После неудачного покушения на мою жизнь аллир выбивает одну из двух дверей и огненным вихрем уносится прочь. За новой порцией гетита, наверное, если она у него имеется. Впрочем, времени подумать мне не дают. Через открывшийся проход на смену Повелителю Огня в комнату вваливаются Последователи Тьмы. Вторая дверь, расположенная в противоположной стене, открывается лишь парой секунд позже, впуская внутрь еще нескольких Последователей. В комнате сразу становится тесно и даже дышать как будто тяжелее.

С какой целью Вольхфар натравил на меня этих ребят? Ведь ясное дело, что им со мной не тягаться! Хочет выиграть время или вымотать меня, но определенного результата он все же добивается – с новоявленными противниками приходится повозиться. Я не могу убивать молодых парней, введенных в заблуждение коварным аллиром.

Да, они действуют по своей воле. Не задумываясь, готовы разделаться со мной, но они совершенно ничего не понимают. Думают, будто сражаются за благое, достойное дело! Их вина лишь в наивной доверчивости и фанатичной преданности Вольхфару. Видимо, фанатичность – это удел всех Последователей, даже поддельных.

Чередуя удары светом и ветром, я отбрасываю противников друг в друга и прямо в стены. От некоторых, ловко подобравшихся слишком близко, приходится увернуться, кого-то – полоснуть кинжалом. Последователи Тьмы продолжают прибывать, грозя погрести меня в куче бессознательных тел. Я начинаю пробиваться к одной из дверей, намереваясь как можно скорей покинуть комнату, но дальние ряды Последователей атакуют магическими шарами. Приходится укутать себя лучами света, чтобы черные сгустки сгорали, не успевая коснуться меня. Однако продвижение к выходу заметно усложняется.

Нет, если наплевать на жизни парней, выбраться из комнаты не составит никакого труда. Но мне, жалостливой и чувствительной особе, сияющей светом такой мощности, что он может сжигать магию Последователей Тьмы, противопоказано касаться бессознательных тел, в беспорядке разбросанных по всему помещению. Ведь иначе я сожгу их или, на крайний случай, превращу в калек, если задену лучами света не столь важные для жизни органы. Разбираться, где рука, а где и голова, некогда.

Я уже подбираюсь близко к выходу, когда появляются волны огня. То ли сообразив, что я бережно отношусь к Последователям Тьмы, то ли просто обнаглев, Вольхфар устраивается где-то поблизости и теперь со всех сторон атакует огнем, умудряясь создавать его в разных концах комнаты. Уклоняться одновременно от пламени и мечей Последователей Тьмы, не желающих добровольно освобождать дорогу, а по пути стараться не прибить кого-нибудь из них ненароком, становится совсем уж невероятной задачей.