– Нет! Я заметила её на столе. Если не хочешь, чтобы её видели, то стоило спрятать, – возражает Анна.

– Она была в столе!

– На столе, в столе. Какая разница?! Нужно было прятать лучше.

Агата с Северином переглядываются и одновременно вздыхают, не впервые наблюдая их споры. Александр делает то, что и всегда: складывает руки на груди и, пользуясь своим ростом как преимуществом, смотрит на Анну сверху вниз.

– Зачем тебе записи Кристиана? – спрашивает Агата сестру.

– Я знаю, что ты по нему скучаешь, решила показать тебе. Да и хотела больше узнать о силе Морока, – отвечает Анна. С сестрой она говорит мягко и ласково, а вот на Александра глядит испытующе. – Почему ты не сказал?

– Я собирался, но Агата проснулась лишь три дня назад, и было не до этого, – чеканит тот и вновь продолжает, прежде чем Анна успеет вставить слово. – Северин, кстати, тоже знал, так что можешь и ему высказать.

Северин благодарит брата за нож в спину вялой улыбкой.

– Агата, помнишь истории о Маре по имени Вела? – уточняет Анна.

– Та, что почему-то старела как обычный человек? Да, но она же вроде умерла очень рано.

– Верно, она умерла, рожая ребёнка! И не просто ребёнка, а их родственника! – укоризненно взмахивает рукой Анна в сторону молодых людей.

– Но Мары ведь не… – недоумевает Агата и поворачивается к братьям Ласнецовым. – Рассказывайте.

– У нас были только подозрения, но Кристиан действительно связал все нити, и в этом ему помогли записи Малахия Зотова. Оказывается, он нашёл часть, пока я был с тобой в Аракене, – начинает Александр, указывая на скамьи и предлагая присесть. Все подчиняются, одна Анна остаётся стоять, не желая садиться. – Кристиан не стал делиться находками сразу, а написал все свои мысли, приложив записи Зотова, в эту книгу, завещанную мне. Я сам раскрыл её только после его смерти. Я не думал, что он действительно написал там что-то, чего я не знал.

– Но как вы можете не знать, что у вас был родственник, рождённый от Мары? – спрашивает Агата.

– Речь идёт о княжне Веледаре, почти все записи о том, что её забрали Мары, были стёрты её собственным отцом из всех хроник, включая наши. Писцы оставили ложные сведения, что она умерла до своего десятилетия, – помогает с рассказом Северин. – Князь Верест не стыдился дочери, но решил убрать все упоминания о том, что она стала Марой, дабы уберечь её от правителей юга. Она могла жить спокойно, если никто не знал о её родословной. К тому же до этого ходили слухи, что она повредилась умом, и её отец не хотел, чтобы они расползались. Те, кто видел, как за княжной пришли Мары, либо умерли, либо держали языки за зубами, подчиняясь наказу своего князя. Конечно, полностью стереть все следы не удалось, поэтому такие внимательные люди, как Малахий Зотов, смогли сложить полную историю. Хотя даже ему не удалось узнать, что Валадан и Ирай Косторез были Мороками. Это Александру рассказал Кристиан, забрав его в ученики, а брат позднее поделился этим со мной.