– Мне за тебя держаться? – спрашиваю я, не вполне понимая, шутил он или был предельно серьезен.
– Да, пожалуйста. Хорошенько и очень крепко – не хотелось бы, чтобы ты свалилась.
Он оглядывается на остальных мальчиков, и я замечаю несколько игривых взглядов, брошенных в его сторону. Мы трогаемся с места с такой скоростью, что с моих губ срывается визг, а руки сильнее обхватывают Валена. Ветер доносит до меня его смех, и к нему присоединяется мой собственный хохот.
Мы направляемся к дороге, ведущей сквозь лес и идеально подходящей по размеру для квадроциклов. День восхитительно солнечный, а небо горделиво голубое, без единого облачка. Стоит жара, хотя сейчас всего 8:30. Проезжаем мимо деревьев, и проносящийся мимо воздух ощущается просто невероятно.
Мне так весело, что с лица не сходит улыбка. Кажется, за последние пару дней я смеялась и улыбалась больше, чем за, пожалуй, всю свою жизнь. По какой-то причине это кажется правильным и естественным. Будто с каждой улыбкой и смешком с меня сходят слои грусти и одиночества.
До сих пор жизнь требовала от меня серьезности и бдительности, постоянного ожидания того, кто нападет на меня следующим. Но сейчас, с этими парнями, я могу расслабиться, вести себя глупо, смеяться и шутить.
Я оглядываюсь: остальные ребята едут на своих квадроциклах, выстроившись в ряд, словно утята. Снова смотрю вперед. Мы как раз форсируем небольшой ручеек. С обеих сторон меня окатывает холодная вода, и я смеюсь.
Чувствую грудью дрожащую от езды спину Валена, до ушей долетает его смех. Из-за этой дрожи и холодной воды моя кожа покрывается мурашками, прижатые к его спине соски твердеют. Я слегка отодвигаюсь, чтобы не касаться грудью спины парня и случайно не вызвать неловкость. Он резко дает по тормозам, вынуждая меня снова прижаться к нему, и кто-то позади недовольно кричит.
На протяжении всего часа, что мы едем, Вален еще несколько раз нажимает на тормоз без видимых на то причин. Я начинаю подозревать, что за его действиями скрываются довольно щекотливые мотивы, и это меня веселит.
Чем ближе мы подъезжаем к поляне и озеру, тем меньше деревьев становится вокруг нас. Над водой наклонилось большое раскидистое дерево, и я замечаю несколько веревок, привязанных к его ветвям и лениво свисающих вниз.
Слезаю с квадроцикла, чувствуя, как побаливают мышцы от непрерывного сидения в одной и той же позе. Ловлю высокомерную ухмылку на лице Валена, и это подтверждает мои сомнения.
– Почему вы все такие извращуги? – со смехом спрашиваю я и бью его тыльной стороной ладони по кубикам. – Ведете себя так, будто никогда не общались с девушками. Кучка неандертальцев.
– Что он натворил? – спрашивает Бастьен, подходя к нам.
– Демонстрировал своего внутреннего придурка, – шучу я, когда нас обступают остальные. Я не углубляюсь в детали, и они смотрят на Валена, ожидая его хода.
Вален застенчиво смахивает с лица выбившуюся прядь волос.
– Возможно, я использовал тормоз чаще, чем требовалось.
Слышу несколько понимающих возгласов, но Райкер смотрит на приятеля по-прежнему с вопросом.
– Первый закон Ньютона, бро, – говорит Райкеру Вален, и тот, кажется, наконец-то понимает. Сабин издает нечто похожее на рычание, глядя на Валена, и этот звук меня удивляет.
– Очень благородно и обходительно, – бросает мой новый знакомый, и эти слова стирают с лица Валена все веселье.
– Вау, что это было? – спрашиваю я, смотря то на Валена, то на Сабина. – Я не расстроена, я просто шутила, – говорю Сабину. – Я поняла, чего он добивался, но меня это не парит. Это ведь просто веселья ради.
Сабин смотрит на меня.
– Винна, мы все только-только познакомились. Никто из нас пока еще не знает тебя достаточно хорошо, чтобы понимать, где проходит тонкая грань между простым весельем и причинением неудобств. Никому не стоит так поспешно ее пересекать.
– Сабин, спасибо за заботу, но вчера я сказала ребятам, что они спокойно могут позволить себе со мной сюси-муси, а если мне что-нибудь не понравится, я скажу. Возможно, это звучит странно, ведь, ты прав, мы едва познакомились, но мне нравится эта динамика. Мне нравятся шутки, придурковатость… и прикосновения, – неловко заканчиваю я.
– Судя по тому, что мне рассказали, за короткий период времени ты прошла через очень многое. Наша задача – сделать так, чтобы ты чувствовала себя комфортно и в безопасности, а не переходить границы дозволенного. Женщины-кастеры заслуживают защиты и уважения, – заявляет Сабин.
Звучит так, будто он зачитал какой-то лозунг, и я не вполне понимаю, что на это сказать. Я ведь объяснила, что в силах справиться с этим самостоятельно, но он решил, что я ошибаюсь.
