Не я должен выслеживать ветряную рысь. Мне должны помогать мои звери, потому что ещё Григор сказал, что в этом и есть мощь Зверолова.
Сел ровнее, чувствуя, как в груди разгорается знакомый огонёк азарта.
Мне не нужно было переигрывать ветряную рысь в её собственной игре. Мне нужно было создать команду, которая превзойдёт её в том, в чём она сильна.
Невидимость против скрытности. Чутьё против хитрости. Скорость против магии. Но для этого мои питомцы должны стать сильнее.
Этот день я проведу, полностью сосредоточившись на тренировках.
— Афина, — позвал я кошку. — Пошли-ка наружу. Урок номер один.
Она навострила уши и вышла вслед за мной. Я сел на корточки рядом с ней и протянул руку.
— Смотри внимательно, девочка.
Татуировки на моих руках слабо вспыхнули, и я почувствовал, как между нами усилилась связь. Через неё я начал передавать образы — не слова, а картинки, ощущения.
Коснулся её морды, указывая на точку чуть ниже уха.
— Видишь? Здесь у зверей проходит сонная артерия, но она глубоко под мышцами. Ты и так инстинктивно целишь в горло — это правильно. А вот сюда, — я указал на внутреннюю поверхность бедра, — мало кто думает кусать в бою. А зря.
Афина замурлыкала, понимая. Через связь я показал ей образ крупного зверя, отмечая точки на внутренней стороне лап.
— Бедренная артерия проходит близко к поверхности. Если попадёшь сюда клыками или когтями в прыжке — противник быстро ослабнет от кровопотери, даже если твой яд подействует не сразу.
Затем указал на свою собственную подмышку, потом на область паха.
— У людей то же самое. Если враг поднимет руку с оружием — вот тебе цель.
Кошка внимательно смотрела на указанные места, а потом осторожно коснулась лапой моего запястья, словно проверяя.
— Нет, ты инстинктивно атакуешь запястье, это нормально, — мотнул я головой. — Но про заднюю поверхность колена не знаешь.
Я показал на её скакательный сустав.
— Здесь проходят сухожилия. Если их повредить, даже самый быстрый зверь превратится в хромого калеку. Но цели эти маленькие, нужна точность. И главное — они работают, только если нападать сзади или сбоку, когда противник не ждёт.
Закончив урок анатомии, я встал и посмотрел на Афину серьёзно. Она внимательно следила за мной, но понимала ли всё до конца? Кошка умна, это несомненно, но объяснить такие тонкости словами — одно дело, а применить на практике — совсем другое.
Я мог только надеяться, что её хищные инстинкты дополнят мои наставления. В любом случае, теория без практики мертва — всё это придётся отрабатывать в деле, пока навыки не станут автоматическими.
— Теперь другое. Используй невидимость.
Она тут же полностью растворилась в воздухе. Даже зная, где она стоит, я не видел никаких признаков её присутствия. Ни искажений, ни теней — ничего.
— Хорошо, — одобрил я. — Теперь двигайся бесшумно. И помни — дело не только в том, чтобы не наступать на ветки. Не задевай листву, не шурши шерстью о кору деревьев.
Сразу прислушался, пытаясь отследить её движения. Звуков не было, но через несколько секунд услышал лёгкий шелест листьев — она задела ветку.
— Стоп! Ты слишком торопишься. Каждый шаг проверяй дважды. Сначала нащупываешь землю лапой, потом переносишь вес.
Афина материализовалась с явным раздражением, но я видел в её глазах готовность учиться.
— Покажи ещё раз. Медленнее. И помни про ветки над головой.
На этот раз она двигалась осторожнее. Звуков почти не было, но тут ветер сменил направление, и я уловил её запах — мускусный, едва заметный аромат крупной кошки.
Странно. В описании навыка указано «маскировка от всех органов чувств», но запах остался. Однако раньше я его не ощущал. Может быть, это работает только против зверей и людей более низшего ранга?
Интересно. Значит, ветряная рысь тоже может её учуять, если окажется с подветренной стороны. Чёрт, так вот как она ушла от первой засады в том ущелье⁈ Столько теорий и пока нет ответов.
Мы занимались тренировками способностей целый час, а к концу меня ждал сюрприз.
Похоже, когда зверь достигал какого-то определённого этапа развития, даже через тренировки, система вознаграждала меня. Это только на руку.
В прошлый раз улучшились когти, проверим теорию. Я открыл меню статуса Афины и уверенно добавил пять своих очков в «Поток».
Татуировки на руках вспыхнули ярким светом, магическая энергия потекла по связи между нами. Кошка дрогнула, её шерсть встала дыбом, а из горла вырвалось низкое урчание.
