Похоже, несмотря на наше стремление выглядеть обычными колдунами, будущий сват прекрасно понял, кто именно стоит перед ним. Впрочем, от неожиданного потрясения оправился быстро – его губы растянулись в улыбке, а сам он почтительно склонил перед нами голову.

- Здравы будьте, гости дорогие, - взгляд Никифора буквально излучал тревогу, однако голос был весел и дружелюбен. – Добро пожаловать в мой дом!

- Будь здоров и ты, милостивый хозяин, - вежливо ответил Касьян.

Никифор посторонился, пропуская нас в сени, а потом повел в горницу – к традиционно накрытому столу, за которым сговора должна была ждать вся его семья.

Впрочем, с семьей у княжеского слуги все оказалось сложно – за столом, едва ли не ломившемся от самых разнообразных яств, не было ни одной живой души.

- Одни мы с дочкой живем, - объяснил Никифор, поймав мой вопросительный взгляд. – Нет у нас в Одрине никого, кроме друг друга.

- В этом есть свои преимущества, - заметил Касьян, усаживаясь на предложенное ему место. – Потому как в скором времени родни у вас станет гораздо больше.

- Почту за честь, Касьян Трипетович, Гликерия Афанасьевна, - склонил голову Никифор. – Давеча приезжали сваты, и я дал им согласие на брак моей дочери с Мечеславом Касьяновичем.

- Купцу нашему ваш товар так люб показался, что он все дела обстряпал сам,- сказал кощей, - а потому мы с женой явились к тебе, Никифор Иванович, по-простецки, без свахи. Уж не взыщи. Однако, перед тем, как ударить по рукам и определить день свадьбы, позволь на дочку твою взглянуть, а то за важностью дел мы будущую сноху ни разу и не видели.

Никифор кивнул и что-то шепнул стоявшей неподалеку служанке. Та мигом скрылась за дверью.

Я же опустила руку в свою поясную сумку и вынула из нее блюдо с большим румяным караваем.

- Поставь его на стол, Никифор Иванович, - сказала хозяину дома. – Он зачарован на здоровье, достаток и благополучие.

Тот послушно взял блюдо и опустил его на белоснежную скатерть. Сразу после этого скрипнула дверь, и в горницу вошла Катерина. Однако, заметив меня, девушка вдруг застыла, как вкопанная. Улыбка ушла с ее лица, а в глазах отразилось глубочайшее изумление.

Узнала, стало быть.

Слава верно подметил – с момента нашей последней встречи его возлюбленная сильно изменилась. Она больше не горбилась и хромала, держалась еще увереннее, чем прежде, и даже немного прибавила в весе – самую малость, сделавшую ее еще красивее и очаровательнее. Между тем, внешние перемены оказались в Кате не самыми главными. С немыслимым удивлением я отметила то, как чисты и прозрачны стали протоки ее биополя. Более того, по ним сейчас бежала бешеная жизненная энергия. Ее поток был так велик и силен, что казалось, дай ему крошечный импульс, и он превратится в самую настоящую магию…

- Лика, - ошарашенно прошептал вдруг Касьян. – Посмотри, это же новая яга!

У меня екнуло сердце.

Не просто яга, а природный межмирный страж. Такой же, как и я сама.

Вот это да!..

- Моя дочь Катерина, - объявил между тем Никифор. - Познакомься, доченька, с родителями твоего жениха – Касьяном Трипетовичем и Гликерией Афанасьевной.

Девушка отрывисто вздохнула и поклонилась нам в пояс. Я же, повинуясь внезапному порыву, встала из-за стола, подошла к ней вплотную и положила ей на плечи свои ладони. Слабый поток магии, сорвавшийся с моих пальцев, мгновенно впитался в ее кожу, а биополе в тот же миг полыхнуло фиолетовым цветом.

Что и требовалось доказать.

Поздравляю, Гликерия. Вот и нашлась тебе достойная преемница.

Сама же преемница особого восторга сейчас не испытывала. Судя по всему, Катерина даже не поняла, что сейчас произошло. Пару мгновений она смотрела на меня круглыми глазами, а потом одними губами произнесла

- Гликерия Афанасьевна…

- Тш-ш, - прошептала я. – Потом поговорим. Наедине.

Девушка едва заметно кивнула.

Я взяла ее за руку, подвела к столу.

- Мы рады знакомству с тобой, Катерина, - серьезно сказал Касьян, разглядывая будущую сноху. – Позволь, Никифор Иванович, дочери сесть рядом с нами и отобедать по-свойски, в семейном кругу.

Сокольничий растеряно моргнул. Разумеется, виданое ли это дело, чтобы сговариваемая девушка со свекром за одним столом сидела? Ей положено за этим самым столом прислуживать, делом доказывать, что она – хорошая хозяйка, умеет быть почтительной, уважает старших.

Однако Касьян прав: наша семья отличается от прочих, в Нави несколько иные порядки, нежели на земле. И Катерине с Никифором лучше принять их уже сейчас.

- Если вы этого желаете, Касьян Трипетович, тогда конечно, - пробормотал будущий сват. – Садись, Катерина.

Катя снова поклонилась и мышкой шмыгнула на лавку. Что примечательно – поближе ко мне.