– Сабин, можешь уже выключить этот свой режим папочки, – говорю я слегка раздраженно.
Я слышу, как хихикает Нокс и тут же кашляет в попытке это скрыть.
– Не могу отвечать за остальных
Я оглядываю ребят и продолжаю:
– Благодаря тому, как они себя со мной ведут, я чувствую, что нашла свое место, что я часть этой компании. Мне это нравится: я чувствую себя комфортно и в безопасности, и с учетом всего, через что я прошла, это мне нужно больше всего. Меня все устраивает. Как я и говорила, если мне что-то не понравится, я скажу об этом, обещаю.
Сабин молчит, но я вижу, что он по-прежнему со мной не согласен. Ничего страшного. Он узнает меня получше и поймет, что я говорю искренне. Улыбаюсь ему и сжимаю плечо Валена. Бастьен прерывает тишину громким хлопком и начинает раздавать указания остальным парням.
– Плавать пойдем до или после еды? – спрашивает меня Бастьен.
– И до, и после.
– Согласен с Винной, – кричит Нокс.
Остальные утвердительно угукают и начинают стягивать с себя футболки и ботинки. Я полностью поглощена созерцанием этого действа. Хихикаю про себя. Вот видите, я очень даже вписываюсь… я тоже извращуга.
– Чему улыбаешься, Боксерша?
– Все-то тебе скажи, – отвечаю Бастьену, кокетливо хлопая ресничками.
Сохраняю в мыслях картины этих полуголых совершенств, чтобы пересмотреть их позднее, в более интимный момент. Скидываю ботинки и снимаю сумку. Я начинаю расстегивать шорты, как вдруг Бастьен хватает меня и закидывает себе на плечо. Затем бежит к воде.
– Бастьен, нет, дай мне сначала раздеться! – визжу я.
Он игнорирует и, забравшись в воду по бедра, бросает меня. Парень чертовски сильный, поскольку перед тем, как окунуться, я пролетаю метра три. Времени в воздухе оказывается более чем достаточно, чтобы я сделала глубокий вдох, прежде чем погрузиться под воду.
Задерживаю дыхание и, сориентировавшись, незаметно подплываю со спины к Бастьену. До меня долетает удивленный вскрик, когда я хватаю его за ногу, дергаю и удираю прочь.
Выбегаю из воды и снимаю с себя теперь уже промокшую одежду. Нахожу футболку Бастьена и кладу ее на траву. Поверх нее кидаю свою мокрую футболку и мокрые шорты, хихикаю, представляя, какой будет его реакция, когда он поймет, что я сделала. Райкер и Сабин наблюдают за моими действиями, и я заговорщически им подмигиваю.
Близнецы и Нокс брызгают друг на друга водой, но когда я подхожу, вдруг резко замирают.
– Что? Ждете чего-то в стиле «Спасателей Малибу»? – усмехаюсь я. – Вот только в мои планы не входило устраивать вам слоумо-пробежку. Особенно тебе, Вален, – с тебя на сегодня уже хватит сисек.
Они начинают смеяться, и я даже успеваю услышать смешок Сабина, который сразу качает головой, будто мысленно порицая себя. Снова захожу в воду вместе с Сабином и Райкером. Оборачиваюсь и замечаю, что Райкер внимательно смотрит на нижнюю половину моего тела.
– И ты туда же, Райкер?
По его щекам и шее расползается румянец.
– Клянусь, я смотрел исключительно на твои руны.
Райкер поднимает руки, признавая свою невиновность. Сабин обходит меня, что-то бормоча, и я оборачиваюсь, чтобы посмотреть, как эта горячая сварливая задница ныряет в воду. Чувствую, как к моей спине прижимается грудь Райкера, и он наклоняется, приближаясь губами к моему уху:
– Думаю, мне повезло, что руны у тебя на заднице.
Я притворно возмущенно ахаю и шлепаю Райкера по ягодицам, когда он, смеясь, проходит мимо.
– О, Винна начала игру «Ударь по заднице», – объявляет он остальным. – Она только шлепнула меня, и для ровного счета нужно вернуть должок!
Я накрываю ладонями свои ягодицы и, смеясь, ныряю.
– Не я придумываю правила, Винна, я лишь следую им, – добавляет Райкер, и его слова сочатся притворной невинностью.
Глава 19
Глава 19
Чем жарче становится, тем приятнее ощущается вода. Мы плаваем, играем во «всадников», сидя друг у друга на плечах, и соревнуемся, кто быстрее. Я скидываю всех парней во «всадниках», а они, точно могу сказать, изо всех сил стараются победить, никаких поддавков. Что до гонок, близнецы безоговорочно разносят нас всех в пух и прах.
Я начинаю трястись и вылезаю из воды, чтобы вытереться и согреться. Ребята продолжают играть, а я тем временем копаюсь, голодная, в сумках, организовывая нам пикник. Закончив все раскладывать, зову их поесть. Мы усаживаемся на покрывале и жадно начинаем поглощать припасы.