Во время очередного выпада он перехватил ее запястья. Черт. Она бешено извивалась в его хватке, но безуспешно. Он нависал над ней, и только его напряженная челюсть выдавала, что он прилагает какие-то усилия. Она попыталась пнуть его коленом в пах – но он изогнулся, уходя от удара. Но она попыталась снова. И снова.
Наконец на его лице проступило раздражение, которое будто говорило, почему бы этой женщине просто не успокоиться и не сдаться. Выпустив ее руку, он внезапно с силой дернул за вторую. Она споткнулась, упав вперед, – он потянул, разворачивая ее, и перехватил свободное запястье, не дав ей шанса отомстить.
Она оказалась к нему спиной – он заломил ей руки, поймав в ловушку.
Она ударила его головой, дернувшись назад. Он заворчал. Его хватка немного ослабла, и Малайка почти вырвалась на свободу – но неожиданно ноги ей подсекли, и она упала, ударившись коленями о мостовую. Она попыталась уронить противника, надеясь лишить его равновесия, но мерзавец был слишком сильным и опытным. Кроме того, в таком положении не получалось воспользоваться телом как рычагом.
Наконец она замерла, признавая поражение. Пока. В ту же секунду, как он расслабится, она нападет. А до тех пор лучше поберечь силы.
– Закончила?
Он заломил ей руки сильнее, потянув их наверх. Ну, он хотя бы так же тяжело дышал, как она.
– Пошел ты!
– Оглянись. Ты окружена моими людьми. Попытаешься напасть – и все равно не сможешь уйти отсюда.
Она огляделась – и обнаружила, что их обступили, взяв в плотное кольцо. Эти парни выглядели угрожающе – высокие и одетые в черное. Все – гибриды, осознала она вдруг. Она понюхала воздух. И тут до нее дошло.
Это банда Уробороса. Та, которая заправляла Подпольем.
– Что вам от меня нужно?
Она сохраняла видимое спокойствие, но начинала паниковать. Даже если они не наемные убийцы – это банда преступников, а за ее голову назначена награда. Каковы шансы, что они о ней не слышали?
– Я не хочу с тобой драться, – сказал спокойно тот, который мог вот-вот сломать ей обе руки. – Я хочу отпустить тебя, чтобы мы поговорили, но если ты только подумаешь о…
– Я тебе горло перережу!
– Не лучшее начало, кошечка.
– Я перережу горло вам всем, твари!
– Лучше поторопиться, босс, – пробормотал один из парней. Уголком глаза Малайка видела широкие плечи, бирюзовые глаза и длинный хвост ящерицы. – Мы посреди улицы, а это все выглядит гораздо хуже, чем есть на самом деле.
«Босс» вздохнул. Малайка надеялась только, что это не тот самый босс. Может, шестерка, ответственный за эту группу?
– Слушай, я вырублю тебя, если не будешь сотрудничать. Затем переброшу через плечо, как мешок картошки, и отнесу куда-нибудь в тихое место поговорить.
Мысль, что ее понесут в неизвестное место в бессознательном состоянии, не слишком ей нравилась. Она выругалась и зарычала. Но наконец пробормотала:
– Ладно. Дай мне встать.
– Не будешь драться?
– Не буду. Проклятье.
Он отпустил ее, и Малайка, вскочив на ноги, развернулась к нему лицом, растирая затекшие руки. Она со злостью уставилась на него – он зубасто улыбнулся. В отличие от других членов банды у него не было ни хвоста, ни когтей, а это означало, что он гибрид змеи. Клыки в любом случае выдавали его – из всех гибридов у змей они были самыми длинными и впечатляющими, и он служил тому подтверждением.
Если бы он только что не победил, серьезно уязвив ее гордость, она бы даже сочла его привлекательным. Ей нравились мужчины со смертоносными зубами. Бритая голова не давала ему замаскировать заостренные уши волосами. Да и зачем? Как и Малайка, он не сошел бы за человека. У него были вертикальные тонкие зрачки, а радужка – ярко-зеленой, полностью заполнявшей глаза. Его коричнево-золотистая кожа при ближайшем рассмотрении оказалась покрыта мелкими чешуйками, которые слегка переливались на свету.
– Итак, по какому делу ты пришла в мой район?
Он уверенно заявлял, что Подполье принадлежит ему. Малайка решила, что лучшей тактикой будет нагло соврать.
– Выпить в таверне. – Она показала большим пальцем на бар у нее за спиной.
– В два часа ночи?
– Почему бы и нет?
– Я слышал, в город приехал цирк, – заметил змей.
