– Все это потребует подготовки. Оставаться в оси для благородных нельзя, мы перебазируемся в Теневое кольцо. Время у нас есть, король не настолько глуп, чтобы отменять Кубок Сверхновой, но он его отложит на время. И заполнит это время мелкими турнирами, чтобы благородным и простолюдинам было чем заняться, пока он не сочтет Синали достаточно безопасной – либо в результате смерти, либо благодаря вмешательству науки. Только тогда он позволит начать четвертьфинальные поединки Кубка Сверхновой.

Стража держит ее мертвой хваткой, ведет по земле, по мрамору, по металлу. Ей знаком звук, все еще исходящий снизу, и у нее невольно сжимается сердце, когда они входят в лифт и начинают спускаться, а крик отчаяния превращается в беспомощный вой, вскипающий под тонкой коркой сна. Ближе. Еще немного, и мы будем вместе. Стража останавливается, а когда останавливается и она, в нос ударяет резкий запах медицинского антисептика и сладковатая вонь жженного в открытом космосе металла.

Принц встает с перевернутого ведра, снимает жакет и протягивает его Раксу.

– Если я прав, у нас есть ровно четыре недели на ее спасение.

Ракс стискивает зубы:

– А если ошибаетесь?

Дравик улыбается:

– Тогда она умрет. И все старания будут напрасны.

Стража грубо останавливает ее, сдергивает с ее головы мешок. Она моргает, видя перед собой мрачную затемненную комнату, сумрак в которой едва рассеивают светодиоды. Ярче всего центр этого помещения – труба, в которую вместилась бы целая планета, труба, до краев полная бледной сиренево-голубоватой жидкостью и серебристыми вихрями. Чудовище под океаном. Пение звучит резче его извечного воя, становится высоким и пронзительным, словно от радости при виде ее.