Эта картинка была специально показана для народа Российской империи. Правитель хотел показать, что мятежников постепенно отлавливают.

Пётр Леонидович хмыкнул. Он сразу перестал себя чувствовать в полной безопасности. Даже промелькнуло мимолётное желание сбежать за границу. Однако Воронов отступать ни в коем случае не собирался.

У князя есть своя высшая цель. Он жаждал власти. И собирался идти до самого конца. Пётр Леонидович не может себе позволить проиграть в этой войне! Он поднял бунт в стране и теперь должен довести его до государственного переворота.

— Господа, — обратился ко всем присутствующим граф Невалов. — Пожалуй, я не буду отдавать вам свою новую гвардию. А оставлю её при себе.

Лица всех присутствующих стали задумчивыми. Случай с графом Чкаловым показал, что не стоит отправлять в столицу все ресурсы. Кого-то необходимо оставить для собственной защиты. Пётр Леонидович Воронов сразу так сделал. Но большинство других членов коалиции были так опьянены возможностью разделаться с Дмитрием Романовым, что отдали всех своих бойцов.

Становилось ясно, что после сегодняшних новостей количество дополнительных бойцов, которых собирались отправить в столицу, сократится как минимум вдвое.

— Нам с вами нужно крепко подумать, — серьёзно сообщил Пётр Леонидович. — Мы не можем рисковать ни своей безопасностью, ни нашей победой. Нужно найти оптимальный выход.

— Продолжим переговоры с другими странами? — предложил князь Казанский.

— Да. И уже завтра нам нужны результаты. Больше тянуть нельзя.

Глава 16

Глава 16

Вся радость Григория Романова от начавшейся в столице операции быстро улетучилась, когда ему самому выпал жребий подорвать императорский дворец.

Сейчас, сидя в большой квартире, в самом центре столицы, окруженный верными войсками, наследник уже жалел, что сам предложил эту идею.

Когда его хотели отправить за границу, эта мысль была спасительным якорем, за который и уцепился наследник всеми своими силами. Подрывной артефакт под дворцом сможет активировать лишь кровь рода Романовых. А таковых в коалиции двое — он и Фёдор. Вот и пришлось устраивать жеребьевку между ними двумя.

Григорий вытянул короткую соломинку. И все союзники поддержали решение отправить в столицу именно его. Еще бы, ведь он младше Фёдора! Ему наверняка благоволят куда больше как новому императору.

Но цесаревич не собирался отдавать правление в руки старшего брата. Несмотря на страх и панику, которые возникали только от одного нахождения в центре боевых действий. А для этого ему нужно выжить.

Вдох… Выдох. Надо поговорить с братом.

Он достал телефон. Из трубки послышались короткие гудки…

Григорий Романов в опасности. Но самое тревожное — результат всей операции теперь зависит чисто от его действий. Эта мысль преследовала его, заставляла ярость разгораться в груди.

— Гриша, успокойся, — говорил ему Фёдор по телефону. Григорий пытался говорить спокойно, но у него это совсем не получалось. Вопреки всему тому, чему его учили с самого детства, эмоции взяли верх. — Ты же сам предложил эту затею, помнишь? Большая часть уже сделана, тебе осталось лишь доделать начатое.

Фёдор говорил ровным, успокаивающим тоном. Григорий Романов знал этот приём… А потому подобное лишь больше злило наследника.

— Засунь это «успокойся» знаешь куда… — процедил Григорий.

На том конце раздался глубокий выдох. Видимо, Фёдор сам держался, чтобы не сорваться на младшего брата.

— Всё пошло по одному месту, — добавил Григорий.

Он рассчитывал совершенно на другой исход. Планировал сидеть в поместье Летовых до самого конца, как и большая часть коалиции.

Хотя в свете последних событий аристократы задумались о собственной безопасности. И теперь Григорий Романов совсем не уверен, что они последуют изначальному плану.

— Тебе не о чем переживать, — продолжал успокаивать его Фёдор. — С тобой не одна сотня хорошо обученных войск.

В квартире находилась меньшая часть выданных Григорию бойцов. Согласно плану он должен был зайти во дворец вместе с отрядом в несколько тысяч. Пока большая часть отвлекает внимание, беря удар на себя, самые сильные Одарённые сопроводят наследника к подрывному артефакту, а затем быстро эвакуируют цесаревича из дворца.

— Тебе надо лишь зайти с ними во дворец, — напомнил Фёдор.

Линия переговоров была защищённой, но Фёдор все равно не рисковал говорить прямо. От их младшего брата можно чего угодно ожидать.

— Сам бы и шёл, — гаркнул Григорий Романов и бросил трубку.

Попытки Федора успокоить его только сильнее злили. Грудь уже сдавливало от накатывающей тревоги. От былой уверенности Григория не осталось ни следа, а эмоции требовали выхода.

