Глава 54

Глава 54

Я стояла на краю набережной, глядя на темную реку, вяло текущую между высоких каменных берегов. Сегодня она казалась особенно жуткой, отражая мои собственные чувства — тревогу, бессилие и предчувствие беды. Неестественный холодный ветер тянулся от воды, забираясь под одежду и заставляя тело вздрагивать. Я тщетно пыталась согреться, сильнее прижимая руки к груди.

Пальцы невольно дрожали, а кулаки то и дело сжимались, словно так я могла удержать ускользающую магию. Каждый раз, когда я касалась земли на набережной, та оставалась безжизненной, холодной и равнодушной к моим попыткам ее пробудить. Внутри нарастала паника, усиливая чувство беспомощности.

Я опустилась на колени, почувствовав, как тонкая ткань платья тут же намокла от холодной утренней росы. Закрыв глаза, я снова сосредоточилась, пытаясь направить свою силу в почву. На этот раз магия лишь едва коснулась кончиков пальцев и тут же ускользнула, словно я пыталась удержать воду в руках. Земля вновь осталась безразличной.

За моей спиной тяжелой и грозной тенью замер Валмор. Герцог не произносил ни слова, но его молчание было тяжелее любых угроз. Я буквально физически ощущала его раздражение и ярость, почти слышала его злое дыхание и напряженное ожидание результата. Он стоял прямо, заложив руки за спину, и от одного его присутствия по мне пробегали волны неприятного холода.

Я украдкой взглянула на Кайдена. Он стоял в стороне, рядом бродили несколько стражников, но его внимание было полностью сосредоточено на мне. Его лицо казалось непроницаемым, однако в глазах ясно читалось беспокойство. Я знала его достаточно хорошо, чтобы заметить, как настороженно он следит за каждым моим движением.

Я уже была готова предпринять новую попытку, когда тишину грубо нарушил голос Валмора. Его слова были тихими, но звучали резко, словно удар плетью:

— Ты думаешь, мое терпение бесконечно, Эмилия?

Я вздрогнула и поднялась с колен, с трудом сохраняя достоинство. Повернувшись к нему, я встретилась с его презрительным взглядом.

— Император ждет результатов, — продолжил он, шагнув ближе и глядя мне прямо в глаза. — Я обещал ему настоящее чудо, а не жалкую пародию. Ты собираешься выполнить свой долг, или мне придется прибегнуть к более убедительным методам?

Я сглотнула, стараясь подавить страх:

— Я делаю все возможное, Ваше Сиятельство. Но сегодня земля не хочет слушать, словно отвергает меня.

— Тогда заставь ее! — процедил Валмор, подойдя еще ближе. Его голос звучал угрожающе и опасно. — Я не собираюсь позориться перед императором из-за твоей беспомощности. Если не справишься, пеняй на себя.

Он отвернулся и застыл на своем прежнем месте, всем видом показывая, что разговор закончен, но пока он не получит результат — не уйдет.

Я снова посмотрела на реку, лихорадочно пытаясь найти способ заставить магию подчиниться моей воле, но мысли путались, а руки слегка дрожали.

В этот момент боковым зрением я уловила какое-то волнение. Молодой солдат приблизился к Кайдену и передал ему какое-то сообщение.

Лицо Кайдена изменилось, взгляд стал суровым и обеспокоенным, а губы сжались в тонкую линию. Через несколько мгновений он уже направлялся ко мне быстрым шагом.

— Госпожа, — негромко сказал он, официальным тоном, но так тихо, чтобы слышала только я. — Солдаты задержали чужачку на дальнем посту, подозревая ее в диверсии. Она утверждает, что знает меня. По описанию это может быть Астрид. Мне нужно разобраться лично. Двое стражников останутся с тобой.

Его слова отозвались болезненным уколом тревоги. Присутствие Астрид здесь сейчас было не просто странным, но и пугающим.

— Астрид все еще здесь? — прошептала я, едва слышно, стараясь не показать охватившего меня страха. — Но зачем ей так рисковать?

— Пока не знаю, — ответил он. — Что-то не так. Я вернусь, как только смогу. Будь осторожна.

Его пальцы на мгновение коснулись моей руки, но этого хватило, чтобы придать мне немного сил. Я проводила его тревожным взглядом, чувствуя, как беспокойство растет с каждым его шагом. Стоило ему скрыться за углом, как голос Валмора ворвался в мое сознание:

— Стража, хватайте ее и идите за мной. Немедленно.

Я обернулась и успела увидеть лишь ледяной, жестокий взгляд герцога, прежде чем стражники грубо схватили меня за локти. Их пальцы впились в кожу, вынуждая вскрикнуть от неожиданности и боли.

— Что вы делаете? — в панике попыталась я вырваться, но хватка была слишком крепкой. — Отпустите сейчас же!

Солдаты даже не отреагировали, лишь сильнее сжав пальцы на моих руках. Валмор презрительно посмотрел на меня через плечо и приказал:

— Молчи и иди.

