Я стояла напротив древнего ритуального круга, чувствуя тяжесть второго кинжала в своей руке. Серебристый металл был безжизненным и ледяным, но скрытая в нем древняя сила пробуждалась от моего прикосновения. Первый клинок уже торчал в плече Кайдена, глубоко проникнув в его тело и ослабляя власть проклятия, убивающего его изнутри.

Кайден застыл в центре круга, окруженный живой, густой завесой тьмы. Его огромные, сотканные из магии крылья тревожно содрогались и пульсировали, словно отражая борьбу с проклятием. Воздух вокруг него стал вязким и тяжелым, казалось, реальность сама искажалась, скрывая его лицо за завесой беспроглядного мрака. Только его глаза были ясны и полны отчаянной решимости.

— Эмилия! — закричал он надрывающимся голосом, звучащим почти нечеловечески, как крик пойманного в ловушку зверя. — Второй кинжал, быстрее!

Я судорожно вдохнула, замахиваясь и готовясь метнуть клинок сквозь магический барьер, когда сзади с оглушительным грохотом распахнулась дверь, ведущая обратно во дворец. Оттуда вырвался поток ледяного воздуха, пропитанного сыростью древних коридоров и запахом плесени, и следом появился герцог Валмор в сопровождении десятка верных ему гвардейцев.

Солдаты грубо втащили внутрь избитого Ричарда. Его лицо было бледным и покрытым кровоподтеками, но взгляд оставался твердым и полным ярости. Он попытался вырваться, но один из солдат безжалостно ударил его, вынуждая рухнуть на колени.

Герцог шагнул ко мне, и я ощутила, как по позвоночнику прокатилась липкая волна ужаса.

В его глазах горело торжество, тонкие губы растянулись в жестокой улыбке, а тяжелый плащ колыхался на ветру.

— Остановите ее! — бросил он приказ солдатам, указывая на меня, словно я была животным, которого нужно срочно укротить.

Не успела я пошевелиться, как гвардейцы схватили меня за руки, больно выкручивая запястья. Второй кинжал выскользнул из ослабевших пальцев и со звоном упал на каменные плиты, где много лет назад оборвалась жизни моей матери.

А теперь оборвется жизнь моего любимого…

— Нет! — закричала я, дергаясь изо всех сил, пытаясь вырваться, но пальцы солдат впивались в кожу, причиняя боль и лишь подчеркивая мое бессилие.

Валмор приблизился ко мне, явно наслаждаясь моим отчаянием. Он достал из кармана легкую зачарованную цепь, покрытую рунами, от которых исходил неприятный металлический запах древней магии. Грубо накинув ее на мои запястья, он тут же ощутил мое содрогание и улыбнулся с жестокостью. По телу разлился мучительный, обжигающий холод, и я почувствовала, как вся магия внутри меня исчезает, будто ее никогда и не существовало.

— Все кончено, девочка, — прошептал он с отвратительной лаской, его дыхание коснулось моей кожи, вызывая приступ тошнотворного отвращения. — Ты проиграла. Твой дракон обречен, а ты… теперь ты полностью моя.

Он развернулся к Кайдену, который все еще боролся с тьмой внутри магического барьера. Тьма же, как живая, сгущалась у его плеча и торчащего из него кинжала.

Силы покидали Кайдена. Я видела, как по руке и груди стекает кровь, как вымокла в ней его рубашка. Он больше не мог стоять.

Я убила его…

— Второго удара не будет! — насмешливо прокричал герцог, заглушая шум бушующей грозы. Он будто прочел мои мысли. — Ты умрешь, генерал!

Два удара. Обязательное условие. И я не завершила его. Я сама добила Кайдена…

— Не смей ее трогать! — взревел Кайден, но подняться не смог.

Валмор лишь рассмеялся, повернувшись обратно ко мне и неспешно доставая из кармана старый пожелтевший лист бумаги. Я почувствовала, как внутри все похолодело, когда увидела кровавую печать рядом с узорной подписью. Подписью покойной королевы Алисии.

— Узнаешь? Это твой брачный договор, — произнес он ядовитым тоном, обращаясь ко мне. — Твоя мать подписала его кровью в последний момент своей жалкой жизни. Ты принадлежала мне с самого детства. Твоя жизнь, твоя магия — все это мое.

Эти слова больно ударили в грудь, сердце мучительно сжалось, дыхание прервалось, и я ощутила, как горячие слезы отчаяния смешались с ледяным дождем, хлынувшим с неба и разбивающимся о древние каменные плиты.

— Кайден никогда не имел на тебя прав. Пусть сдохнет, как ему и предначертано. Идем, — бросил Валмор, дергая за цепь и вынуждая меня сделать шаг вперед. — Императору пора понять, кто на самом деле управляет Салларией и твоей силой.

Последнее, что я увидела, оглянувшись, — Кайден, отчаянно бьющийся в ловушке своей темной магии. Его взгляд был полон боли, отчаяния и безысходности. Крылья содрогались от ярости и бессилия.