— Когда вы уже прорвётесь во дворец⁈ — бросил он начальнику гвардии князя Воронова. С Григорием отправились именно его войска.

— Когда нам освободят подступы. Сейчас там идёт танковое сражение, — совершенно спокойно ответил командир.

Его поведение раздражало. Весь из себя такой спокойный и уверенный, словно не боится за свою жизнь.

— Эта операция по плану должна была пройти за один день!!! — прокричал Григорий Романов, выплёскивая гнев.

— Мы действуем по обстоятельствам, Ваше Величество. Ради вашей же безопасности нужно подождать, — пояснил начальник гвардии.

На это Григорий Романов уже не стал возражать. Его безопасность — это хороший аргумент.

Наследник опустился на диван и схватился за голову. Он не понимал, как младший брат до сих пор держится. Откуда у него настолько большая армия и все эти защитные системы? Только средства ПВО сбивали в воздухе огромное количество диверсантов.

Даже в этой квартире Григорий Романов слышал звуки выстрелов, доносящихся снаружи. В центре города было сосредоточено множество зенитных установок. Но откуда они здесь взялись? Неужели и правда такое количество из Персии и Австрии натырил? Григорий Романов не понимал, как он вообще умудрился переправить такое количество ПВО!

У коалиции был план развести в городе панику и обратить людей в бегство. Но император сразу сделал заявление, и горожане спрятались по убежищам и бункерам. Сейчас простого человека на улицах городах днём с огнем не сыщешь!

Но больше удивляло, что люди покорно пошли прятаться безо всякой панику. Что они успели уйти до начала основных боевых действий! Поэтому среди гражданских пострадавших почти не было.

Григорий Романов помнил, какие укрытия были в столицы. Все они находились в аварийном состоянии ещё четыре месяца назад, когда наследник читал об этом в отчётах. Неужели брат восстановил всё за столь короткий промежуток? Это же сколько средств он на это потратил! Откуда у него вообще такие ресурсы, когда страна ведёт сразу несколько войн?

— Какой же ты урод, братец, — пробормотал Григорий Романов, потирая переносицу. — Своими руками тебя уничтожу… Вырву глотку! Разорву на мелкие куски!

Григорий Романов продолжал в голос ругаться. Окружавшие его бойцы косо посматривали, но ни слова не говорили.

Вдруг в кармане завибрировал телефон. Дмитрий прислал сообщение: «Гриша, не матерись. Ты же аристократ, а это некрасиво. И ноги со стола убери!»

Григорий Романов резко выпрямился и осмотрелся. Паника нарастала… Опять Дмитрий использовал Око Императора, а иначе он бы не смог его найти с такой защитой. Опять эта артефактная установка обошла выданную наследнику защиту! Как же это бесило!

— Срочно меняем локацию! — вскочил с дивана наследник. — Нас обнаружили!

Он говорил громко, не скрывая злости на Дмитрия. Пусть знает, какое отношение родственников он сам заслужил своими действиями.

Охрана открыла перед цесаревичем дверь. Григорий Романов вышел в коридор с твёрдым намерением дойти до дворца. И сделать всё возможное, чтобы прикончить мелкого ублюдка!

* * *

Император Китая Лю Цзяньлун сидел на своём троне. Подле него сидел его сын — Ван. У него был трон поменьше.

Сейчас проходил совет в стиле древних традиций. Подданные стояли на коленях, выказывая уважение своему императору.

Всё проходило в зале, в котором пятьсот лет назад было принято решение об объединении Китая в единую империю. С тех пор здесь практически ничего не меняли, разве что слегка обновляли интерьер. Этот зал считался достоянием Китайской империей. А потому все важные советы проводились именно здесь.

Сперва шли разговоры о внутренней политике, и наместники из провинций лично рассказывали императору о своих успехах. Лю Цзяньлун всех выслушал и дал комментарии.

Потом подняли вопрос о внешней политике.

— Как вы считаете, какую роль может сыграть Китай в мировой политике? И самое главное — какие выгоды и последствия будут для нашей империи? — задал император интересующий его вопрос.

Аналитики и советники должны были быть к нему готовы. Ведь приближённые императора Лю Цзяньлуна ежедневно мониторили новости из других стран.

— Ваше Императорское Величество, сейчас самый идеальный момент, чтобы вступить в войну на стороне Российской империи, — доложил один из советников. Невысокий мужчина с зелёными глазами. — Ни в коем случае нельзя упускать наш союз с Российской империей, а учитывая происходящее время, объединённые силы врагов реально могут её добить. А потом эти же люди возьмутся за Китайскую империю. Мы готовы к противостоянию, но зачем нам его ждать? Если сейчас можно обойтись меньшей кровью и провести операции на территории другой страны. Российская империя точно не откажется от военного союза.