– Спасибо тебе, Винна, – тихо говорит отец, вырывая меня из задумчивости.

– За что? – пытаюсь найти ответ на его лице.

– За то, что нашла меня… боролась за меня… дала мне это, – говорит он, похлопывая меня по руке. – После того, как к тебе относился Лах… тебе не обязательно было верить в меня так, как ты верила.

Мой отец сейчас извинился за своего брата и за то, что произошло между нами… Как бы я ни пыталась заставить его понять, что вины Лахлана по большому счету тут нет, я не думаю, что он когда-нибудь воспримет все так же, как я.

Я уже различаю огни за деревьями и останавливаюсь.

– Спасибо, что захотел быть частью этого, – говорю я, положив руку отцу на грудь. – Учитывая все, через что тебе пришлось пройти, ты мог бы воспринимать меня как триггер, как нечто, напоминающее тебе обо всем, что ты потерял…

– Нет, дочка, я бы никогда не стал смотреть на тебя так. Ты была светом, Винна. Ты всегда им была. И ты останешься светом, который рассеет тьму.

Я вытираю слезу, которая медленно катится по моей щеке.

– Пап, я люблю тебя.

– Я люблю тебя, Винна.

Он притягивает меня к себе, чтобы еще раз крепко обнять, и мы стоим так мгновение среди деревьев, покрытых поцелуями сумерек, и от нас обоих исходят любовь и благодарность.

– А теперь, – он отстраняется, – давай смеяться до боли в щеках и танцевать, пока не вспотеем!

Глава 37

Глава 37

Мы выходим из-за деревьев и видим, что все наши гости собрались в большой круг. Уж не знаю, овладел ли кто-то из моих парней искусством магического освещения или здесь, в Утешении, нашелся супер, который забавы ради занимается светлячками, но повсюду вижу крошечные огоньки, радующие глаз. По мере того как солнце опускается все ниже и ниже, небо окрашивается в красивые розовые, красные и оранжевые тона. От всего этого захватывает дух.

Отец ведет меня к гостям, и они медленно расступаются, чтобы пропустить нас. Я замечаю членов стаи Сайласа, замечаю и старейшин. Семья Нокса взволнованно машет мне, и я отвечаю тем же. Увидев Синдол рядом с ее родителями, бросаю на девочку дразнящий взгляд, который говорит: «Я знаю, что ты была в курсе этого». Она улыбается мне в ответ, и я снова задаюсь вопросом, как долго мы сможем держать наши совместные тренировки в секрете от ее семьи.

С каждым месяцем мышцы Синдол укрепляются, и я знаю, что это только вопрос времени, когда кто-нибудь спросит: а почему? Надеюсь, они все увидят в ней нечто большее, чем просто хрупкую девочку-кастера, с которой нужно нянчиться и держать до поры в клетке. Нет, Синдол уже сейчас воин до мозга костей.