумать.

Он поднял глаза, и в них мелькнуло что-то похожее на удовлетворение.

— Агата. Поздновато для тебя, нет?

— Отдай книгу, — я протянула руку, — Она мне нужна.

— Мне тоже.

— Ты даже не готовился к экзамену!

— А ты слишком много готовишься, — он захлопнул фолиант перед моим носом, — Когда-нибудь лопнешь. Я стиснула зубы.

— Это не твое дело.

Казимир сделал шаг в мою сторону.

— А если я предложу сделку? — спросил он, выгнув бровь.

— Какую?

— Ты получаешь книгу. Я получаю… кое-что другое.

Его голос стал низким, опасным. А взгляд, скользнувший по моему телу, слишком двусмысленным. Я почувствовала, как по спине пробежал холодок.

— Ты издеваешься.

— Ни капли.

Он положил книгу на полку и медленно приблизился. Я отступила — и тут же почувствовала за спиной дерево стеллажа.

— Казимир… — прошептала я, когда он вновь вжал меня своим телом в стеллаж.

— Ты же хочешь эту книгу, да? — он провел пальцем по моей щеке. Я не ответила.

— Тогда вот мои условия, — его губы почти коснулись моего уха, — Ты не убегаешь. Не кричишь. И получаешь все, что заслуживаешь.

Его руки скользнули по моим бокам, медленно, намеренно. Пальцы разжали пряжку пояса, и он уронил его на пол с тихим звоном.

— Я ненавижу тебя, — прошептала я, но мое тело не слушалось.

— Врешь, — он прижал губы к моей шее.

Его поцелуи были медленными, томительными. Он словно наслаждался каждым моим вздохом, каждым содроганием. Его руки скользили под блузкой, разогревая кожу.

— Ты… ты обещал книгу…

— Получишь, — он расстегнул первую пуговицу. Потом вторую.

Я закрыла глаза, когда его пальцы коснулись груди, скрытой лишь одним кружевом.

— Ты дрожишь, — он усмехнулся.

— От ярости.

— Лжешь.

Он опустился на колени, целуя живот, бедра. Его руки задрали мою юбку.

— Казимир…

— Тише, — он прижал палец к моим губам. — Мы же договорились.

Он поднялся, вновь нависая надо мной. Потом его губы снова нашли мои, заглушая любой протест.

Казимир вновь опустился на колени, на этот раз утягивая меня за собой. Он уложил меня на пол, между стеллажами, где никто не мог увидеть. Где только его руки, его губы, его тело имели значение.

Я не сопротивлялась. Принимая все его ласки, все чувственные поглаживая.

И лишь лежала, закусив до крови губу, чтобы изо рта не вырвался ни один стон.

Поцеловав меня в очередной раз, грубо, страстно, Казимир неожиданно отстранился. А после и вовсе поднялся на ноги. Поправив свою одежду, он отступил к столу, с которого подхватил книгу и протянул ее мне. Его глаза горели торжеством.

— До завтра, Агата.

Он ушел, оставив меня на полу с растрепанной одеждой, дрожащими руками и мыслями, которые путались сильнее, чем когда-либо.

Что, черт возьми, только что произошло?

И самое страшное — я знала, что хочу повторить это снова.

Глава 7 Долг

Глава 7

Долг

Я ненавидела ночные дежурства.

Особенно после экзамена, когда все тело горело от усталости, а глаза слипались сами собой. Но правила есть правила — раз в месяц каждый старшекурсник обязан был проверять коридоры Академии после отбоя.