После пытки водой наступает очередь масел. Меня щедро обмазывают благоухающей жижей с головы до пят. Запах приятный, но настолько концентрированный, что я чуть сознание не теряю. Ощущение, будто меня готовят не к свадьбе, а к бальзамированию.

Когда я уже думаю, что хуже быть не может, Алира берёт пинцет и выдёргивает каждый волосок на моём теле. Чувствую себя марионеткой, дёргающейся на ниточках чужой воли. Моё тело больше не принадлежит мне. Оно стало собственностью свадебных стилистов, которые, кажется, задались целью превратить меня в восковую куклу.

После всех этих мучений меня, наконец, одевают в свадебное платье. Оно настолько тяжёлое и неудобное, что я едва могу дышать. Алира возводит мне на голове высокую и тугую причёску, после чего подхватывает под руку и ведёт вниз.

Там меня ждёт Арвид. Дракон, мой будущий муж. Он одет в похожий на моё свадебное платье костюм. Такой же светло-зелёный с оранжевой вышивкой. В центре гостиной стоит высокий мужчина в мантии, который начинает произносить непонятные слова, как только мы подходим к нему. Он машет руками, сыплет на нас пеплом, и вообще ведёт себя так, будто проводит спиритический сеанс. Арвид время от времени торжественно что-то говорит в ответ, а я просто стою и хлопаю глазами, пытаясь понять, что вообще происходит.

По ощущениям ритуал длится целую вечность. В какой-то момент я даже начинаю клевать носом. Но, наконец, мужчина в мантии объявляет, что мы теперь муж и жена.

- Да скрепится союз сей поцелуем истинной любви! – выдаёт жрец или кто он там.

Чего? Поцелуй? А вот к этому я не готова. Начинаю пятиться, но сильные руки обхватывают меня за талию и крепко прижимают к себе. Я смотрю в глаза Арвида и вижу в них отражение своего собственного волнения. Он медленно наклоняется ко мне, а я чувствую, как моё дыхание перехватывает.

Его губы касаются моих. Они такие мягкие, нежные, но в то же время сильные и уверенные. Он целует меня так, словно боится сломать, словно я – хрупкий цветок, который нужно беречь. Наши губы сливаются в одно целое. Я чувствую, как его руки обнимают меня крепче, прижимая к себе. Чувствую тепло его тела, его дыхание, и голова идёт кругом. Что же это? Никогда не чувствовала себя так. Поцелуй длится, кажется, целую вечность. Но в то же время он кажется слишком коротким. Я не хочу, чтобы он заканчивался. Целоваться с Арвидом так приятно. И меня вовсе не смущают три пары глаз, следящих за нами.

Наконец, Арвид медленно отстраняется. Его глаза смотрят на меня с нежностью, и напряжение предыдущего дня отпускает. В доме Арвида мне ничего не угрожает. И я вполне могу насладиться волшебным приключением, пока не вернусь на Землю.

Дракон предлагает руку, и я вкладываю в огромную ладонь свои изящные тонкие пальцы. Мы выходим из дома, который теперь, видимо, и мой тоже, и нас встречают жители!

- Счастья вам!

- Да будет ваш род плодовит! – кричат они наперебой.

Я киваю и улыбаюсь в ответ, молясь про себя, чтобы этот цирк закончился как можно скорее. Я как была интровертом, так и осталась. Такое скопление народа давит на меня.

И вот мы уже сидим во главе стола. Прямо во дворе! Стол этот, кажется, пережил не одну войну и пару набегов. Он такой длинный, что я не вижу его конца. А на нём чего только нет! Жареные туши каких-то неопознанных животных, горы хлеба, размером с мою голову, и много блюд, которые я вижу впервые. Не каждое я решаюсь попробовать. Некоторые из них пахнуть довольно странно. Ем только тушёные овощи и куриную ножку. Надеюсь, это была она. По вкусу точно курица.

Вдруг кто-то начинает петь. Это такой протяжный, заунывный вой, что у меня мурашки по коже бегут. Но драконы, кажется, в восторге. Они подхватывают песню и начинают раскачиваться из стороны в сторону. Арвид тоже поёт эту песню и смотрит на меня, мол, а почему молчишь? Присоединяйся!

- Я ненавижу тебя! – прорезает заунывный хор голос Лили. – Ты заберёшь у меня папу!

Девочка подбегает ко мне и бросает в меня грязью, которая некрасиво растекается по свадебному платью.

Хор затихает, и теперь слышны только охи и ахи!

- Это плохая примета! – шепчет кто-то совсем рядом.

Глава 7

Глава 7

- Извинись перед Эвой, Лили, и ступай в дом. Сегодня ты наказана! – строгий голос Арвида заставляет и меня подобраться и выпрямить спину. Что уж тут говорить про ребенка.

- Ты никогда меня не наказывал, - хныкает девочка. – Это всё она виновата! Не пойду, не пойду! – топает ножкой и буравит меня убийственным взглядом.

А вот мне становится жалко девчушку. Она ревнует и боится, что отец перестанет её любить.

- Лили! – громыхает Арвид, и девочка вздрагивает.

- Позволь, я с ней поговорю, - мягко кладу руку на его широкое предплечье. – А если уж не получится, тогда и накажешь. Это всегда успеется.