Он двинулся вперед, а стражники потащили меня следом, не позволяя сопротивляться.

Глава 55

Глава 55

Меня грубо тащили вперед, удаляясь от набережной и любопытных взглядов придворных. Сердце билось в груди отчаянно и глухо, словно пытаясь вырваться наружу, дыхание сбивалось, а горло неприятно сдавило тяжелым, удушливым страхом. Руки, жестоко скрученные за спиной, уже онемели, и твердые пальцы солдата больно впивались в кожу, безжалостно напоминая о моей полной беспомощности.

Герцог Валмор остановился перед мрачным зданием дворцовых казарм, стоявшим совсем рядом с тем крылом, где находились мои собственные покои. Эти казармы я видела каждый день и привыкла воспринимать их как нечто совершенно обычное, но теперь, под взглядом Валмора, серые стены, узкие окна и массивные, тяжелые двери внушали мне только ужас.

Он повернулся ко мне и окинул полным отвращения взглядом, будто перед ним находилось не живое существо, а жалкая помеха, с которой приходилось возиться.

— Уведите ее внутрь, — бросил он ледяным голосом. — Проучите как следует. Она должна понять, что беспомощность не останется безнаказанной. Только не переусердствуйте — завтра ей еще предстоит выступать перед императором.

Солдаты отвратительно привычно кивнули, принимая приказ без малейших сомнений. Валмор еще раз презрительно взглянул на меня, убедился, что его распоряжение ясно, и стремительно направился во дворец. Его шаги вскоре стихли вдали, и теперь я осталась наедине с людьми, которым абсолютно все равно на мои чувства, боль и жизнь.

Меня грубо подтолкнули вперед, вынуждая ускорить шаг. Мы пересекли небольшой внутренний дворик, казавшийся сейчас особенно пустым и безжизненным, и вошли в казарму. Внутри было прохладно и сумрачно, воздух казался густым и затхлым, он был пропитан запахом старых камней, солдатского пота и влажной, давно не просыхающей одежды.

Шаги солдат гулко отдавались эхом в длинном коридоре. В самом его конце находилось небольшое, совершенно пустое помещение, освещенное лишь бледным дневным светом из узких окон. Вдоль стен торчали старые ржавые крючья для оружия, а на полу были потертые следы от множества тяжелых сапог.

Дверь с тяжелым металлическим лязгом захлопнулась за нами, отрезая путь к отступлению и заставляя меня вздрогнуть от неприятного звука. Я инстинктивно отступила назад, чувствуя, как сердце снова забилось чаще, а мышцы сжались в ожидании неизбежного наказания.

Один из солдат медленно, не спеша снял с пояса длинную кожаную плеть. Он безразлично и тщательно расправил ее в руках, будто собираясь выполнить давно наскучившую рутинную работу. Кончик плети слегка покачивался, напоминая мне змею, готовую броситься на жертву. Я заставила себя смотреть прямо перед собой и не дрожать, крепко стиснув зубы и стараясь сохранить остатки гордости.

— Чем быстрее начнем, тем быстрее все закончится, — произнес он лениво и равнодушно, даже не глядя на меня, и сделал шаг вперед.

Я молчала, плотно сжав губы и стараясь не выдать страха. Они не должны увидеть мою слабость, услышать ни единого крика. Внутри меня все сжималось от ужаса, но внешне я сохраняла твердость и презрение, глядя им прямо в глаза, пока меня рывком не отвернули к стене.

Воздух прорезал неприятный, жуткий свист. Плеть с болезненным и резким ударом ударила по спине, заставив меня качнуться вперед. Я едва удержалась на ногах, прикусив губу так сильно, что во рту появился привкус крови. Боль обожгла спину, словно по ней прошлись раскаленным металлом, дыхание на секунду перехватило от внезапного шока.

Не успела я хоть немного собраться с мыслями, как воздух снова разорвал тот же отвратительный свист. Второй удар обрушился на руку — именно на ту, где уже долго не заживала царапина от кинжала.

Эта боль оказалась иной — не просто жгучей, а глубокой, пронзающей до самой сути моей магии, словно кто-то вырвал из меня часть силы. По телу прокатилась вспышка жара, вынудившая меня втянуть воздух.

В тот же миг снаружи раздался оглушительный, раскатистый гром, такой мощный, что стены казармы ощутимо содрогнулись. Солдаты невольно замерли и встревоженно переглянулись, повернув головы к узким окнам. Небо снаружи стремительно темнело, тяжелые, мрачные облака заслонили солнце, окутав все вокруг странной, сумеречной тьмой.

Холодный порывистый ветер ворвался внутрь, вынуждая солдат раздраженно прикрыть лица.

— Что за чертовщина? — спросил один из них, всматриваясь в окна.

— Опять эта проклятая гроза, — проворчал второй, с досадой опуская руку и бросая на меня раздраженный взгляд. — Каждый раз, когда что-то не так с этой девчонкой, начинается этот хаос.