Но перед этим враги обязательно попробуют меня унизить. Иначе они не могут. А потому скоро стоит ожидать подобного хода.

— Кто-то еще хочет высказаться о нашем вечере? — спросил правитель Британской империи у всех присутствующих.

На сцену вышел Вильгельм фон Цальм. Они обменялись с британским правителем рукопожатиями, и тот спустился со сцены.

— Мне и раньше доводилось посещать мероприятия в Букингемском дворце. Но сегодня впервые я зашел сюда, как правитель Австрийской империи. Этот вечер — отличная возможность, чтобы встретиться со многими людьми, договориться о встречах, торговых сделках и союзах. Я благодарен всем прибывшим, — он поднял бокал вина. — Всем, кроме одного человека.

Вильгельм фон Цальм кивнул в мою сторону. Вот и началось…

Я сразу поднял бокал с вином под удивленные взгляды всех присутствующих. Они явно ожидали другой реакции. Хотя многим удалось это удивление скрыть. Все-таки здесь собрались опытные политики и дипломаты.

— Да ладно, Ваша Светлость, не стоит говорить о себе столь самокритично, — громко произнес я. — Вы вполне имеете право присутствовать на этом вечере, как и все остальные. С древних времен шуты посещали приемы королей. Без них было скучно.

— Да что ты себе позволяешь⁈ — лицо герцога побагровело. — Хотя бы понимаешь, кому это говоришь.

Он сжал в руке свой бокал так, что казалось, он вот-вот треснет.

Вильгельм фон Цальм пренебрег всеми правилами приличия и этикета. А потому я понимающе кивнул и ответил:

— Как кому? Герцогу, который без пяти минут правитель Австрийской империи. Герцогу, который за неделю уничтожил половину военных складов своей страны и лишился половины военных мощностей. Не смешите. Хотя о чем это я? Шут и должен смешить. Выпьем за вас? Вы отлично справляетесь!

Я сделал несколько глотков вина.

— Это мне говорит император, который собирает объедки с австрийского стола, — Вильгельм фон Цальм перевел взгляд на Маргарет.

— Хорошо вы устроились, что не следите за языком. Хотя, вызов на дуэль вы все равно не примете, — я изобразил разочарованный вздох.

По залу пробежались шепотки:

— Какая дерзость! Вызывать правителя на дуэль!

— Да что он себе возомнил?

— Да он бы не осмелился вызвать фон Цальма.

Мне это не понравилось, и я громко сказал:

— Я император Российской империи. И если хочу вызвать кого-то на дуэль, то могу себе это позволить. Но другое дело, что Вильгельм фон Цальм никогда не примет мой вызов.

Я вопросительно посмотрел на него. Если герцог прилюдно откажется от дуэли, то это станет очередным унижением для него самого. По факту, таким образом он вовсе признает свою вину передо мной.

Но этот черт нашел как выкрутиться:

— Дуэль? — громко усмехнулся герцог. — С мальчишкой? Который правит империей без году, неделю? Да у тебя еще молоко на губах не обсохло, чтобы вызывать меня на дуэль! Думаешь, что раз играешь с миллионами жизней, то можешь общаться со мной на равных? Ты сильно заблуждаешься. Я верчусь в политике с тех времен, когда тебя еще в планах не было! Я…

Я слегка усмехнулся и перебил его:

— Я, я, я… Знаете, в Российской империи есть хорошая шутка, которая бы прекрасно здесь подошла. Но боюсь из-за разницы менталитета не все ее поймут.

Дипломаты, которым довелось бывать в Российской империи, начали улыбаться. Поняли, о чем я говорю.

Герцог в своих речах распылялся о том, какой он превосходный. Но «я последняя буква алфавита». Ему очень подходит.

— Знаешь, Дмитрий, — со злостью продолжил Вильгельм фон Цальм. — Ты не только самоуверен, но и глуп. Как думаешь, сможет ли человек с таким количеством недоброжелателей вернуться в свою родную страну? Я искренне желаю тебе удачи в этом начинании. Будь осторожен. Но не расценивай мои слова, как угрозу, — герцог приложил руку к груди, изображая искренность. — Я действительно желаю тебе быть внимательным, а то мало ли.

— А то что? Еще и с Испанской Конфедерацией война начнется? Бананы они нам больше продавать не смогут — какая жалость! Потеря, потеря, — помотал я головой. — Или же все снова вспомнят про несуществующие долги? Без проблем. Ошибки прошлых императоров приходится исправлять ныне живущему. Фон Цальм, есть еще сказать или заготовки уже кончились? Вроде столько лет в политике, а речь себе заготовил всего на пять минут. У меня есть половина бокала вина. Можете продолжать меня веселить.

В отличие от герцога я хотя бы не уподоблялся переходом на личности. Это уже слишком. А своим холодным отношением и сохранением самообладания я показывал всем остальным, что выше фон Цальма.

Герцог сжал кулаки и спустился со сцены. Ему плохо удавалось скрывать свою ярость.