Он слегка усмехнулся, будто дразнил ее. Правда, на его бандитском лице усмешка казалась смертельной угрозой.
– Неужели? – Малайка подбоченилась.
Она могла играть в эту игру сколько угодно.
– Ага. Ты там бывала?
– Не то чтобы.
– Ну, а я был. Видел очень милую кошечку, которая делала сальто назад в воздухе, можешь в это поверить?
– Звучит потрясающе.
Среди окруживших их бандитов раздались смешки.
– Так и есть. – Змей скрестил руки на груди, отчего куртка на его плечах натянулась. – Но представь, с тех пор как цирк приехал, по городу ходят слухи, что кошечки, делающие сальто, даже не самое удивительное!
Она сжала кулаки. Если он назовет ее «кошечкой» еще раз…
– Неужели?
– Ага. Именно так.
– И как же все это связано со мной?
Его улыбка исчезла, и выражение лица стало холодным и расчетливым. Он больше не играл.
– Несколько недель назад до меня дошел слух об элементале, который попался работорговцам. Якобы он огромный, с кожей цвета тени, способен изменять внешность и со здоровенными крыльями.
– Неужели? – повторила Малайка, хотя на этот раз ее голос звучал менее убедительно.
– Ага. Но видишь ли, я не приветствую работорговцев в моем городе, особенно когда они торгуют элементалями. Так что я нашел продавцов. И разобрался с ними. Когда я слегка мотивировал их, они были счастливы сообщить имя покупателя. Представь мое удивление, когда я узнал, что это Зловещий Коллекционер. Похоже, он примчался сюда из самого Бейрстада, чтобы заполучить свой приз. Но, как ни странно, именно он дал мне знать о присутствии работорговцев в городе.
– Забавно.
– Да, забавный такой парень. Помогает мне избавиться от мусора, но сначала пользуется их услугами. Выглядит немного лицемерно, ты так не думаешь? – Он выгнул бровь. – Но слышал, великий Сализар сделает что угодно, чтобы заполучить больше диковинок в свою коллекцию.
Мал сжала зубы. Другие элементали не слишком хорошо относились к работникам цирка. Многие полагали, что выступать для человеческой публики – подобно проституции. Сализара не очень жаловали в других сообществах элементалей, да и люди его не принимали. Он оставался загадкой, жил меж двух миров, всегда держался гордо, а его посох мог отправить прямиком в Тени, если кто-то попытался бы на Сализара напасть. Мал не могла не признать, что уважает его за это, особенно после их недавнего разговора. Она даже чувствовала потребность его защитить.
– Дай угадаю, ты, конечно, ничего об этом не слышала?
– Верно.
Змей бросил на нее многозначительный взгляд, словно знал, что она лжет, но, как ни странно, это его, похоже, не злило.
– Дальше – только страннее. Видишь ли, прошлой ночью до меня дошел слух, что новое приобретение Сализара сбежало. Да еще и прихватило с собой гадалку. Гадалку, которая за последние несколько недель произвела в городе фурор, люди утверждают, что она изменила их жизнь всего несколькими словами и советами. Довольно неплохо для «фальшивой» Видящей, да?
Малайка мысленно выругалась. «Проклятье, Хэрроу, почему ты выполняла свою работу так хорошо?» – подумала она.
– Так что рейф и предсказательница исчезли, и теперь Сализар в поисках переворачивает город вверх дном.
– Ничего себе история.
Змей кивнул.
– И правдивая к тому же. Стоит хотя бы спросить одного из продавцов лошадей на главном рынке. Он всем рассказывает, как Сализар заявился на следующий день после их побега, чтобы спросить о лошади, которую тот продал. Похоже, предсказательница попросила кого-то забрать ее ночью, готовясь к долгой дороге.
Сализар уже нашел продавца? Проклятье, он работал быстро.
– Но вот что, лошадь город так и не покинула.
– Ч-что?
Милостивая Богиня-Мать, они обречены.
– Угу. Сализар решил отвести продавца в главную конюшню, чтобы убедиться, – и конечно, там лошадь и находилась, просто ждала в стойле. Что означает… – Змей сделал эффектную паузу. – Рейф и предсказательница все еще в Аллегре.
Малайка засунула руки в карманы плаща, чтобы скрыть внезапную дрожь. Она проверяла проклятую лошадь
Так, план меняется. Навещать сегодня Хэрроу нельзя. Лучше вернуться в цирк.
Змей внимательно следил за выражением ее лица. Как много он увидел? Когда речь шла о выживании, Малайка могла прекрасно лгать, жульничать и красть. Только так ей и удалось выбраться из Камбу живой.