Алекс заставил себя об этом не думать. Единственное, что имеет значение, – это где он ее держит. Д'Амиран тихо рассмеялся, хотя на это ушли почти все его силы.

– Ну и каково это – когда единственное, чего ты на самом деле хотел, отняли у тебя, как твою мать отняли у меня?

– О чем вы?

– Кастелла Керри была предназначена мне. Обещана мне. Но твой отец отнял ее у меня. Это справедливо, что я отнял у тебя твою маленькую птицеловку, ты не находишь?

– Я нахожу, что любая из них, ни секунды не колеблясь, отрезала бы тебе яйца. – Алекс сильнее надавил острием меча на горло герцога, заставив того вжаться в спинку кресла. – Вполне возможно, я позволю ей это сделать. Говори, где она?

Д'Амиран улыбнулся и показал рукой на открытое окно:

– Я бы остановил ее, если бы смог, но ее хватило на одно последнее усилие.

Внутренним взором увидев эту картину, Алекс полностью потерял волю к жизни. Меч выпал у него из руки и со звоном ударился о каменный пол.

– Ну и каково это, капитан? – торжествующе произнес герцог. – Каково это – проигрывать?

Нож воткнулся в его грудь, пронзая сердце.

– Не знаю, ваша светлость, – прошептал Алекс ему на ухо. – Вам виднее.

Он отступил назад, и д'Амиран удивленно воззрился на торчавший из его груди кинжал с черной рукоятью, инкрустированной золотом:

– Довольно… поэтично.

Его веки задрожали, и голова упала набок. Невидящим взглядом глядя на красное пятно, расплывшееся на груди герцога, Алекс повернулся и поковылял к окну. Из раны на руке текла кровь, и он оставлял за собой красный след.

87

87

Сальвия и Кассек промчались вверх по ступеням на верхушку башни, по дороге переступив через два трупа. Обуглившаяся дверь в покои герцога была выломана. А внутри них Грэмвелл и двое других солдат пытались выломать еще одну. Сальвия вбежала в комнату и споткнулась обо что-то мягкое. Чарли. Она бросилась на колени и взяла лицо мальчика в ладони.

– О нет! Нет, нет! – рыдала она, прижимая Чарли к своей окровавленной рубашке.

Дверь в спальню наконец поддалась, и то, чем она была подперта изнутри, протестующе заскрипело. Но Сальвия не обратила на это внимания, она продолжала прижимать Чарли к груди, покачивая его и рыдая, пока Кассек мягко не тронул ее за плечи:

– Сальвия.