– Может, она покажет нам свою подругу? – тихо спросил Аларик, прежде чем мы вошли в зал следом за ней. От этой мысли у меня в животе возникло теплое чувство. Каэ недавно отыскала еще одного ребенка-дэма, чьи грубые черты походили на ее собственные. Хотя та девочка побаивалась нас, она все равно иногда осмеливалась зайти в замок. Мы еще не видели ее в человеческом обличье, но по коридорам уже разлеталось два детских смеха. Мы не хотели давить на нее и просто следили за тем, чтобы у Каэ было достаточно припасов на двоих. Рано или поздно ее подруга должна была показаться нам.

Но когда мы с Каэ завернули за угол и вбежали в широкие ворота, девочка тут же выскочила на уцелевший каким-то чудом балкон. Как она часто делала, Каэ с разбега перескочила широкие каменные перила. До луга под балконом было всего два с половиной – три метра.

Обычно она превращалась в дэма, как только ее руки и ноги переставали касаться камней замка, и изящно, как ночная кошка, приземлялась в высокую траву. Но в этот раз я увидела, как развеваются ее волосы, и услышала звонкий смех.

– Каэлайх!

Я отпустила руку Аларика, и мы вместе побежали к перилам и перегнулись через них. Каэлайх лежала на спине, закрыв глаза, вытянув в стороны руки и ноги, а волосы окутывали ее лицо, как светлое облако. От этой картины у меня замерло сердце – но она тут же улыбнулась от уха до уха, так что рядом с ее клыками стало видно несколько молочных зубов и щелей в тех местах, где они выпали. Это было что-то новое. Она становилась старше. После всех тех лет, что она была ребенком, она наконец изменялась.

– Видите? – крикнула она нам. – Здесь, снаружи, магия теперь тоже работает. Садвин это сделал! Она достает, – она восторженно помолчала, – до самых стен!

– Уверена, что это магия? – с улыбкой спросил Аларик. – Может быть, это внутри стен все по-настоящему, а магия снаружи.

Я восторженно посмотрела на него. Мне всегда нравилось на него смотреть, и ничто в нем не отпугивало меня. Но я с облегчением отмечала, что глаза вернули прежний цвет. Цвет темных дождевых туч. В Алсьяна-Дэра были дожди, но не было туч. Мне не хватало их цвета.

– Думаешь, это возможно? – прошептала я. – Что теперь этот образ – ее настоящий облик, а облик дэма – лишь иллюзия?

Я положила руку ему на грудь, он наклонился ко мне и нежно поцеловал. Уголком глаза я видела, как Каэлайх бегает по лугу. Трава доставала ей почти до колен, а некоторые цветы были выше ее. Я закрыла глаза. По вскрику и всплеску я догадалась, что Каэ запрыгнула в ручей.

Аларик поднял меня и посадил на широкие каменные перила, не отрывая губ от моих. Я искренне надеялась, что Каэ не думает ни о чем, кроме ее драгоценной воды, и больше не обращает внимания на нас, потому что от поцелуев Аларика теплое покалывание расходилось от живота до бедер.