Именно этот взгляд продолжал преследовать меня, пока я, связанная и разбитая, поднималась по ступеням во дворец, сопровождаемая безжалостным шумом грозы.

Глава 60

Глава 60

Гроза над городом достигла своего апогея. Небо напоминало бушующий океан, разрываемый ослепительными молниями и оглушительными раскатами грома. Казалось, сама природа восстала против того, что происходило сейчас внутри дворцовых стен. Порывы ветра хлестали по витражам, заставляя их содрогаться, а воздух в тронном зале стал густым и тяжелым, пропитанным озоном и чувством близкой катастрофы.

Герцог Валмор грубо втолкнул меня в огромный зал, и я рухнула на холодные каменные плиты, почувствовав, как от удара по телу разливается острая боль. Руки были скованы магической цепью, подавляющей мою силу и обжигающей кожу при малейшем движении. Подняться на ноги удалось с огромным трудом — боль была мучительной.

Император сидел на массивном троне моей матери, и его взгляд выражал только усталость и раздражение, словно он вынужден был терпеть происходящее и ждал момента, чтобы избавиться от этой досадной проблемы.

— Ваше Величество, — начал Валмор, решительно шагнув вперед и дернув меня вверх за плечо, чтобы поставить прямо перед троном, — именно она виновата в грозе, разрушающей город! Ее магия вышла из-под контроля!

Император медленно, почти лениво перевел на меня взгляд, наполненный безразличием:

— Это правда, девчонка? Гроза — твоих рук дело?

Я с трудом подняла голову и отчаянно покачала:

— Нет, Ваше Величество! Я не вызывала эту бурю и не знаю, как ее остановить. Я не контролирую эту стихию…

— Она лжет! — оборвал меня Валмор, гневно сверкнув глазами и сделав еще шаг ближе к императору. — Ее магия неразрывно связана с землей Салларии. Девчонка строптива и не желает подчиняться! Она решила убить нас всех. Но у меня есть решение этой проблемы. Ее мать, королева Алисия, оставила брачный договор, подписанный собственной кровью. Власть над девчонкой принадлежит мне! Я смогу контролировать ее силу, но только после того, как мы заключим брак!

По залу прокатилась волна встревоженных шепотков и приглушенных возгласов ужаса. Теперь все осознавали опасность ситуации: Валмор не просто стремился к власти, он убеждал всех, что только его союз со мной может спасти Салларию от гибели.

— Если бы она вышла замуж за другого, — продолжал герцог, победно оглядывая толпу и самого императора, — ее магия осталась бы свободной и неуправляемой. Лишь брачный договор, подписанный кровью королевы, дает мне полное право управлять ее силой и остановить стихию. Другого выхода нет! Только я могу вас спасти!

Валмор торжествующе вытащил пожелтевший от времени свиток и с презрением бросил его к ногам императора. Тот нехотя наклонился, поднял бумагу и рассмотрел кровавые письмена и печать, подтверждающие его силу.

— Ты требуешь брака, чтобы обрести контроль над ее магией? — ледяным голосом уточнил император.

— Именно так, Ваше Величество, — заявил Валмор. — Это единственный способ спасти вас и империю от уничтожения. Или вы думаете, что девчонка остановится на Салларии? Она отомстит за всю свою семью, если ее вовремя не обезвредить! Ее нельзя убивать, но я справлюсь с ее силой.

В этот момент тяжелые двери тронного зала с оглушительным грохотом распахнулись. В помещение стремительно вошел Ричард, сопровождаемый вооруженными людьми в имперских доспехах. Его лицо было покрыто свежими ранами и кровоподтеками, но взгляд оставался решительным и непреклонным, словно он давно готовился к этой схватке.

— Герцог лжет вам, Ваше Величество! — громко заявил он, остановившись перед Валмором, но обращаясь напрямую к императору. — Этот договор — частичная подделка. Он действительно подписан кровью Алисии, но имя герцога там никогда не упоминалось!

Валмор побледнел от гнева и удивления, развернувшись к сыну:

— Ты понятия не имеешь, о чем говоришь!

Ричард не дрогнул, продолжая с непреклонной уверенностью:

— Договор предназначался мне, а не моему отцу. Королева Алисия хотела союза со мной — наследником императорского престола, и уж точно не желала отдавать свою дочь на его милость. Однажды, когда мы бы достигли брачного возраста, этот договор положил бы конец войне. Но генерал Рейвенхарт закончил бойню раньше, и Эмилия стала не нужна моему отцу. До тех пор, пока земли Салларии не начали гибнуть. И отец увидел свой шанс на власть. Я не оправдал его надежды и не собирался выполнять приказы, и он решил иначе — исправил имя в договоре на свое.

— Ложь!

— Именно поэтому он отравил мою мать, свою жену, когда та два года назад узнала истинную суть его планов, которым мешала… только ее жизнь.

Зал взорвался громким возмущенным гулом. Придворные шептались, потрясенно глядя на Валмора, лицо которого исказилось от ярости и растерянности одновременно.