– Все будет хорошо… не стоит бояться Смерти… не стоит бояться меня. Я сделаю все, чтобы твой переход прошел без боли и страха.

Я сжала платье сестры и заглушила рвущиеся наружу рыдания, что душили изнутри. Дымчатый туман, который был вместо ног, медленно начал рассеиваться в воздухе, оставляя после себя лишь пепел, украшающий пол серой россыпью.

– Смерть станет твоим единственным спасением, покуда душа твоя не найдет покоя. Отзовись, последуй за мной и дождись часа перерождения в Забвении, которое станет временным пристанищем.

Слова сестры успокаивали, заглушая страх, который цепкими объятиями окутал нутро. Я зажмурила глаза, не в силах вынести то, во что превратилось мое последнее смертное тело – кожа, сосуды, мышцы осыпались на пол, словно снег зимой, – медленно, кружась в воздухе и вырисовывая смертельные узоры.

– Он ждет тебя. Всегда ждал.

– Спасибо…

Прохрипев последнее слово, я распахнула глаза и отшатнулась от Хлои, не в силах даже обхватить пальцы сестры: вместо ладоней – культи, которые пожирали руки выше, оставляя после себя пустоту. В отражении глаз Смерти видела, как погибаю, – моя душа, истерзанная предательством и ложью, больше не могла бороться. Единственной радостью за все прожитые годы был мой мальчик, который обретет свое счастье с феей. Я надеялась, что он простит меня.

Последний рваный вздох – и моя душа, будто выбитая крепким ударом кулака, вспорхнула и обвилась вокруг вытянутой ладони Смерти. Маска равнодушия сестры дала трещину: она плакала и улыбалась, радуясь, что я смогу вернуться домой – туда, к родным.

– Сияй, моя звезда, и освещай прогнившие души богов и смертных, которые поплатятся за все, что сделали с тобой.

Вскинув руку вверх, Хлоя резким движением откинула от себя линию жизни. Та, взмыв вверх, устремилась на небосвод к миллионам звезд, которые рассекали сумрак своим светом. Погубленные души, продолжающие свое существование даже после смерти в надежде найти покой на земле.

Смерть не сводила взгляда с небосвода. Облегченно вздохнув, она стерла слезы, скопившиеся на подбородке.

Две звезды, Сенсия и ее сын, сияли ярче других, празднуя свое долгожданное воссоединение.

Эпилог

Эпилог

Забвение дернулось мелкой сеточкой, когда А́тропос – мойра будущего – пробудилась ото сна. Ее лицо начало покрываться морщинами, кожа, которая подсвечивалась изнутри, поблекла и приобрела сероватый оттенок. Белое одеяние ее было сплошь покрыто комьями грязи. Распахнув заспанные глаза, А́тропос оглядела пещеру и привстала, опершись ладонями о каменистую неровную поверхность. Уголки ее губ дрогнули в подобии улыбки, когда она встретилась взглядом с Клото́ – сестрой, которая сидела напротив и пряла нити судьбы, любовно поглаживая их, будто успокаивая.