Её тело начало светиться изнутри тем же золотистым свечением, что я видел во время эволюции. Полосы на шкуре стали ярче, переливаясь серебристыми искрами.
Процесс длился несколько секунд, затем свет погас.
Афина встряхнулась и посмотрела на меня с удивлением. Даже через связь я чувствовал её недоумение — что-то внутри изменилось.
Значит всё-таки качается по очереди? Ладно, пока что примем эту теорию, хоть она и кажется мне сомнительной.
Я выдохнул и посмотрел на Афину.
— Давай проверим, девочка.
Она снова растворилась в воздухе. Я прислушался, принюхался… Ничего.
Полная тишина и никакого мускусного аромата, который выдавал её раньше. Я обошёл то место, где она должна была стоять, пытаясь поймать хоть какой-то след.
Безрезультатно.
Ветер дул мне в лицо, но запаха кошки не было вообще, словно она перестала существовать физически.
— Отлично. Теперь это действительно полная невидимость хотя бы до F ранга.
Афина материализовалась передо мной с довольным видом.
Я присел рядом и почесал её за ухом.
— Направление ветра всё равно важно. Если мы будем планировать засаду, нужно учитывать, откуда дует. Не для того, чтобы скрыть твой запах, а чтобы ты сама могла учуять противника заранее.
Но понимание направления ветра — слишком сложная для неё концепция. Такие навыки просто так в кошачий разум не вобьёшь.
Чёрт, а иногда забываешь, что это не просто зверь — вон с каким сознанием смотрит, аж жутко.
— Отдохни пока, — сказал я.
Сам факт, что невидимость, возможно, работает не идеально против более развитых в эволюции противников, важно запомнить. Это может объяснить, почему рысь так легко меня вычислила в прошлый раз. Сейчас же всё изменилось.
Но это было только начало.
— Красавчик! — позвал я горностая, который лениво наблюдал за нашими тренировками с ветки. — Слезай. Работать будем.
Зверёк спрыгнул вниз, но без особого энтузиазма. Видно было, что он чувствует моё настроение — настороженный, но готовый слушать. Я присел перед ним на корточки, глядя в его чёрные бусинки глаз. С молодыми зверями нужна твёрдая рука. Красавчик был умён, но всё ещё оставался диким по природе — инстинкты могли взять верх в любой момент, он уже показал это.
— Слушай меня внимательно, — сказал жёстко. — Покажи свой нос в деле. Найди что-нибудь полезное. Понял?
Татуировки привычно обдало таким жаром, что Красавчик аж тявкнул и принюхался. Поведение сразу изменилось — движения стали сосредоточенными, деловитыми.
Его чувства работали на полную мощность, анализируя сотни запахов вокруг.
Он начал методично обследовать территорию, двигаясь зигзагом от дерева к дереву. Я наблюдал за ним, мысленно отмечая его технику поиска — горностай не спешил, тщательно принюхивался к каждому подозрительному месту.
Через полчаса он остановился у основания обычной сосны, понюхал воздух и отрицательно тряхнул головой. Потом переместился к зарослям папоротника — снова ничего.
Ещё час поисков. Бедняга явно начинал уставать, его движения стали менее энергичными. Но вдруг он замер, втянул носом воздух и резко повернул голову в сторону знакомого серебристого дерева.
— Стой! — резко окликнул я его, когда горностай уже собрался сорваться с места.
Зверёк недоуменно обернулся.
— Сначала осмотрись, — строго сказал я, подходя к нему. — Что ты чуешь?
Красавчик снова принюхался, но теперь более внимательно. Его ноздри раздувались, улавливая запахи. Я понимал — горностаи от природы полагаются на обоняние и слух больше, чем на зрение. Они чуют мочевые метки хищников, запах крови, свежесть следов. Но магическая пища и постоянные тренировки обострили его чутьё настолько, что он фокусировался только на цели, игнорируя всё остальное. Магический навык заглушал звериные инстинкты.
У основания серебристого ствола виднелись свежие царапины — длинные, глубокие борозды от когтей. Но главное было в том, что горностай должен был учуять. Запах мочи крупного хищника, которым тот пометил территорию. Мускусный след, который говорил о том, что зверь проходил здесь недавно. Любопытно, что с такого расстояния я сам различал слабый, но отчётливый запах. Эволюция превратила меня в лучшую версию себя.
Красавчик вдруг напрягся, его шерсть встала дыбом. Он уловил то, что должен был заметить с самого начала — этот участок леса принадлежал кому-то крупному и опасному.
Я мысленно послал ему одобрение через нашу связь, затем присел на корточки, изучая следы. Глубина отпечатков говорила о значительном весе. Края следов чёткие — прошёл недавно, не более часа назад. По походке видно — зверь двигался неспешно, уверенно. Своя территория.