– А нельзя было выбрать место поприличнее? – проворчал Ху Фэйцинь.

– Есть крыша, есть циновки, есть бочка с водой. Что тебе ещё надо? – удивился Ху Вэй, наскоро проверив хижину.

– Здесь наверняка водятся мыши и крысы, – недовольно сказал Ху Фэйцинь, заметив следы маленьких лапок в пыли.

– Вот, значит, и еда под боком, – одобрительно кивнул Лис-с-горы.

– Чистопородные демоны едят мышей? – выгнул бровь Ху Фэйцинь. – Или ты слишком облисел за годы жизни на Хулишань?

– Чистопородные лисьи демоны, – уточнил Ху Вэй.

Он быстро привёл хижину в порядок: вытряхнул циновки, смёл мусор и листья в кучу, развёл очаг, использовав толику лисьего огня. Ху Фэйцинь между тем обнаружил упомянутую бочку с водой и принялся умываться, как одержимый. Ему казалось, что кровь пристыла намертво к коже, а запах и вовсе не отмыть. Когда он вернулся, Ху Вэй уже деловито жарил на палочках полдюжины крыс, и Ху Фэйцинь должен был признать, что пахнет вкусно. Он бочком подошёл к очагу, сел и принюхался.

– Скоро прожарятся, – удовлетворённо изрёк Лис-с-горы.

Ху Фэйцинь глядел на огонь в очаге, два маленьких пламени плясали в его зрачках.

– Как ты меня узнал? И когда?

Ху Вэй покосился на него, но ничего не ответил.

– На Таошань?

– Может, я вообще всегда это подозревал… – пробормотал Лис-с-горы. – Ты был слишком необычен для лиса: на задних лапах ходит, стихи пишет, варит пилюли…

– И когда ты всё понял? Когда я сумел превратиться в человека? – настаивал Ху Фэйцинь.

– Раньше. Помнишь, ты отрастил два хвоста разом? Вот тогда и понял. Правда, мне понадобилось ещё какое-то время, чтобы удостовериться…

Глаза Ху Фэйциня опять поползли на лоб. Получается, Лис-с-горы едва ли не с самого начала знал, кто он!

– Как ты понял? – изумился он.

– Как? По запаху твоей ауры. На свете нет двух одинаковых аур, у каждого существа своя собственная, её ни с чем не перепутать.

Ху Фэйциню это показалось неправдоподобным.

– Но я переродился лисом, значит, аура у меня должна была смениться на лисью. Я ведь стал другим существом. Из человека лисом.

Ху Вэй вздохнул и терпеливо объяснил:

– Демоны способны чувствовать ауру иначе, чем другие существа. Я узнал бы её и через тысячу перерождений… и смог бы тебя отыскать.

Ху Фэйцинь фыркнул:

– Не везёт тем, на кого у демонов зуб!

– Действительно.

Но Ху Фэйциню нужно было выяснить ещё кое-что. Он нахмурился и спросил:

– Зачем ты меня осквернил?

– Что, опять? – поразился Ху Вэй. – Из тебя что, никогда человечью натуру не вылисить?

– Тогда, в посёлке, когда я был У Мином!

Лис-с-горы быстро отвёл глаза в сторону:

– Просто захотелось.

– Вот соврал же, – уверенно возразил Ху Фэйцинь. – Когда лисы врут, у них начинают бегать глаза!

– А когда врёт один бывший бессмертный мастер? – поинтересовался Ху Вэй.

– А?

– У тебя случился духовный всплеск, когда я это сделал. Почему?

– Как… – Ху Фэйцинь несколько растерялся. – Потому что ты меня осквернил. Для бессмертного мастера соприкоснуться со Скверной означает…

– И ты нашёл в себе Скверну после этого? – осведомился Ху Вэй с самым невинным видом. – Поэтому перестал приходить в посёлок?

Ху Фэйцинь смутился и принялся оглаживать воротник одеяния. Скверны он в себе как раз не нашёл и именно поэтому перестал приходить в посёлок.

– Ты просто заговариваешь мне зубы, – буркнул он, – чтобы не отвечать на мой вопрос.

– Ты действительно хочешь, чтобы я тебе ответил?

– Д-да… – с запинкой ответил Ху Фэйцинь. У Лиса-с-горы было странное выражение лица, когда он это спросил.

Ху Вэй усмехнулся:

– Ладно. Но если тебе не понравится ответ, с меня взятки гладки.

[060] Причины «осквернить» Господина-с-горы

[060] Причины «осквернить» Господина-с-горы

Угли в очаге потрескивали, в глазах Ху Вэя плясали два красноватых отблеска, но Ху Фэйцинь не был уверен, отражение ли огня это или проявление демонической натуры. Отвечать Лис-с-горы не спешил. Он вытащил из очага две палочки с нанизанными крысами, одну протянул Ху Фэйциню.

– Нужно подкрепиться, – сказал он, – а за едой можно и побеседовать. Если ты не против жареных крыс.

Ху Фэйцинь был голоден. Он уже почти сутки ничего не ел и не использовал инедию. От запаха жареного мяса у него буквально слюнки потекли, но он собирался выдержать характер и не есть, пока не получит ответы на вопросы. Собирался выдержать характер, но не выдержал.

– Для начала я хочу, чтобы на вопрос ответил мне ты. – Лис-с-горы указал палочкой на Ху Фэйциня. – Что ты подумал, увидев лисье лежбище?

