Я родился через 79 лет после исчезновения всех Мар, поэтому к моему приходу в храм Мораны – обители её приспешниц – прошло более сотни лет, и многое уже исчезло, сгнило или было забрано Ласнецовыми, которые приезжали, чтобы увезти к себе тело Анны.

Однако правители Серата не стали трогать библиотеку, боясь гнева богини, а воры, к счастью, имеют страх хотя бы перед смертью, поэтому ничего там не разграбили. Однако ветхие страницы пергаментов рассыпа́лись у меня в руках, чем затрудняли поиск истины. Именно там я удостоверился, что Мара по имени Вела в действительности была Веледарой ашорской.

В одних исторических сводках пишут, что княжна умерла в шесть лет, в ту же ночь, когда произошло нападение на её брата и всю княжескую семью. В других говорится, что ту ночь она пережила, но умерла спустя год.

Удивительная история Валадана ашорского, который спустя много лет не просто вернулся невредимым домой, но и стал великим князем всего севера, привела меня к тому, что я имею сейчас.

На самом деле Веледара умерла при тяжёлых родах. Единственная из Мар, которой по неясной причине удалось произвести на свет новую жизнь. По записям Мары по имени Ясна, у Веледары родился мальчик, он выжил, и его забрал на воспитание отец. Ясна не записала его имени, но назвала этого мужчину «косторезом», упоминая, что он был безутешен после внезапной смерти Веледары. Именно из-за этих записей я практически уверен, что отцом ребёнка был Ирай Косторез. Тот появился при дворе Валадана примерно спустя семь лет после чудесного воскрешения князя. И никому ничего не объясняя, князь Валадан признал Ирая едва ли не своим братом, а его ребёнка своим племянником и родной кровью.