– Здорово, Грифон, похоже, вам тут весело. – Кара протянула невысокому руку для пожатия, и он потряс её с энтузиазмом. – Только постарайся не ужраться до концерта, чтобы не как в тот раз.

– Не душни, Кара, это первый и последний.

Я не понял, что он имел в виду – случай или стакан.

– Это Грифон, басист нашей группы, – сказала Кара, обращаясь ко мне.

Я не знал, как представиться Грифону: казалось, настоящее имя будет звучать неуместно. Поэтому немного потянул время:

– А как, кстати, группа называется?

– Мы пока думаем, но черновое название – «Депрессивное бессознательное».

– В каких жанрах играете?

– Постпанк, постхард-кор, альтернативный метал, да хер его знает, короче, что придумается, то и играем, – философски ответил Грифон, чуть сощурив круглые глаза жёлто-карего оттенка.

– А почему именно «Грифон», можно спросить?

Он открыл было рот, но Кара опередила:

– Голова помойного голубя, тело драного кота.

– Кара, блин, – возмутился Грифон и дёрнул головой. Как голубь.

– А я Слэм, – вклинился в разговор здоровяк, тремя чудовищными глотками отправив в себя почти пол-литра пива, – ударник «Вербного потрясения». Кара, что за палочника ты привела?

– Палочника… – задумчиво повторила Кара, – ну да, пусть будет Палочник.

– Будем знакомы, значит. – Слэм с усмешкой протянул мне огромную руку.

Я пожал его лапищу, чувствуя, что мои пальцы вот-вот захрустят. Потом обменялся рукопожатием с Грифоном, его рука оказалась холодной и чуть влажной. Большинство ногтей обводила тёмно-красная каёмочка запёкшейся крови от сорванных заусенцев. Хотя Грифон широко улыбался, показывая желтоватые зубы, мне показалось, что я ему не понравился.

– Ещё в «Бессознательном» играют Курт, он же Серый, и Радуга, – рассказывала Кара, пока мы скидывали куртки в кучу и рассаживались.

– Серый – наш гитарист, вокалист, секс-символ и маскот – фронтмен, в общем. Радуга – вторая гитара, иногда синтезатор. Надеюсь, сегодня они не опоздают.

– Кара, твой мартини с тоником, – раздался глубокий, как море, голос у меня над ухом. Как будто мягкая и мощная волна ударила в бок. Голос пах морской солью и спелой пшеницей.