- Не нужно удивляться моей просьбе, - продолжил мой муж. – В нашем доме принято, чтобы каждый был другому равен, а потому за стол все садятся без чинов и иерархии. Наша семья в принципе отличается от других, а потому хочу я спросить у вас, любезные хозяева, стоит ли нам вообще продолжать разговоры или же лучше, отобедав, разойтись в разные стороны?

Никифор бросил быстрый взгляд на дочь. Та, очевидно осознав, что соблюдать этикет сейчас нет никакого смысла, подняла глаза на будущего свекра и прямо спросила:

- Не по нраву я вам пришлась, Касьян Трипетович?

Кощей улыбнулся – широко и весело.

- Отчего ж, красавица? Очень даже по нраву. Но конкретно сейчас это не имеет никакого значения. Другое дело, все ли пришлось по нраву тебе. Сама понимаешь, наш визит с какой стороны не посмотри - судьбоносный. Согласна ли ты принять такую судьбу? Если нет, неволить тебя никто не станет. Если же да – после того, как мы с твоим отцом ударим по рукам, обратного пути уже не будет. К сожалению, времени на раздумья дать мы тебе не можем, уж не серчай – все мы люди занятые, а потому ходить каждый день в гости просто не имеем возможности.

Уголки Катиных губ дрогнули в кривой усмешке.

- Не нужно мне никакого времени. Я уже все обдумала. Много раз. И для себя все решила.

Что ж, значит, свадьбе все-таки быть.

- Не боишься, что после венчания муж может открыться тебе в необычном или даже пугающем свете?

- Я к этому готова.

- В самом деле? Даже если Мечеслав каждую ночь превращается в зубастое мохнатое чудище?

- А он это умеет? – заинтересовалась девушка.

- При желании, да, - кивнул Касьян.

Никифор побледнел. Бедный. Наверное, уже сто раз пожалел, что согласился породниться с княжеским воеводой.

- Пусть превращается, - кивнула в ответ Катя. – Я никогда не видела чудищ. По крайней мере мохнатых и зубастых.

- А если ты сама вдруг начнешь меняться? – осторожно спросил кощей. – К этому ты тоже готова?

- У меня появятся клыки и шерсть? – деловито уточнила невеста.

- Надеюсь, что нет, - усмехнулся Касьян, бросив на меня быстрый взгляд. – А там – как знать.

Катерина пожала плечами. Я мысленно закатила глаза.

- Полно тебе, любезный супруг, хозяев пугать, - сказала ему. - Семья у нас магическая, но при этом вполне приличная. Ты, Никифор Иванович, не беспокойся, Катеньку никто не обидит и в обиду не даст. Все у них с Мечеславом будет ладно и складно. Это я тебе обещаю.

Сокольничий бледно улыбнулся.

- Ну так что? – Касьян встал со своего места. – Лясы можно точить хоть до следующего лета, а дело между тем не ждет. Что скажешь, Никифор Иванович? По рукам?

Никифор перевел взгляд на дочь. Та ободряюще ему улыбнулась. Мужчина коротко выдохнул и поднялся на ноги.

- По рукам.

***

За столом мы просидели еще около получаса. Когда же договор между нашими двумя семействами был скреплен и переломлен сговорный каравай, я, оставив Касьяна с Никифором обсуждать невестино приданое, встала из-за стола и, поманив Катерину за собой, неслышно выскользнула из горницы.

Девушка послушно последовала вслед за мной. Мы молча миновали сени и через заднее крыльцо вышли в сад.

Катя нарушила тишину первая.

- Гликерия Афанасьевна, мне так стыдно, - сказала она, едва мы оказались в тени пышных кустов сирени.

- Отчего же? – удивилась я.

- Я ведь не знала, что Мечеслав ваш сын! В дом ваш вломилась, отворотного зелья просила…

Катя покачала головой, закрыла лицо руками.

- А еще в озере со мной купалась и пирожки мои ела, - кивнула я. – Ну так что ж? Во всем этом ничего стыдного нет.

- Так вы не сердитесь?

Какая она все-таки забавная.

- Конечно, нет.

- А вы знали, что я – это я? И что разговор тогда вела о вашем сыне?

- Знала, - кивнула ей.

- Отчего же вы мне об этом не сказали?

- А зачем? Ты бы тогда смутилась и никакого разговора у нас не вышло. И купания в волшебном озере не было, и советов я бы тебе дать не смогла. А ведь они, советы, полезными оказались. Верно?

- Верно, - улыбнулась девушка. – За озеро, кстати, вам особое спасибо. Я ведь только когда до дома добралась, поняла, что больше не хромаю. И что спина у меня тоже в порядке.

Я улыбнулась ей в ответ.

- Вот только с магическим даром, который вы мне обещали, я так и не разобралась, - продолжила будущая сноха. – Чувствую, во мне что-то изменилось, но что именно – не понимаю.

- Главные перемены ждут тебя впереди, - с тихим вздохом заметила я. – Но сегодня в подробности я вдаваться не буду, хорошо? – в самом деле, не вываливать же на нее всю новую информацию за раз? – Скажу только то, что мой муж не шутил, когда говорил, что жизнь твоя теперь сильно изменится. Привыкай, Катя, к мысли, что вы с Мечеславом теперь на равных – он маг, и ты – волшебница.