Он кивает, а я встаю из-за стола. Как могу отряхиваюсь от грязи, но заметное пятно всё равно остаётся. Хочу взять Лили за руку, чтобы отвести её в тихое место и поговорить, но она даже подойти к себе не позволяет. Гости всё это время просто молча наблюдают.

- Лили, - тихо зову, присаживаясь на корточки, чтобы быть с ней на одном уровне. - Посмотри на меня.

Она упрямо отворачивается и всхлипывает. Я протягиваю руку и осторожно касаюсь ее щеки, испачканной грязью и слезами.

- Мне очень жаль, что ты так расстроена, - шепчу, чтобы меня слышала только она. - Я понимаю, что тебе сейчас тяжело. Послушай меня, Лили. Я не хочу отнимать у тебя отца. Никогда. Он любит тебя больше всего на свете, и это никогда не изменится. Я здесь не для того, чтобы заменить тебя в его сердце.

Ее глаза, полные слез и недоверия, наконец, встречаются с моими.

- Тогда… тогда зачем ты здесь? – шепчет она дрожащим голосом. – Мерсин говорит, что ты избавишься от меня и приберёшь папино имение к рукам, а сам папа будет плясать под твою дудку.

- Мерсин! – Арвид резко встаёт из-за стола, а вслед за ним тоненький мужичок с редкой бородой, и взгляд у него в этот момент испуганный, как у зайца, попавшего в силки.

Я улыбаюсь Лили, стараясь, чтобы моя улыбка была как можно более искренней.

- Я здесь, чтобы заботиться о тебе, Лили. Чтобы любить тебя. Чтобы помогать тебе расти и становиться хорошим человеком. Я хочу быть твоим другом, твоим союзником, быть рядом, когда тебе нужна помощь, быть… твоей семьей. Я не хочу избавляться от тебя и прибирать к рукам ваше имение.

Я беру ее маленькую холодную и дрожащую ручку в свою.

- Я знаю, что сейчас тебе трудно поверить мне, - продолжаю. - Но я обещаю тебе, что буду стараться каждый день, чтобы доказать, что говорю правду. Я хочу, чтобы ты знала, что можешь доверять мне. Что можешь прийти ко мне с любыми своими проблемами и страхами. Я всегда буду на твоей стороне.

Крепче сжимаю ее руку. В глазах Лили все еще плещутся слезы, но она уже не смотрит на меня с ненавистью. Кажется, первый шаг сделан.

- Пойдём домой? Хочешь, я приготовлю тебе кое-что вкусненькое?

- Хочу, - девочка даёт мне руку, и мы не спеша идём в дом под перешёптывание гостей.

Усаживаю Лили за стол, а сама молю бога, чтобы на кухне нашлось хоть что-то, из чего можно приготовить сладость. Обхожу кухню и замечаю деревянную дверь, выкрашенную в цвет стены, за которой, слава местным богам, находится кладовка.

Дверь жалобно скрипит, когда я ее открываю. В нос бьет густой, насыщенный запах – смесь сушеных трав, соленых окороков и сладких фруктов. В кладовке прохладно. Плотные каменные стены хранят прохладу, оберегая запасы от порчи.

Оглядываюсь. Полки ломятся от всякой всячины. С энтузиазмом начинаю ревизию. Мешки с зерном и мукой громоздятся у стены. Связки лука и чеснока свисают с потолка, словно причудливые украшения. В глиняных кувшинах растительное масло и мед. В плетеных корзинах лежат яблоки, груши и какие-то странные, незнакомые мне плоды.

Мой взгляд останавливается на одном из таких фруктов. Он овальный, с толстой, бугристой кожурой, отливающей фиолетовым. Никогда раньше такого не видела. Интересно, что это? И какой у него вкус?

В голове рождается идея. Лили нервничает, переживает. На свадебном столе нет ничего сладкого, про десерты тут, видимо, не слышали. Нужно ее чем-то удивить. Суфле! Да, суфле из этого загадочного фрукта и свежего творога, который ждёт своего часа в глиняной миске, накрытой льняной тканью.

Кладу фрукт на деревянный стол и достаю из ящика острый нож.

- Я люблю ливу, - несмело произносит Лили.

- Чудесно, - улыбаюсь девочке и принимаюсь за работу.

Кожура поддается с трудом, она плотная и словно восковая. Под ней скрывается сочная, мясистая мякоть, цветом напоминающая спелую малину. Запах что-то среднее между клубникой и ананасом, с легкой кислинкой. Пробую маленький кусочек. Вкус взрывается во рту фейерверком сладости и терпкости. Необычно, но определенно вкусно.

Начинаю готовить. Творог, свежий и рассыпчатый, перетираю через сито, которое с трудом нахожу в одном из нижних ящиков, которых, к слову, здесь много. Кухня-то большая. Мякоть фрукта разминаю вилкой, добавляю немного меда, совсем чуть-чуть, чтобы не перебить естественный вкус. В отдельной миске вилкой взбиваю белки с щепоткой соли до образования устойчивых пиков. С этим приходится повозиться, потому что от того, насколько качественно я взобью белки, зависит, насколько воздушным получится суфле.