Ху Фэйцинь едва не подавился:

– Я ведь уже сказал…

– Это не было правдой. Скорее, полуправдой. Что ты подумал на самом деле, когда всё это увидел? Первое, что пришло тебе в голову?

Ху Вэй с трудом проглотил вставший в горле кусок, прокашлялся:

– Я… Лисье пламя странно себя повело. Но я ничего такого не…

– Странно себя повело? Что ты имеешь в виду? – сощурился Лис-с-горы.

– Ну… оно как бы свилось в круг… в кольцо… – Ху Фэйцинь показал в воздухе, как выглядело Лисье пламя в тот момент. – Вроде как ядро, но полое…

Ху Вэй ухмыльнулся.

– Что? – не понял Ху Фэйцинь.

– Ничего.

Ху Фэйцинь был уверен, что за этим «ничего» скрывается ещё какое «чего», но Лис-с-горы эту тему развивать не пожелал.

– Вообще-то, – вернулся он к первой теме, – было несколько причин.

– Несколько? – нервно переспросил Ху Фэйцинь.

– Во-первых, мне не хотелось, чтобы тебя съели, поэтому я тебя таким образом пометил, – сказал Ху Вэй. – Это отпугнуло бы от тебя злых духов.

– Проклятие от меня это не отпугнуло, – мрачно пробормотал Ху Фэйцинь и тут же потрясённо воскликнул: – Съели? Кто съел? Зачем?

– Да мало ли кто тут, по миру смертных шляется, – пожал плечами Ху Вэй. – Всё, что перерождается из мира смертных в мире смертных: призраки, мертвецы, упыри, злые духи… Тебя это, конечно, не порадует, но я… Хм, в общем, я тоже хотел бы.

Глаза Ху Фэйциня широко раскрылись.

– Твоя аура уникальна, никогда не ощущал ничего подобного, – объяснил Ху Вэй.

Ху Фэйциня это действительно не порадовало.

– И… ты собирался съесть меня? – осторожно спросил он.

– Нет, – однозначно, но с лёгким раздражением ответил Лис-с-горы, – «хотеть съесть» – это вовсе не «собираться съесть». Можешь считать это комплиментом. Не так уж многим смертным посчастливилось вызвать у демонов такое желание.

– Премного благодарен, – сказал Ху Фэйцинь с непередаваемым выражением лица. – Это, значит, первая причина?

– Хм… да…

– А вторая?

Ху Вэй как-то странно усмехнулся. Ху Фэйцинь поёжился.

– Вторая… хм… – протянул Лис-с-горы. – Сам не догадаешься?

– Звучит так, словно ты сам не знаешь, – заметил Ху Фэйцинь.

– Я-то как раз знаю, – возразил Ху Вэй. – Просто интересно стало, что ты об этом думаешь. Какие-то предположения у тебя да есть?

– Может, и есть, но они тебя точно не порадуют.

– И? – настоял Лис-с-горы.

– Я подумал, что ты бесстыдник.

– И всё? – выгнул Лис-с-горы бровь.

– И всё.

– Неужели тебе в голову не пришло, что ты меня просто заинтересовал? – воскликнул Лис-с-горы. – Вместе мы могли бы достигнуть неслыханных высот в культивации. Ты – в человечьей, я – в лисьей. Так я думал тогда. Потому и оставил на тебе метку, по ней я бы всегда смог тебя найти. По пути совершенствования лучше шагать вдвоём, чем одному. А кто лучше разбирается в культивации, чем бывший бессмертный мастер? Лис тебя побери, неужели не понятно?

[061] Два Ху и перспективы на будущее

[061] Два Ху и перспективы на будущее

Ху Фэйцинь, услышав это, почувствовал, как от кончиков пальцев по всему телу прокатилась дрожь, а сердце застучало по-лисьи часто.

– Кто тебя заинтересовал? – пробормотал он.

– Что? – не понял Лис-с-горы.

– Кто тебе нравится: У Мин или Ху Фэйцинь?

Ху Вэй поглядел на него так, точно видел перед собой умственно отсталого.

– Фэйцинь, я начинаю подозревать, что в детстве тебя уронили головой вниз, – сказал он. – Ничего более идиотского я в жизни не слышал! У Мин и Ху Фэйцинь – это ты. И ты только что спросил меня, заинтересован я в тебе или в тебе. Это одно и то же.

– Это вовсе не одно и то же, – сердито возразил Ху Фэйцинь. – Я тогда был даосом, а теперь я лис-оборотень.

– Ты был болваном и болваном остался, – фыркнул Лис-с-горы и, дотянувшись, щёлкнул Ху Фэйциня по лбу.

Ху Фэйцинь зажал лоб обеими руками, выронив палочку с крысой.

– Не знаю, как это бывает у людей, – сказал Лис-с-горы, – но у демонов… хм…

Он задумчиво поглядел в огонь, поворошил угли палочкой, сноп красных искр взвился в воздух. Ху Фэйцинь сосредоточенно тёр лоб, чтобы избавиться от звона, наполнившего голову после щелчка: силы Ху Вэй не пожалел!

– Когда я увидел тебя впервые, я сразу это понял.

– Что понял?

– Демоны… чистопородные демоны, – оговорился Лис-с-горы тут же, – не то что лисы. Лисы непостоянны. У демонов это на всю жизнь. Если им что-то нравится или они что-то ненавидят, то будут чувствовать это до конца своих дней, а живут демоны бесконечно долго, если только их не убить, так что можно сказать, что их привязанности или неприязнь на веки вечные.

Ху Фэйцинь неуверенно кивнул, а Ху Вэй продолжал: