Седекий положил книгу на стол, зажёг большую свечу и склонился над страницами, перелистывая их одну за другой.

– Давно открывал её в последний раз, – сказал он. – Здесь описаны многие диковинные существа. Мне всегда нравилось читать о них и представлять всех необыкновенных зверей, что подарил земле Создатель.

– Как мог Создатель сотворить это чудище?

– На земле, увы, немало тварей, порождённых не им, а кровожадным разумом Аберу-Окиа. И это одно из них.

Пресветлый Отец провёл пальцем по заглавным буквам. Вячко попытался прочитать слова на троутоском, но почему-то понял только некоторые из них.

– Это записи одного троутоского учёного, жившего шесть столетий назад, во времена, когда Благословенные острова ещё не были объединены властью Империи. Поэтому язык немного отличается от того, на каком говорят теперь троутосцы, – объяснил Седекий. – Но я, к счастью, обучен ему и расскажу всё, что хочешь знать, княжич. Так вот, этот учёный был удивительным человеком, он много путешествовал по свету и видел летающих змеев в городе Хильзене, где люди из личной стражи Змеиного царя облетали город верхом на чудищах. Там их называли, – настоятель заглянул в текст. – Др… драконами. Однажды учёному даже удалось рассмотреть дракона на торгах. За зверя отдали немыслимую, по словам троутосца, сумму, а на сами торги собрались знатные вельможи из разных концов Бидьяра: драконы даже тогда были редкостью, и мало кто мог укротить их буйный нрав и приручить к седлу. Кроме того, троутосец написал, что народ пустынь верил, будто драконы в родстве с самими Змеиными царями и в них течёт одна кровь. Оттого чудища и слушаются Царей особенно охотно. Вот, княжич, посмотри.

Он пальцем указал на строки под рисунком. Вячко нахмурился, вспоминая, чему его учили.

«И нет дракона громаднее и страшнее, чем тот, на котором летает Змеиный царь, – писал троутоский учёный. – Мне не довелось увидеть его, но говорят, что он закрывает собой всё»…

– Всё небо, – подсказал Седекий.

Вячко долго рассматривал рисунок, на котором с трудом угадывалось существо, что лежало теперь в оружейной. Больше нарисованный зверь походил на лысую собаку.

– Не похоже на рисунок.

– Поверь мне, княжич, этот учёный был скверным художником. Я видел, как он нарисовал лошадь: получилось больше похоже на свинью, – Седекий позволил себе лёгкий смешок.

– Наш змей слишком мал, чтобы быть драконом, – разочарованно произнёс Вячко.