– Я подложу огоньку под дверь.

Алекс снова кивнул и достал нож. Внутри у него все сжалось, когда он стиснул запятнанную кровью черную рукоятку с золотой инкрустацией и принялся перепиливать петлю, в которой висел кимисарец. Через минуту тело, кувыркаясь, полетело вниз, ударяясь о стену башни, а Алекс снял петлю с выступающего из стены камня и взобрался на один из зубцов. С веревкой на плече он побежал по стене, перепрыгивая от одного зубца к другому, пока не оказался с противоположной стороны.

Внизу были два окна: одно вело в спальню, а другое в гостиную. Какое выбрать? Дверь спальни вполне может быть закрыта изнутри. И если Алекс заберется в гостиную, то опять может оказаться не с той стороны запертой двери. Но тогда он сможет впустить внутрь Грэмвелла, и к тому же двери между комнатами могут оказаться менее прочными, чем внешняя. Но Сальвия, скорее всего, в спальне. При одной мысли об этом Алекса затошнило от ужаса. Только вот если он заберется туда, д'Амиран может запаниковать оттого, что ему больше негде прятаться, и убить Сальвию просто от безысходности. А пока они и Чарли живы, герцог может торговаться. Алекс вспомнил слова Геддса: «Кого бы вы выбрали?»

Д'Амиран заставит его выбирать. Если Квинн заберется в гостиную, друзья придут ему на помощь. Но в спальне все будет зависеть только от него самого. Он разместил веревку так, чтобы она свисала рядом с окном гостиной, и начал аккуратно спускаться вниз, упираясь ногами в стену.

83

83

Алекс оттолкнулся от стены, чтобы влететь в окно. Когда он пробил стекло, герцог, стоявший над Чарли широко расставив ноги, подскочил на месте. Капитан поднялся и обнажил меч, а д'Амиран подтянул мальчика вверх и крепко схватил, сдавив его шею согнутой в локте рукой. Изо рта у Чарли торчал кляп, а руки мальчика были связаны, но ноги оставались свободными. Он яростно лягался, пока герцог не приставил кинжал к его спине:

– Хватит.

Чарли издал сдавленный крик, и его ноги обмякли. Страдая, Алекс смотрел, как по грязным щекам брата текут слезы – он взглядом просил прощения за то, что так легко позволил себя захватить. Тем временем из-под двери просачивался дым – пожар Грэма занимался. Судя по запаху, они добавили в огонь спирта.

Алекс глубоко вздохнул, опустил меч и поднял левую руку:

– Все кончено, ваша светлость. Отпустите мальчика и отдайте мне девушку, и я буду ходатайствовать о снисхождении на вашем суде.

Лицо д'Амирана растянулось в ухмылке:

– Девушку? Так вы ее до сих пор не нашли?

Ее здесь нет. Алекс изо всех сил стремился не дать воображению слишком уж разыграться. Борясь с паникой, он сказал: