С самого утра женщины Рода суетились на кухне, собирая припасы в дальнюю дорогу. Они пекли походные хлебцы, вялили мясо, сушили фрукты. И старались не слишком бранить безутешную Флеки, у которой все валилось из рук: прогнать девушку, лишить возможности самой увязать котомку любимому не хватало духу даже у хозяйки Тренни.

Старейшина Эшви сам отобрал десяток бойцов сопровождения и до обеда читал им наставления в своей обычной манере. Судя по всему, усвоив хотя бы половину урока, счастливчики Касты должны были стать вполне «достойными воинами».

Трех лошадей, отъевшихся и отдохнувших на щедрых гномьих харчах, предполагалось вести в поводу, особо не утруждая: в случае непредвиденной опасности они должны были вынести хозяев из неизбежной сечи. Впрочем, так как путь лежал по просеке, прорубленной гномами вдоль Сторожек, возможность бегства верхом входила в разряд несбыточного.

А перед самым отъездом Денхольму удалось наконец поговорить с Илей.

Заплаканная девушка ткнулась носом в его плечо, и теплая волна охватила короля целиком, и расхотелось куда-то ехать, и смысл жизни показался неимоверно простым: растянуть до бесконечности это невольное объятие…

— Возьми меня с собой, Денни! — тихо попросила трактирщица, пряча лицо в складках его одежды. — Возьми с собой, если сам не можешь остаться…

— Я не могу, моя маленькая и храбрая девочка, — погладил ее волосы Денхольм, раздираемый нежданным приливом нежности.

Он хотел добавить, что и сам не знает ничего о ждущих впереди опасностях и потому не может рисковать женщиной, ворвавшейся в его сердце отрядом завоевателей, захвативших крепость… Он многое хотел ей сказать, но вместо этого смущенно буркнул:

— Я не могу заменить тебе Эйви-Эйви…

Илей отпрянула и посмотрела в немом изумлении.

— При чем тут Эйви-Эйви? — строго спросила она, хмуря красивые брови.

— Дурак ты, Хольмер! — буркнул из-за угла наслаждавшийся сценой Торни. — Побратим ей был вроде отца. Или дяди…

— Не хочешь брать, так и скажи! — обиженно поджала губы трактирщица. — Но только знай: когда нас волокли в Башню, один из стражников сказал другому: «Теперь посмотрим, далеко ли они уйдут без проводника! Дело сделано, и награда, считай, у нас в кармане!»

— Ты полагаешь, — улыбнулся король, — что после этих слов я упаду перед тобой на колени и стану слезно молить составить мне компанию?

Илей фыркнула с видом оскорбленной невинности и отвернулась к стене.

— Не сердись на меня, маленькая. Ревность глупа, и ничего с этим не поделаешь. Я не знаю, что ждет меня впереди. Я не знаю, смогу ли я вернуться. Я ничего не обещаю и ни о чем не прошу, потому что не хочу ломать твою жизнь…