– Скоро Императрица поплатится за это! – прорычал принц. – Я не позволю угнетать мой народ.
– Она не пересекала границы.
– Ей же лучше. Правда, фэн-луни? Совсем скоро мы сможем дать отпор.
Он остановился, разворачивая Лали к себе и кладя руку ей на шею.
– Переодевайся на тренировку.
Она чуть заметно кивнула и искоса глянула на Кейто, но быстро отвернулась. Он-то знал, как проходили ее тренировки. Пока ей не удавалось принять полностью птичий облик, но даже так она научилась удерживаться в воздухе. Винила себя, что делает слишком мало, и упрямо пробивалась вперед. Настойчивости Лали можно было позавидовать.
О да, она умела получать свое, подумал Кейто, вспоминая прошедшую ночь. На его губах невольно заиграла улыбка. И он понял, что не дотянет до вечера.
Жених и невеста разделились, отправившись каждый в свои покои, а Кейто прыгнул в тень и опередил девчонку, растянувшись на ее кровати.
Зайдя внутрь, она подскочила на месте при виде его.
– А если я была бы не одна? – сердито спросила Лали.
Кейто молчал, заведя руки за голову и следя за каждым ее движением. Она прошла к туалетному столику, снимая с головы диадему и откладывая в сторону. Потом уставилась на него, глядя в зеркало.
– Что тебе вообще здесь надо? – прошипела Лали.
– Просто прилег отдохнуть, – отозвался Кейто чуть слышно. – А на самом деле пришел поговорить. Так дальше не может продолжаться, – выдохнул он, наблюдая, как напряглись ее плечи.
Он поднялся с кровати и проследовал к ней, становясь у нее за спиной, снимая золотые наплечники, касаясь ладонями гладкой кожи. Лали встрепенулась, но он вновь усадил ее.
– Ты должна научиться контролировать себя, моя госпожа, дело только в тебе. Иначе ты так и будешь падать и разбиваться, а потом приползать ко мне.
Она яростно зарычала и попробовала вырваться, но он крепко держал ее.
– Ты разрушаешь себя, Лали. Поверь, мне это знакомо. Ты правда хочешь стать их королевой? Их фэн-луни? Пойти войной на Ремесис? Это то, чего ты
– Если бы ты перестал хранить от меня секреты и рассказал бы про Виктора!
– Тебе бы это помогло? Почему же ты не прикажешь мне?