— Знаешь, что самое смешное? — усмехнулся он, подойдя ко мне.

— И что же? Ваш сегодняшний каламбур?

— Смешно будет, когда мои войска войдут на территорию Российской империи. Когда твоя столица будет полыхать. А твоя сестра станет работать в борделе на соседней улице рядом с Маргарет — она будет в таком же, — процедил Вильгельм фон Цальм. — А ты… Ты будешь гнить в темнице, если вообще выживешь. И всем жителям Российской империи придется учить наш язык! Как тебе теперь? Смешно? Хотя да, зачем я говорю, когда можно показать.

Герцог снял с пояса артефакт, напоминающий небольшую приплюснутую сферу. Вложил туда каплю своей энергии.

И перед нами появилась магическая проекция, точно голограмма. Гости спешно отступали в стороны, чтобы не загораживать обзор. Они выстроились вокруг проекции — всем было любопытно посмотреть.

Артефакт проецировал съемку из скрытого лагеря австрийцев. Там было огромное количество солдат и новейшей, высокотехнологичной техники. Любого другого правителя вид этой армии заставил бы испытывать трепет.

— Через два дня мои войска окажутся у твоих границ, — довольно заявил герцог. — Как думаешь, удастся тебе справиться в этот раз?

— М-м-м, хорошо, что у Австрийской империи есть свои войска, значит, они не все закончились, и мне еще осталась работа, — кивнул я. — Плохо только то, что они находятся…

Я перечислил цифры, которые являлись координатами расположения войск врага. Показал Вильгельму фон Цальму, что его скрытая армия давно уже не является какой-то тайной.

На лице герцога застыл немой вопрос. Он не мог понять, откуда мне стало известно местоположение армии.

Просто моя теневая разведка на границе продолжала работать без нареканий. Агентам много чего интересного там удалось узнать.

— Плохо, что они находятся именно там, — изобразил я вселенскую грусть. — Вы бы лучше их к границам гнали. Там сейчас неспокойно.

— В смысле? — нахмурился Вильгельм фон Цальм. — Думаешь, своими старыми консервными сможешь прорвать нашу оборону⁈

Мне даже не пришлось отвечать. Через толпу гостей протиснулся помощник герцога. Мужчина был бледный, как мел.

Он подошел к Вильгельму фон Цальму и прошептал ему на ухо:

— Ваша Светлость, вы срочно нужны командованию.

— О, началось! Правда же? — улыбнулся я.

На что получил косой взгляд от герцога.

— Впрочем, я тоже сейчас нужен своей стране. Ведь самое интересное сейчас разворачивается на границах с Австрией. Жалко, что не здесь, — вздохнул я.

Поднял руку, желая открыть портал. В воздухе пронеслось пару искр. И на этом все… Ничего не получилось.

Здесь стояла хорошая артефактная защита от перемещений через порталы.

— А ты думал уйти в портал? — рассмеялся Вильгельм фон Цальм.

Его позабавила эта ситуация. Как и многих других присутствующих.

Ко мне подошел один из британских министров. Насколько помню, его звали Алекс Фрай. У нас уже состоялась неприятная беседа, когда он приехал в мою страну требовать возвращение долга.

— Ваше Императорское Величество, — министр вложил в голос немного почтения. — Возможно, вы не знали, но по новым регламентам, порталы запрещено отрывать в Букингемском дворце. Впрочем, если у вас получится, то мы вам разрешаем.

Алекс Фрай одарил меня снисходительной улыбкой. Настолько он был уверен в работе установленных здесь артефактов.

— Правда? Сделаете исключение лично для меня? — картинно удивился я.

— Да, Дмитрий Алексеевич. Можете попробовать, — вновь улыбнулся британский министр.

Я сразу достал Кодекс Первого Императора и распыл его. Моя аура ярко вспыхнула золотом. И мощная волна пронеслась по всему этажу, заставляя колыхаться занавески и скатерти. Стоявшие поблизости не Одаренные слуги и вовсе не устояли на ногах. Подносы полетели на пол.

Я впитал достаточно энергии из Кодекса, а затем закрыл его со словами:

— Пора возвращаться домой.

Пространство посреди зала начало трескаться и лопаться, покрываясь черными полосами. Энергия волнами начала расходиться по залам. Пространство завихрилось. И наконец посреди зала открылся портал.

Гости ахали, пребывая в полном шоке. Ненависть на лицах людей сменилась восхищением. Хотя бы мимолетным — этого уже достаточно для начала.

— Не ожидали, что всего одна книга преодолеет вашу защиту? — спросил я у Алекса Фрая. — Надеюсь, вы не станете кричать мне вслед: «Убейте его! Он уходит». Даже с вашей стороны это будет слишком открыто. И кстати, можете распускать своих агентов из спецслужбы, которые сейчас усердно минируют дороги. Я по ним все равно не поеду.

Министр выпучил на меня глаза, но ответить не решился.

Тогда я повернулся к герцогу фон Цальму:

— А вам советую как можно скорее лететь домой. Ведь, знаете что…